Шесть недель спустя

– Мия, ты беременна.

Невозмутимое заявление гинеколога звучало в голове Мии весь день, пока она тренировала футбольную команду старшеклассников в качестве их нового помощника тренера.

Вечером, когда Мия вернулась к себе домой, она не могла сдержать улыбку, разглядывая в зеркале свой живот. Она ни капли не сомневалась. Теперь ее не будет тяготить чувство одиночества. Ребенок все изменит и заполнит собой ее дни и ночи. И она будет любить этого малыша безусловной любовью.

А что до его отца… Мия плюхнулась на диван в гостиной.

Никандрос… У нее на лбу выступил холодный пот.

Этот ребенок принадлежал и Никандросу тоже.

С той ночи, когда они были вдвоем, не прошло ни дня, чтобы она не думала о нем.

К тому же она не смогла бы забыть о нем, даже если бы захотела, потому что по всем каналам не переставали говорить о крошечном княжестве Дрэкон, жемчужине Средиземноморья, и его короле Теосе, который погружался в безумие; факт, который долго скрывали от его подданных. И все без исключения новостные сайты отслеживали каждый шаг наследников княжеского престола.

С жадностью, с которой она не могла справиться, Мия читала все новости об этой королевской семье. Пресса снова обрушилась с критикой на Никандроса за то, что он забросил свои обязанности и явно не тяготился заботами о своем государстве.

Правда, Мия знала, насколько сильно повлияло на него возвращение домой, но даже она с легкостью забывала об этом, читая о его похождениях.

Репортеры раз за разом донимали его вопросами, останется ли он в Дрэконе, чтобы помогать своему брату, наследному принцу Андреасу, нести бремя ответственности за страну.

Никандрос хранил молчание. Папарацци успели заснять его веселящимся в ночном клубе одного из своих друзей и мчащимся на своей адски быстрой «феррари» красного цвета на одном из опасных поворотов в Дрэконе. Пресса заявила, что Сумасбродный Принц Никандрос снова взялся за старое три дня спустя после официального заявления о пошатнувшемся здоровье короля Теоса.

Было очевидно, что принц не собирается меняться и браться за ум. А Мии он показался таким серьезным, словно его что-то мучило, и вот теперь он откалывает такие номера на виду у всего княжества.

Вдруг для него их близость ничего не значила? Вдруг он не захочет признать этого ребенка, который был зачат во время их случайной связи?

Мия проглотила ком, подкативший к горлу, и решила подождать с тем, чтобы поделиться с Никандросом новостью о том, что она ждет ребенка.

По крайней мере, до тех пор, пока она не станет достаточно сильна, чтобы встретиться с ним без дрожи в коленках и спокойно принять его реакцию на их пока еще не родившегося малыша.

Никандрос стоял на крепостном валу королевского дворца и обозревал открывавшуюся панораму Дрэкона и морского порта. Небольшой холм, на котором расположился дворец, насчитывавший около восьмисот лет, на протяжении многих столетий обеспечивал надежную защиту от врагов, которые пытались прибрать эту средиземноморскую жемчужину к своим рукам.

Но дом Дрэкосов выстоял.

В детстве Никандросу приходилось каждый год проводить жаркое лето и сырую зиму в дворцовой больнице, и он много читал. За это время он успел полюбить историю своей страны.

Сказки о драконе и его сокровищах и отряде бесстрашных воинов поддерживали Никандроса в это трудное для него время. У него не было товарищей для игр, поэтому он почти все свое время просиживал в огромной дворцовой библиотеке, вдыхая запах старинных книг и представляя себя и Андреаса современными принцами, которые защищают Дрэкон от многочисленных врагов.

В фантазиях Никандроса его старший брат, наследный принц Андреас, командовал им, а он, его преданный рыцарь, с радостью выполнял его приказы.

– Мамочка, почему он не навещает меня? – постоянно спрашивал он свою мать, как только видел по телевизору Андреаса, гордо стоявшего рядом с их отцом.

– Сокровище мое, ты присоединишься к нему, как только выздоровеешь, – отвечала она.

Но у Андреаса никогда не находилось времени на жаждущего его внимания и постоянно болеющего Никандроса. А король Теос вообще не выказывал никакого интереса к своему младшему сыну, ограничиваясь тем, что спрашивал о его самочувствии у докторов.

И только когда Никандросу исполнилось девятнадцать и он вопреки всем прогнозам врачей избавился от болезни, которая омрачала всю его жизнь, Теос обратил внимание на своего сына.

– Я знал, что найду тебя здесь, – послышался голос Андреаса. – Нянечки бегали по всему дворцу в поисках тебя и каждый раз находили на этой крепостной стене размахивающим своим игрушечным мечом. Это место было твоим любимым. – Андреас подошел ближе и остановился рядом с Ником.

– Откуда ты знаешь? – Никандросу хотелось добавить, что брат почти не виделся с ним.

– В кабинете в моем крыле есть окно, которое выходит на эту террасу. Я часто наблюдал, как ты сражаешься с невидимыми врагами. Еще тебя можно было найти в конюшнях или на кухне. – Тоска, послышавшаяся в голосе брата, больно резанула Никандроса.

Повисла тягостная пауза.

Никандрос посмотрел на темные круги под глазами Андреаса. Брату на протяжении многих лет приходилось иметь дело с болезнью отца, экономическим упадком княжества и голодным до власти государственным советом.

– Андреас, мне кажется, немного поздновато притворяться, что нас связывают братские чувства, – бросил Никандрос.

Лицо брата оставалось непроницаемым, а Нику хотелось, чтобы Андреас огрызнулся или назвал его поступки отвратительными. Но, как всегда, ничего такого не случилось.

Андреас никак не отреагировал даже тогда, когда Ник рассказал ему, что он сделал с его драгоценной невестой.

– Ник, так зачем ты вернулся? Наконец пожалел меня? Или у тебя появилось чувство долга перед своей страной?

Чертов Андреас всегда знал, какой вопрос задать, только у Ника не было ответа.

Может, он вернулся домой потому, что еще маленьким ребенком хотел стать частью великой истории Дрэкона? Или потому, что все, что раньше приносило удовольствие, меркло, стоило ему подумать об одной бывшей футболистке?

– Я пообещал маме, что задержусь до твоей коронации.

– Коронация отложена.

Ник помрачнел. Он знал, что последние годы его брат был фактическим правителем Дрэкона. Так почему же сейчас он откладывает коронацию?

– Но после того, как все узнали, что случилось с королем, Дрэкон нуждается в том, чтобы ты занял свое место у штурвала.

– Значит, ты все-таки думаешь о Дрэконе.

– Зачем ты попросил меня вернуться? Андреас, только честно.

– Ты мне нужен, Никандрос.

Похоже, наступило время больших потрясений. Сначала Брайан, потом Мия, потом его отец, а теперь вот Андреас.

– Совет все больше беспокоится по поводу того, что я до сих пор не женат. Если я вдруг завтра умру, союз с нашим могущественным соседом потеряет свою силу, и нас аннексируют. Экономика страны находится в плачевном состоянии и, судя по всему, улучшится не скоро.

– Тогда почему ты до сих пор не женился на… той женщине и не родил наследников? – перебил его Никандрос, исполнившись желчи при одной мысли о невесте брата и о том, что он наделал.

– Если бы ты потрудился приехать домой или поинтересоваться, как у нас дела, ты бы узнал, что я разорвал помолвку с Изабеллой сразу после твоего отъезда.

– Ничего не слышал об этом.

– Потому что и мне, и ей было выгодно, чтобы окружающие еще некоторое время считали нас парой. Ее брат попросил, чтобы объявили, будто это она разорвала помолвку и отвергла наследного принца Дрэкона. Я не стал возражать.

– Наверное, отец пришел в ярость.

– Мы с отцом научились понимать друг друга, – спокойно заметил Андреас.

– То, что я тогда сделал, было…

– Никандрос, не стоит ворошить прошлое. Нам не станет от этого лучше, не так ли? Дело в том, что мне нужна твоя помощь. Мне кажется, ты более великодушный, чем я. Мне необходимо объявить отца неспособным управлять страной, восстановить экономику и авторитет Дрэкона и пресечь попытки государственного совета руководить моей жизнью.

– Тогда женись.

– Сначала мне нужно разобраться с проблемами княжества, и мне придется назначить тебя своим преемником.

Никандрос ушел из дома много лет назад, публично заявив, что отказывается от статуса второго кандидата на трон. Но слова Андреаса пробудили в нем честолюбивые мечты, от которых он отрекался слишком долго. Бог мой, когда-то он любил свой отчий дом всем своим сердцем. И отъезд из Дрэкона чуть не погубил его. Но в то же время он стал настоящим спасением, потому что, только выйдя из тени отца и Андреаса, Никандрос смог обрести себя.

– Как только у меня появятся наследники, ты окажешься в самом хвосте в очереди на трон, если ты переживаешь именно по этому поводу. Никандрос, мне необходима твоя деловая хватка, твоя способность обрастать нужными связями. Дрэкон нуждается в тебе. А у меня есть кое-какие дела, – спокойно продолжил Андреас. – Например, экспедиция к Северному полюсу.

Ник громко захохотал.

– Не поверю, что ты захочешь отправиться в поездку на другой конец земного шара. В тебе нет ни капли авантюризма. Так же как и желания повеселиться.

Его слова словно тяжелые камни упали на гладкий мраморный пол. Если в Андреасе и был интерес к чему-то помимо своих обязанностей, их отец позаботился, чтобы он исчез. Более двадцати лет Теос обучал своего наследника, как править страной, и держал его во дворце отрезанным от всего мира, от детей его возраста, от других увлечений, от Никандроса и Элени, их сестры, может быть, даже от самой жизни.

– Ник, но я как раз пытаюсь облегчить свою ношу без катастрофических последствий.

– Значит, ты хочешь, чтобы я был той подпоркой, которой видел меня Теос?

– Ник, его правлению подошел конец. Будущее Дрэкона – это мы с тобой.

Никогда еще он не был так близок к тому, чтобы поверить, что он тоже является частью политической жизни своего государства. Но что-то сдерживало Никандроса.

– Мне хотелось бы помочь тебе, но я не могу.

– Никандрос, тебе не приходило в голову, что я по-настоящему нуждаюсь в тебе? – с горечью спросил Андреас. – Так же как Камилла и Элени? И так же, как жители Дрэкона, которые подарили тебе такую привилегию?

– Мама предпочла мне тебя, своего приемного сына, – отрезал Никандрос, сдерживая гнев. Его мать разошлась с Теосом, как только Никандрос перестал нуждаться в ней. И вместе с тем она решила жить в Дрэконе, в одном из поместий Андреаса.

– Может быть, Камилла поняла, что я нуждаюсь в ней больше, чем ты. – Ника потрясла беспомощность, промелькнувшая в глазах брата. – У тебя осталось много неоконченных дел? Много женщин, которых нужно соблазнить? Много рискованных предприятий? Твоя новая любовница, Мия Родригес Морган…

– Бог мой! Ты следил за мной?

Лицо Андреаса оставалось безучастным, и Ник тут же забыл о сострадании, которое начал испытывать к брату две минуты назад.

– Вот почему я уехал из этого проклятого дворца! – зло бросил он. – Чтобы избежать махинаций и манипуляций отца! И ты еще хочешь, чтобы я доверял тебе? Андреас, ты весь в своего отца, ты так же безжалостен и так же манипулируешь мамой и Элени. И так же слепо предан Дрэкону. Отец лепил тебя по своему образу, и в итоге получился монстр, дышащий привилегированным положением и властью. И если ты не примешь меры, ты закончишь свои дни, как он!

Андреас даже не дрогнул, подобно скале, на которой был построен их дворец, в то время как Никандроса трясло от гнева.

– Что будет, если она продаст эту историю бульварным газетенкам?

– У меня были любовницы и раньше. Мия ничем не отличается от остальных. – Она была всего лишь одержимостью, страстью, которую он утолил.

Хотя с той ночи мысли о ней никогда не покидали его. Или его тело. Даже если чувственность Мии оказалась прямой противоположностью тому, что однажды легкомысленно сказал о ней Брайан.

– Для тебя нет никакой разницы в том, что она беременна, и этот ребенок может быть твоим?

Ребенок? Его ребенок?

У Никандроса похолодело внутри.

Он схватил Андреаса за грудки и притянул к себе, и только теперь увидел шок в глазах своего брата.

– Ты ничего не знал, – растерянно сказал Андреас.

– Ты все придумал. Ты сделаешь что угодно, наговоришь кучу лжи, лишь бы добиться своего.

– Ты при каждом случае выказываешь свое отвращение к отцу и ко мне. И вместе с тем ты продолжаешь вести себя как он. Ты соблазняешь женщин по всему миру, не думая о последствиях, и теперь ты идешь по его стопам, плодя повсюду своих незаконнорожденных детей.

Андреас вырвался из его цепких рук.

У Ника кружилась голова. Он не успел еще разобраться со своей собственной жизнью и стал отцом?

Той ночью они с Мией зачали новую жизнь…

Никандрос жил без обязательств перед Дрэконом, семьей, любовницами и работой и ни к чему не привязывался. Все, чего он жаждал, – это новый вызов, новые горизонты, и все без оглядки назад.

Сейчас ему следовало бы поступить точно так же.

Только Никандрос всегда мечтал о настоящей семье. И разве можно смириться с тем, что твой ребенок живет где-то в этом мире, не знает о твоем существовании и не является частью твоей жизни.

– Я не доверяю тебе. И я не доверяю тому себе, которым становлюсь рядом с тобой, – ответил Никандрос, зная, что брат по-прежнему находится здесь на случай, если ему понадобится помощь.

В далеком прошлом такой жест многое значил бы для Никандроса. Он чувствовал себя таким одиноким на протяжении многих лет, что упал бы на колени за доброе слово от брата.

Но Никандрос научился обходиться без своих родных. Без отца, матери и брата с сестрой.

Они все, один за другим, предпочли Никандросу Андреаса.

Они вынудили его стать таким человеком, каким он был сейчас, и заставили оставить свою детскую наивность и мечты. Они сорвали шоры с его глаз, которые он носил, будучи маленьким мальчиком.

– Никандрос, я прошу прощения за отца и за свои собственные… поступки. Ты принадлежишь Дрэкону.

Именно этих слов и ожидал Никандрос. Что бы ни говорил Андреас, он до мозга костей оставался сыном своего отца.

Но прямо сейчас Ник не мог думать ни о чем другом, кроме ребенка, его собственного ребенка, и женщины, с которой ему вообще не следовало связываться.