Вадим ехал к своей сестре. Он считал, что их отношения можно назвать близкими.
Они могли доверить друг другу любую тайну, поделиться любой проблемой. И в своих мыслях и поступках они были похожи друг на друга, как близнецы, кем фактически они и являлись. Росли они вместе. Хотелось, чтобы и в дальнейшем это так и оставалось, но взрослая жизнь раскидала их: он поступил в военное училище, она в военный институт. Хоть учились они в одном городе, но видеться им случалось все реже и реже. Время текло своим чередом: его сестра из нескладной, невысокой девочки превратилась в ослепительную красавицу. Глядя на столь восхитительную женщину, Вадим порой сожалел, что она его сестра. Но он прекрасно понимал, что такая глубокая близость у него не сможет состояться ни с какой другой девушкой, кроме как с родной сестрой. И вот, спустя года, побыв «мастером на все руки» — Вадим завершил военную службу и воспользовался правом отставки. Он устал от беспокойной жизни, от постоянного чувства угрозы своей жизни, да и ранения, полученные в боевых операциях, давали о себе знать. Вадим решил для себя, что наступило время для тихой и размеренной мирной жизни. Он хотел простой, спокойной жизни, обыкновенного человеческого счастья. В свои тридцать шесть лет он до сих пор оставался один, не найдя себе достойную спутницу жизни. Мимолетные романы утомляли, а род деятельности не позволял привыкнуть. Но теперь всему этому пришел конец — Вадим был свободным человеком. Только вот получив то, о чем он так мечтал, у него не получалось влиться в мирную жизнь, все получалось как-то угловато, по-военному.
Как-то так получилось, что он потерял связь со своей сестрой. После окончания института ее направили в какой-то районный центр, где она впоследствии и осталась работать. У Вадима был только этот адрес, но вот уже лет десять он не получал от нее никаких известий. Он внутри себя чувствовал, что она жива, а для получения другой информации никак не находилось времени. Но вот сейчас времени у Вадима было предостаточно и он твердо решил найти свою сестру. Путь его пролегал по проселочной дороге. Ориентируясь по карте, он ехал на своей машине, проклиная глухомань, в какую забралась его сестра. Такое передвижение уже наскучило Вадиму, и он твердо решил еще до наступления вечера добраться до цели своего назначения.
Наконец, впереди он различил очертания домов. Подъехав ближе, ему показалось странным, как его сестра, мечтавшая об огнях столицы, могла остановить свой выбор на таком тихом, и как казалось Вадиму, ничем не примечательном месте. Деревянные одноэтажные дома, несколько каменных строений: скорее всего какая-нибудь школа или больница, большой особняк на горе — все, что открылось глазам Вадима. А вокруг лес и в округе, ближе чем в несколько километров, никакого населенного пункта.
На свое машине Вадим ехал по улице этого поселка. Каждый прохожий, как свойственно сельским жителям, внимательно рассматривал Вадима, провожая его машину любопытным взглядом. Около одного жителя Вадим притормозил и открыл дверцу. Мужчина внутренне сжался, но после того, как Вадим задал вопрос о своей сестре, улыбнулся и конкретно объяснил де найти ее дом, пожелав на прощанье: «Удачно доехать». Вадим поблагодарил за информацию и держал дальнейший путь, следуя инструкции любезного жителя. Проезжая мимо разрушенной церкви, он остановил машину перед нужным ему домом и вышел. Дул теплый ветерок, дышалось легко и свободно. Окружающая тишина позволяла слышать даже шелест травы при ходьбе. «Да, в сельской жизни есть свои прелести», — подумалось Вадиму. Дом в лучах заходящего солнца приобрел огненный ореол. Зрелище затронуло глубоко упрятанное чувство прекрасного в душе мужчины, повидавшего много страшного и ужасного. На душе Вадима стало спокойно и умиротворенно, предвещая спокойную встречу со своей любимой сестрой. Вадим направился к дому.
На стук в дверь тишина была разбужена неторопливыми шагами и в открывшемся проеме Вадим увидел свою сестру. Она выглядела так же молодо, как и при их последней встрече. Казалось, что годы решили не трогать столь прекрасные черты. Выражение ее лица сменилось со спокойного на удивленное, а затем в глазах мелькнул огонь радости. Олена сделала было движение радостно броситься на шею водителю, но ее движение было остановлено возникшей, как бы из ниоткуда стеной странного отчуждения. Ее сестра как-то внутренне сникла, взгляд радости сменился на непостижимое чувство глубокой скорби. Олена осмотрела Вадима, подмечая в нем каждую деталь, рассмотрела стоявшую рядом машину, мимолетно кивнув проходившему мимо прохожему. Вадим не мог понять, что происходит, он верил, что его сестра могла забыть все чувства, которые их так крепко связывали — этого просто не могло быть.
— Вадим, неужели это ты? Я не могу в это поверить. И почему ты приехал так поздно? — грустно произнесла его сестра, давая возможность Вадиму пойти в дом.
— Проходи, тебе нельзя оставаться на улице, тебя уже достаточно и так видели, — продолжила Олена.
Вадим прошел. Сестра закрыла за ним дверь. В коридоре тускло горела одинокая лампа. На душе у Вадима было мерзко и гадко: от встречи с любой сестрой он ожидал другого. Олена провела его в дом, посадила за стол и, сказав, что приготовит что-нибудь поесть, ушла на кухню.
Вадим погрузился в свои мысли. Анализируя ситуацию, он пришел к выводу, что необходимо обязательно узнать, что происходит с его сестрой, твердо решив, что пока не узнает, то не уедет.
Сестра вернулась из кухни. Вадим видел, что и она пришла к какому-то решению:
— Вадим, поверь, я очень рада тебя видеть, — начала она. Но есть одно обстоятельство, о котором я расскажу тебе завтра утром. Я тебе все расскажу. А теперь тебе надо уйти вон в ту комнатку и просто лечь спать, не обращая внимание на происходящее, — торопилась объяснить ему она.
— Олена, ты выглядишь просто великолепно, но мне больно смотреть, как ты о чем-то переживаешь. Я ведь тот же, ты можешь мне все рассказать и я тебя пойму, ведь я твой брат, — решил взять нить разговора в свои руки Вадим.
— Я это знаю, — с той же грустью вылетевшая фраза словно повисла в воздухе.
— Я это знаю, но сейчас придет мой муж и если не хочешь меня расстраивать, тебе надо сделать то, что я прошу. А объясню я все завтра. Вадим, я очень сильно прошу, поверь мне, — обессилено Олена повисла на плечах брата.
— Олена, успокойся. Хорошо, я подожду до завтра, если ты этого просишь.
Успокойся, но завтра ты мне все объяснишь, — успокаивал ее Вадим, он чувствовал, что его сестра чего-то боится, и не хотел ее волновать еще больше. Если надо, он может подождать, но если она в беде, то он сейчас рядом и спасет ее от любой напасти.
— Успокойся, родная, все будет хорошо. Покажи только, где мне лечь, — спокойно произнес Вадим, пытаясь изобразить спокойствие на своем лице.
Олена подняла глаза и подарила Вадиму взгляд благодарности, упорхнув осуществлять приготовления. Она ему показала, где что находится, что ему надо делать, легко летая по комнате. Вадим наблюдал за ней, слушая «в пол-уха». Ему казалось, что перед ним та же хорошо известная сестричка и с ней все хорошо, но предыдущая сцена не давала о себе забыть. Олена посмотрела на часы и пожелала Вадиму — «спокойной ночи». Поцеловав его в щечку, она вышла из комнаты, сказав: «Только прошу тебя, сделай все точно, как я тебе сказала» и закрыла за собой дверь. Причем не просто закрыла, а накинула крючок. Вадим вспомнил, что она просила сделать это и с его стороны. Так как он обещал сестре следовать ее указаниям, он тоже накинул крючок, хотя и не видел в этом никакой необходимости. Он разделся и лег спать. Сон не хотел приходить, поэтому Вадим сделал над собой усилие и убрал из головы все беспокоящее его мысли. Усталость осуществленной дороги захватила его и он уснул.
Проснулся он среди ночи. Дом, как будто живой, разрывался от медленной дрожи: в соседней комнате что-то происходило. Натренированное тело было готово к любым неожиданностям. Вадим прислушался. Четко, но на уровне шепота он расслышал диалог.
— Зачем он приехал? — произнес мужской голос, требуя ответа.
— Это мой любимый брат, мы не виделись лет десять, — как бы плача выдавил из себя женский.
— Тогда мы оставим его здесь с нами, — мужской голос был явно командиром в данной ситуации.
— Нет, только не Вадима. Он ничего не знает, а завтра утром мы дадим ему уехать.
— Но зачем? Ты же любишь его.
— Пусть все будет так, как есть.
— Но я не смогу позволить ему уехать, — твердо говорил мужчина.
— Ренат, я тебе его не отдам, женский голос приобрел ноты стали.
— Ты будешь мне противиться? — мужской голос был удивлен.
— Да! Он мой брат и он пока ничего не знает. Я могу его спасти, — женский голос был тверд.
— Ты противишься своему мужу? — мужской голос выражал угрозу и от этого голоса по коже Вадима побежали мурашки.
— Да! — так же невозмутимо произнесла женщина.
Дом опять задрожал, в воздухе присутствовал запах озона, в щель двери попадали отблески света.
Вадиму стала ясна ситуация: его сестра запугана мужем, который, наверное, напивается и бьет ее. И все это происходит сейчас, за закрытой дверью. Вадим всегда был человеком действия, и ко всему этому любящим братом. Разобравшись в ситуации, позабыв о своих обещаниях Олене, Вадим, не долго думая, решил помочь ей.
Распахнув с удара дверь, Вадим, как зверь влетел в комнату. Но открывшаяся сцена выходила за рамки представленной им картины. Мужчина и женщина в пол-метре над полом плавали в воздухе, выбрасывая друг в друга снопы искр. Мужчина выглядел как непоколебимая скала, а женщина, с развивающимися волосами, походила на разъяренную тигрицу. Завидев Вадима, мужчина вышел из схватки и спокойно опустился в стоящее рядом кресло. Женщина, все поняв, медленно повернулась в воздухе. Перед взглядом Вадима предстала его сестра, во взгляде которой было столько боли и беспомощности, что Вадим почувствовал себя виноватым. Его сестра обиженно посмотрела на него:
— Эх, Вадим! Зачем? — а затем уже безразлично, — ну, что ж, тогда спи.
Сон охватил Вадима, окружающая обстановка поглотилась туманом. Проснулся он отдохнувшим и полным сил. Дверь в комнату была распахнута, из кухни доносился запах готовящейся еды. Вадим выглянул в окно: протекала обыкновенная деревенская жизнь.
— Что, уже проснулся? — в комнату вошла сестра, чмокнув его в щечку.
— Умойся, уже все готово, сейчас я покормлю тебя, — сестра выглядела весело и беззаботно.
Умываясь, Вадим удивлялся, какой глупый сон приснился ему. Расшатанные нервы выкидывали с ним и не такие фокусы. Вернулся в комнату, посмотрел в окно. То, на что он поначалу не обратил внимания, сейчас проявилось в его голове в образе мысли: «А где моя машина?». Оглянувшись, он посмотрел на вырванные крючки в дверях. Что-то в этой спокойной обстановке было не так.
Он прошел на кухню, сел за приготовленный стол. Его сестра крутилась возле плиты.
Повернувшись, она увидела обращенный на нее вопросительный взгляд Вадима.
— Ты поешь, Вадим. Со мной все в порядке, не беспокойся, — дружелюбно проговорила сестра.
— Эх, как же я мечтала повидать тебя. Только грустно, что происходит это при таких обстоятельствах, но изменить сейчас ужен ничего нельзя. Ну, почему, скажи, почему ты не послушался меня, Вадим? — сестра сорвалась и заплакала, бросившись на шею Вадиму.
— Ты для меня — самое дорогое, что осталось из прошлой жизни, — продолжала, всхлипывая, говорить она. Вадим гладил ее по волосам, ощущая своим телом тепло родного и близкого существа. Но к чувству безграничной любви к сестре было подмешано чувство сомнения. Поняв ход его мыслей, девушка отстранилась от него и села напротив. Она поправила прическу таким знакомым с детства движением и прямо посмотрела Вадиму в глаза. Бродившие в голове Вадима мысли не позволили выдержать ее пристальный взгляд: он отвел глаза.
— Вадим, я твоя сестра. Все так же знакомая тебе Олена, — начала она свой рассказ. — Но и в то же время я другая: и по прожитым годам и за пережитые события. И к тому же я больше не человек, — Вадим слушал, как завороженный ее слова.
— Все, что ты видел вчера, тебе не приснилось. Все это произошло на самом деле.
Когда я тебя предостерегала вчера, ты не мог представить во что можешь попасть. Ну а теперь ты уже стал участником всех событий. Скажу сразу, во всей деревне нет, кроме тебя, ни одного человека, и уехать от сюда тебе не позволят. Если бы ты не вышел, я бы могла защитить тебя, но сейчас это не в моих силах, — сделала небольшую остановку говорящая девушка.
— Я специально попросила мужа оставить нас наедине, чтобы я могла спокойно все тебе рассказать. Повторяю, мне очень грустно, что ты попал в такую ситуацию. С одной стороны, я бы хотела, чтобы ты сейчас был за сотни километров отсюда, а с другой мне все это время не хватало тебя. Я мысленно старалась поддерживать с тобой связь, чувствовала твою радость, ощущала боль. Мой муж удивлялся такой связи, но потом привык и принял это как должное… Мне сначала было тяжело в новом состоянии, но потом я повстречала Рената и полюбила его. А вот ты, как мне известно, до сих пор остаешься один. Приехав после института сюда, я даже представить не могла, что твориться в этом месте. Но постепенно все жители прошли изменения и жизнь стала свободной. Нас в чем-то можно приравнять к известным тебе вампирам: есть много схожих вещей, но есть так же много глупости. Живем мы обособленно от внешнего мира, но это всех устраивает. И так как я тебя очень люблю, то тебе предоставляется выбор: либо умереть, либо присоединиться к нам, — последние слова Олена с трудом выдавила из себя, будто ей было очень стыдно за свое нынешнее состояние, но она продолжила:
— У тебя есть только два выбора, третьего не существует. Времени тебе две недели, а потом от меня уже ничего не будет зависеть. Мне жаль, но так распорядилась судьба.
Хорошенько подумай, мне будет очень больно потерять тебя, — произнеся этот монолог Олена печально посмотрела на брата и ушла в комнату.