Сам же «теоретик» Долотов живет в каком-то собственном вымышленном мире и посылает нам оттуда полные перлов статьи. «Условия для создания марксистской партии в России за последние месяцы стали менее благоприятными. Некоторое влияние, которым недавно пользовались революционные левые, сегодня ослабевает. … Получившие широкое распространение на волне подъема протестного движения социалистические идеи уступают место националистическим идеологемам. … При всех трудностях, с которыми придется столкнуться марксистам в борьбе с национализмом, революционно-марксистская партия сможет добиться успехов…» (выделено мной. — Р.В.)[21]. И кто же это выступал за настоящую, по-марксистски понимаемую революцию? Какие социалистические идеи были популярны? «Уверенность в завтрашнем дне», как у ЛФ? Откуда Долотову известно будущее? И здесь тоже раздается радостный визг по поводу «протестного движения».
Но, даже выдавая эту наукообразную бессмыслицу, Долотов остается реалистом и не забывает кланяться своему покровителю: «В книге директора Института глобализации и социальных движений Бориса Юльевича Кагарлицкого “Марксизм: Введение в социальную и политическую теорию” есть замечательные слова, рельефно высвечивающие суть вопроса: “Мысль, не связанная с действием, мертва, даже если она красива. Но и действие должно быть пронизано мыслью” (М.: URSS, 2012, с. 298)»[22]. Подобострастием тона и непримечательностью цитируемых слов это сильно напоминает ссылки на речи советских генсеков.
Другие рабкоровцы пытаются расширить революционные слои при помощи словесной эквилибристики. Так, В. Пешков, считая, что «не стоит отметать определения Маркса и Энгельса только потому, что они себя называли коммунистами», все же лично для себя делает исключение: смело заявляет, что «современное понятие пролетариата должно отличаться от определения, данного Энгельсом», и записывает в пролетарии всех наемных работников, включая учителей, врачей, фрилансеров и чиновников[23]. А почему бы этому смелому реформатору не податься в геометрию и не изменить понятие шара, чтобы под него подпадал и ромбоикосидодекаэдр, который ведь очень похож на шар? Почему подобные неучи всегда лезут в социальные науки? Считают, что здесь строгость формулировок не требуется? Требуется. И знание «матчасти» тоже необходимо. А Пешков и материалом не владеет и думает, что Маркс и Энгельс «не могли предвидеть мировых войн, они им даже в страшных снах не снились». Видимо, Пешков черпает вдохновение сугубо из снов, не утруждая себя трезвым анализом. Энгельс же, напротив, прекрасно зная политическую ситуацию в Европе, многократно говорил о возможной мировой войне и описывал ее последствия[24].
А вот еще один молодой фантазер с «Рабкора», О. Воронин, более подробно расписывающий методы партийного строительства. Он заявляет, что «наличие дубины в лице Левой партии сделает каждое звено цепочки защиты прав максимально эффективным. После ряда удачных кампаний профсоюз просто позвонит руководству предприятия и предложит решить вопрос по-хорошему, уведомив, что в противном случае дело будет передано в Левую партию, которая обязательно сделает им больно»[25]. Видите, какая богатая жизнь в его иллюзорном мире. Может быть, там даже уже вовсю идет социалистическое строительство, а правосудие расправляется с бухаринцами и троцкистами. Будем ждать от автора отчетов об этом.
Воронин — выпускник МГУ с дипломом специалиста по менеджменту. Эта тяжелая психическая травма сильно дает о себе знать. Он предлагает обсудить содержание деятельности партии, подразумевая под этим использование методов пиара. В немаленьком тексте он пересказывает книжку под названием «Лоббирование. Как добиться от власти нужных решений», расписывая, какие бывают события и как их можно пиарить. Квинтэссенция мудрости этого текста — фраза «неважно, что в действительности — важно, что в голове у власть предержащих»[26] (неграмотность автора оставляю на его совести). Не зря же он объясняет, что при создании «Левой партии» «если от красного цвета отказаться нельзя, то от слов “коммунизм”, “буржуазия” отказаться нужно»[27]. То есть плевать на нищету и эксплуатацию, забудем о революции и коммунизме, главное — чтобы власти заметили. И взяли к себе в штат такого грамотного пиарщика. И эта подстилка смеет называть себя левым! А «Рабкор» это публикует. Уж не потому ли, что и Воронин без особой надобности ссылается на книгу Кагарлицкого, цитируя оттуда слова никому не нужного очередного «левого» европейского функционера?[28]
Воронин рассуждает и о программе «Левой партии» и смело утверждает: «не ошибусь, если скажу, что оптимальным форматом [программы] будет инфографика, а не текст»[29]. Судя по другим идеям автора, а также по его чувству юмора, характерному скорее для школьника подросткового возраста, что тоже говорит об интеллектуальной неразвитости, можно предположить, что Воронин сам больше всего любит разглядывать увлекательные картинки. Ну так по себе-то людей судить не стоит.
Эти и другие авторы могут писать на «Рабкоре» все, что бог на душу положит, в том числе и потому, что у сайта нет политической программы как таковой. На старом сайте было какое-то программное заявление, теперь же об общих принципах и речи не идет.
Нет программы и у нового сайта «Открытая левая» (ОЛ) — откола от РСД. Для девиза коллектив выбрал «цитату» Маркса: «Один шаг действительного движения важнее целой дюжины программ». Вообще-то это формулировка из словарей крылатых выражений. В действительности точная цитата такова: «Каждый шаг действительного движения важнее дюжины программ»[30]. И я не буквоедствую: такой ляп указывает на то, что источником мудрости для «левых» являются подборки высказываний, а не тексты Маркса. «Марксистам», воспитанным на цитатниках, грош цена.
Вообще же девиз правильный. ОЛ ограничилась мотивировочным заявлением, не удержавшись, впрочем, от неуместно громкого названия для него — «ноябрьские тезисы»[31]. Суть заявления сводится — переводя с корявого и многословного языка в стиле все того же РСД — к необходимости формировать левые ценности и готовиться к участию в выборах, социальных движениях и профсоюзах. То есть опять упираемся в те же «иконы» активности, что и у РСД. И именно суету вокруг «болотных» протестов ОЛ считает «шагом действительного движения». Так, в новогодней передовице редакция сообщила: «в конце 2011 года путинской “управляемой демократии” был нанесен серьезный удар… Попытка сформировать левый полюс протестного движения, предпринятая лучшей частью (!!) российских радикальных (!!) левых два года назад…»[32]. Помешали им, конечно, «репрессии, уже сокрушившие несколько жизнеспособных организаций (например, “Левый фронт”)». «Репрессии», напомню, — это полицейские дубинки, штрафы и 15 суток ареста. Конечно, приятного мало, но что же мешает бороться дальше? Авторы признают: «собственный догматизм и политическая беспомощность». Так может не стоит беспомощных догматиков, боящихся дубинки и 15 суток, называть «лучшими левыми»? Оправдание глупости и бездействия — это «левые ценности»?
В этом же материале ОЛ заявляет: «Пессимизм разума и оптимизм воли — для того, чтобы достойно встретить новый, 2014-й, год, вряд ли можно придумать что-то получше этого рецепта, открытого в свое время Грамши». Не для того Грамши эти слова писал, чтобы их произносили в буржуазный праздник неумеренного потребительства. Писал он, кстати, сидя в фашистской тюрьме, куда был отправлен после кратчайшего, семидневного процесса. Там он провел восемь лет, в течение которых его медленно убивали, лишая сна и медицинской помощи. На больничную койку он попал лишь смертельно больным. Через неделю после окончания срока, уже не встав с постели, Грамши умер. Это еще один пример для понимания того, что такое репрессии. Подозреваю, что и в этом случае ОЛ взяла фразу из цитатника, не понимая ее смысла. Грамши в этом отрывке высмеивает как раз таких «политиков», которые, подобно нашим псевдолевым, «откликаются на любое новое движение», и указывает, что «необходимо формировать людей скромных, терпеливых, которые не впадали бы в отчаяние перед самым ужасными и страшными вещами и не ликовали бы по любому пустяку…»[33].
Пессимизм разума сейчас — это, например, спокойное понимание того, что революция вовсе не стоит на повестке дня, что ни объективных, ни субъективных условий для нее нет, что нет смысла садиться за написание партийных программ и бежать на площадь с флагом.
В современную эпоху революция в России может быть только антикапиталистической. И возможна она будет лишь после осознания противоречий капитализма. Но рядовой человек, обыватель, не способен осознать наступление неолиберализма и неоимпериализма, деградацию культуры и скатывание России в «третий мир». Обыватель локализован, атомизирован, загнан в решение житейских проблем; весь ужас происходящего ему мешают увидеть навязываемые стереотипы и наличие позволяющего держаться на плаву подспорья. К тому же российский обыватель — самый счастливый и беззаботный, так как это подспорье он получил практически бесплатно и без борьбы. Я имею в виду наследие советского «общества потребления»: техника — от холодильников до станков, сейчас уже почти вся вышедшая из строя, которая поддерживала домашнее, частное и государственное хозяйство последние 20 лет; дачи и приусадебные участки; приватизированные квартиры (самое существенное!); инфраструктура к этим домам; остатки бесплатной или дешевой социальной сферы. При наличии такой мелкобуржуазной «подушки безопасности» люди, даже получая крайне низкую зарплату, могут не осознавать деградации страны. Все эти жизненные условия оказывают сильнейшее влияние на классовую структуру. Это подчеркивал Ленин в «неканоническом» определении классов, «…различавшихся между собою по роли, которую они играли в системе производственных отношений, по условиям производства и, следовательно, по условиям их жизненной обстановки, по тем интересам, которые определялись этой обстановкой…»[34] (выделено мной. — Р.В.).
Лишь когда это советское наследство будет проедено, или его остатки захватят крупные собственники[35] и передадут своим наследникам — только тогда начнется процесс ярко выраженного классового расслоения, и сформируется пролетариат. Только тогда население начнет прозревать, наевшись капитализмом. До этого же практически все население будет оставаться мелкобуржуазным (это не отменяет того, что люди уже и сейчас могут быть бедны и недовольны частностями).
Сегодняшние «левые» не понимают этих закономерностей, громыхая словами: «Выступать с социалистической повесткой на любой доступной площадке… Ни в коем случае нельзя отдавать этот сегмент политики правым и либералам»[36]. Что ж, пусть автор заявится с социалистической повесткой хотя бы на «Русский марш». В Киеве националисты уже избили и ограбили профсоюзников, призывавших бороться за повышение зарплат, пенсий, снижение налогов. В таких заявлениях проявляется по-детски глупая переоценка своих возможностей: нельзя заставить людей даже слушать о социализме, а тем более — действовать по-социалистически, когда это полностью противоречит их жизненным (мелкобуржуазным, либеральным, националистическим) условиям, интересам и убеждениям. Невозможно речами и обманом сделать людей коммунистами, люди должны сами, на собственном опыте прочувствовать необходимость этого. В утверждении псевдолевых, будто оглашением повестки можно все исправить, проявляется подлинное их неуважение к людям, живущим в конкретных условиях.
И даже в редких случаях противостояния людей системе им не нужны левые идеи, потому что обыватели хотят не свергнуть ее, а лишь добиться частичного изменения. Проигрывая же системе в большинстве случаев, они не радикализуются — у них есть, куда отступать, у них еще есть «подушка безопасности». Но на эти проявления недовольства самозваные «левые» слетаются как … мотыльки на свет. Они кричат и строчат о профсоюзах, ученых, медиках и митингах в восторженном или комплиментарном тоне. Они уверены, что движение уже запущено, и остановить его нельзя. В действительности все запущено донельзя. Но «левые» не осмеливаются критиковать эти «инициативы», показывать их ограниченность и буржуазность. Ведь тогда придется признать, что им самим здесь нечего делать, что они не имеют никакого значения. Это слишком тяжелый удар по самолюбию.
Псевдолевые способны лишь паразитировать на том, что создали другие. Все перечисленные выступления организовали не они. Они не умеют опережать события, потому что не понимают общественных закономерностей. Какие события они создали сами? О каких проблемах они сами сделали пропагандистский материал, а не прокомментировали общеизвестные новости? При этом еще и называют себя «рабочими корреспондентами»!
Отличная характеристика «контента» «Рабкора» и иже с ним: «Вот взглянем на главную страницу сайта Рабкор. Три новости в колонке сверху — о Москве, а потом сразу Сирия… Греция… Польша… (22 сентября); большой портрет Медведева (с похмелья, по-моему, да?)… Профильный комитет… Толоконникова… (23 сентября). Это что? Новости о простых угнетаемых пролетариях с просторов России?
Стоит ли сетовать на то, что люди имеют плохую историческую память? Может, дело в узости политического, географического и исторического кругозора левых сил?»[37]
Но благодаря своей аморфности «Рабкор» как болото поглощает даже этот жесткий упрек и присыпает его очередными порциями комментариев на инфоповоды из буржуазных СМИ.