Марко не помнил, когда в последний раз он так испугался и разозлился… Вернувшись в номер и не застав там Сьерру, он позвонил консьержу и выяснил, что она ушла из отеля несколько часов назад.

В панике он расхаживал по гостиной минут пятнадцать, пытаясь мыслить разумно. Она не взяла с собой свои вещи, а это означало, что она не бросила его. Но в ночь перед свадьбой Сьерра тоже ничего не взяла! При мысли о том, что она вновь его покинула, у Марко от отчаяния заледенело сердце. Черт возьми, ведь именно он должен был сказать ей, что между ними все кончено!

– Ну? – угрожающе промолвил он, когда она в изумлении молча уставилась на него. – Ты ответишь мне?

– Нет, – холодно сказала Сьерра и прошла мимо него к лестнице.

Марко резко повернулся за ней, не веря своим ушам.

– Нет?! Тебя не было несколько часов, и ты не желаешь сообщить мне, где ты была?

– Я ничего не должна сообщать тебе, Марко, – бросила Сьерра через плечо. – Я вообще тебе ничего не должна.

– Никакого объяснения?

Она поднималась по лестнице, держась одной рукой за перила, с высоко поднятой головой.

– Нет, никакого.

Марко вошел следом за ней в спальню и с изумлением увидел, что Сьерра укладывает вещи в чемодан.

– Ты собираешься уехать?

Она мрачно улыбнулась:

– А разве не видно?

– Для поездки в Лос-Анджелес?

Застыв на секунду, она подняла глаза и прямо взглянула на него.

– Нет, в Лондон.

Ярость и боль вспыхнули в нем с такой силой, что Марко едва мог говорить.

– Черт возьми, Сьерра! – Подняв руку, он хотел… притронуться к ее плечу, уговорить остаться, но замер, увидев, как она инстинктивно сжалась, будто ожидая удара.

– Сьерра? – Его голос мгновенно стих. Ее имя прозвучало как вопрос.

Она выпрямилась, но ни тени страха уже не осталось на ее лице.

– Я уезжаю.

Марко смотрел на нее несколько мгновений, пытаясь успокоиться. Он погорячился, теперь он это понимал.

– Ты решила уехать в Лондон еще до того, как вернулась сюда? – тихо спросил он.

Она открыто взглянула ему в лицо, пронзив холодным взглядом до самого сердца.

– Нет.

Несколько раз он глубоко вздохнул, чтобы успокоиться.

– Прости, я очень разозлился. – Она едва заметно пожала плечами, будто это было уже не важно. – Ты сжалась так, будто я… – Он не хотел озвучивать свое подозрение, возникшее в самом дальнем уголке его души. Может быть, ему просто показалось, но все же… у Сьерры было такое лицо, будто она чего-то испугалась.

– Будто что? – спросила она с вызовом.

– Будто ты думала, что я… – Марко с трудом сглотнул, – ударю тебя.

– Нет, не думала, – сказала Сьерра, помолчав, и тяжело вздохнула. – Но старые привычки трудно искоренить.

– О чем ты говоришь?

Помолчав, она покачала головой:

– Не хочу сейчас об этом говорить.

– Почему? Может, это будет наш самый важный разговор.

– О, Марко. – Сьерра взглянула на него, и его сердце сжалось при виде печали в ее глазах. – Бог свидетель, я хотела бы рассказать, но… – Голос ее сорвался, и она прикусила губу.

– Что ты от меня скрываешь? Чего не можешь мне сказать?

Сьерра молчала, и Марко еле сдержался, чтобы не шагнуть к ней, не повысить голос, не начать требовать, угрожать.

– Сьерра, неужели какой-то мужчина… когда-то ударил тебя?

Возникло молчание, показавшееся ему бесконечным. Марко затаил дыхание. Сьерра наконец взглянула на него, и на ее милом лице отразилось смирение.

– Да, – сказала она, и Марко вдруг охватил бешеный гнев на того неизвестного мужчину, который посмел ударить ее. Марко готов был убить этого подонка.

– Кто это был? – вскричал он. – Бойфренд?…

– Нет, – безучастно произнесла она. – Мой отец.

Сьерра видела, как Марко заморгал, а на скулах его заиграли желваки, когда с неподдельным изумлением он уставился на нее. Она продолжала укладывать вещи. Когда Марко закричал на нее, пылая гневом, Сьерра поняла, что чуть не попалась в западню. В этот момент она словно очнулась и осознала, что превращается в свою мать. Так же как Вайолет, она собиралась бросить свою жизнь под ноги мужчине, подчиняться его требованиям, жить ради его удовольствия. Неужели она повторит этот путь? Ни в коем случае! Слава богу, она прозрела, пока не стало слишком поздно… хотя душа ее разрывалась от горя при мысли о том, что она покидает Марко навсегда.

– Твой отец? – хриплым голосом повторил Марко. – Артуро? Нет.

– Я знала, что ты не поверишь.

Он медленно покачал головой, на его побелевшем лице отражались растерянность и крайнее смятение. Сьерре даже стало жаль его.

– Но… – начал Марко, затем замолчал. Она взяла платье, в котором была вчера на открытии. – Сьерра, подожди. – Он сжал ее запястье – нежно, но твердо, – и она замерла на месте.

Марко неотрывно смотрел на нее несколько секунд, а затем отступил назад, подняв руки вверх, словно сдаваясь.

– Ты знаешь о том, что я никогда не ударю тебя.

– Да, я знаю, – тихо сказала она. – Но не могу побороть в себе страх. Доверять было очень трудно.

Марко медленно опустился на кровать. Сьерра продолжала возиться с чемоданом. Он смотрел на нее так пристально, что у нее задрожали руки.

– Ты ничего не имеешь против этого? – наконец спросила Сьерра дрогнувшим голосом.

– Что ты имеешь в виду? Что он бил тебя? – спросил Марко.

– Разве это нужно объяснять?

– Сьерра, твой отец был для меня родным человеком. Я любил его. Я доверял ему. Да, это нужно мне объяснить. – Голос Марко сорвался, и Сьерра вздрогнула.

– Тогда я тебе объясню, – холодно сказала она. Поразительно, но она испытала облегчение. Она скажет ему всю правду, которую так долго скрывала! – Мой отец бил меня, – твердо сказала Сьерра. – Часто. И мать бил тоже. Перед людьми он разыгрывал из себя заботливого отца и любящего мужа, но дома он физически и морально унижал нас. Удары, шлепки, тычки и много чего еще. Оскорбления, издевки, гадкие шутки… – Сьерра сокрушенно покачала головой, и слезы навернулись ей на глаза. – Но мать любила его, несмотря ни на что. Я никогда этого не понимала. Она любила его и всегда была на его стороне, хотя и старалась меня защитить.

Марко напрягся и непроизвольно сжал кулаки.

– Нет…

– Мне не важно, поверишь ты мне или нет, – сказала Сьерра, хотя понимала, что лжет. Для нее это было очень важно. – Но теперь ты знаешь, даже если не хотел знать.

Она стала застегивать свой чемодан, но Марко положил на него руку.

– Пожалуйста, Сьерра, не уходи вот так.

– Зачем мне оставаться?

– Нам было хорошо вместе. – Он сделал глубокий вдох. – Послушай, твои слова для меня – невероятный шок. Это не значит, что я не поверил тебе, но дай мне время, чтобы это переварить. Пожалуйста.

Сьерра медленно кивнула. Слова его были разумными, хотя инстинктивно ей хотелось убежать.

– Хорошо, – сказала она и стала ждать.

Целая минута прошла в молчании. Наконец Марко нерешительно произнес:

– Почему… почему ты не сказала мне об этом раньше?

– Разве ты поверил бы мне? Ты возненавидел бы меня, Марко. Ты возмутился бы, услышав от меня такие слова.

– Я имел в виду – гораздо раньше. – Он взглянул на нее, и во взгляде его отразились смятение и боль. Сьерра вдруг почувствовала острый укол вины. – Когда мы были обручены.

– Но и тогда ты уже был его правой рукой.

– Но ты собиралась выйти замуж за меня. Как ты могла бы жить в браке, скрывая от меня это?

– Я поняла, что не смогла бы.

– Значит, отец был причиной твоего побега? – Марко с изумлением смотрел на нее, крепко сжав зубы.

– В некоторой степени – да.

– Я не понимаю, Сьерра. – Марко провел рукой по волосам, и даже сейчас, в таком смятенном состоянии, она почувствовала к нему влечение и поспешно отвела взгляд. – Пожалуйста, помоги мне понять, – сказал Марко, и в голосе его она уловила нотку досады, даже злости.

Сьерра напряглась:

– Я не понимаю, чего ты от меня хочешь.

– Какого-нибудь объяснения. Почему ты согласилась выйти замуж за меня? – Этот вопрос гулко разнесся по просторной комнате.

Сделав глубокий вдох, она смело встретила его взгляд.

– Чтобы уйти от своего отца.

Марко побледнел. Заметив, как напряглось его тело, Сьерра поняла, что он разозлился. Она с трудом сдержала дрожь.

– И это было единственной причиной? – тихо спросил он.

Она молча кивнула – и Марко, повернувшись, медленно вышел из спальни. Оставшись одна, она опустилась на кровать, внезапно почувствовав слабость в ногах. Она потеряла Марко. Чувство утраты было невыносимым, Сьерра ощущала его как зияющую рану в груди. Глубоко вздохнув, она с трудом застегнула молнию на чемодане и села, не зная, что ей дальше делать.

Через несколько минут, взяв себя в руки, она спустилась с чемоданом по винтовой лестнице. Марко стоял в гостиной, повернувшись к ней спиной и глядя на вечерний город. Задержавшись на нижней ступеньке, Сьерра почувствовала, что не хочет никуда уходить, не хочет, как семь лет назад, идти в темную ночь, в неизвестное будущее.

Но разве она могла остаться?

Услышав позади себя шорох, Марко повернулся к ней, нахмурив брови. Она застыла на месте, вцепившись в свой злосчастный чемодан.

– Ты все же хочешь уехать? – хмуро спросил он.

– Я не знаю, что мне делать, Марко. – Ей ненавистно было слышать сдавленные рыдания в своем голосе, и она быстро заморгала глазами.

Тихо выругавшись себе под нос, Марко решительно направился к ней.

– Сьерра, дорогая моя, я был совершенным ослом. Пожалуйста, прости меня.

Она никак не ожидала услышать от него такие слова. Взяв у нее чемодан, он поставил его на пол и умоляюще протянул к ней руки.

– Не уходи, Сьерра. Пожалуйста. Не уходи, пока я не пойму. Пока мы не исправим это.

– Как мы можем это исправить? Я знаю, как много значил для тебя мой отец, а я ненавидела, ненавидела его… – Сьерра всхлипнула, и горькие слезы потекли по ее щекам. – Всегда. – Она попыталась продолжить, но голос вдруг отказал, и Сьерра разрыдалась. Марко осторожно привлек ее к себе, обняв за дрожавшие плечи.

Она прижалась лицом к его груди, а он бережно гладил ее по спине, шепча какие-то глупые ласковые слова. Сьерра не могла понять, откуда у нее столько слез. Она плакала потому, что у нее был такой отец, и потому, что отца у нее никогда не было.

– Прости, – наконец выговорила она, оторвавшись от Марко, чтобы вытереть мокрые щеки. Теперь, когда первый приступ плача прошел, ей стало стыдно за такой откровенный взрыв эмоций. – Мне нельзя было так раскисать…

– Чепуха. Тебе надо было поплакать. Я даже представить себе не мог, что ты так страдала, Сьерра.

Марко подвел ее к одному из диванов и усадил рядом с собой, обняв за плечи. Сьерра прильнула к нему, ощутив себя в безопасности в его руках.

– Ты расскажешь мне? – наконец спросил Марко.

Сьерра судорожно выдохнула:

– Что тебе рассказать?

– Все.

– Я не знаю, с чего начать.

Марко крепче прижал ее к себе, усаживаясь удобнее.

– Начни с чего хочешь, Сьерра, – тихо сказал он.

Помолчав, она заговорила, с трудом подбирая слова. Она рассказала ему, как отец впервые ее ударил. Ей было четыре, Артуро дал ей пощечину, и она не могла понять за что. Ей потребовались годы, чтобы найти ответ на этот вопрос: ни за что.

Она рассказала Марко о том, что отец иногда бывал добрым и веселым. Он подкидывал ее в воздух, называл «моя принцесса», одаривал ее и мать подарками.

– Но когда я стала старше, я поняла, что он так вел себя только в присутствии посторонних.

– А когда вы были одни? – тихо спросил Марко. – Он всегда…

– Достаточно часто, поэтому я стала прятаться от него, и это его страшно злило.

– А когда ты повзрослела?

– Я поняла, что мне надо уйти. Но мать никогда бы его не покинула. Я умоляла ее уехать со мной, но она отказалась. – Сьерра горестно всплеснула руками. – Я никогда не понимала этого. Он был красив и мог быть очень обаятельным, но так, как он обращался с ней… – Голос Сьерры снова сорвался, и она громко всхлипнула.

– Но почему же ты не ушла из дома, когда повзрослела?

Сьерра устало рассмеялась.

– Ты думаешь, это было просто?

– Нет, не думаю, – ответил Марко. – Я просто хочу понять. Мне трудно в это поверить.

Трудно? Сьерра опешила. Даже сейчас он сомневается? При этой мысли ей захотелось замолчать. Взяв ее за подбородок, Марко повернул ее лицо к себе.

– Ты веришь мне? – выпалила она, выдав себя с головой. Но еще хуже было то, что Марко ей не сразу ответил. Он молчал несколько секунд.

– Да, – наконец сказал он. – Конечно, верю. Но я не хотел бы верить в это.

– Потому что ты любил его.

Марко кивнул, на лице его отражалось смятение.

– Я ведь рассказывал тебе о своем отце? Он приходил очень редко, а потом вообще исчез. А моя мать… – Он сделал паузу, и Сьерра затаила дыхание, готовясь услышать какую-то тайну.

– Твоя мать…

– Это не имеет значения. Я только хотел сказать, что Артуро был для меня самым близким человеком. Если бы не он, я бы до сих пор таскал чужие чемоданы. И теперь, когда я узнал о нем такое… – Голос Марко сорвался на хрип. – Мне больно это слышать. Но я верю тебе.

– Спасибо, – прошептала она.

– Не надо благодарностей, Сьерра. – Он помолчал, и Сьерра поняла, что он подыскивает подходящие слова. – Значит, ты хотела уйти от отца. Почему же ты выбрала меня?

– Это он тебя выбрал, – возразила Сьерра. – А я старалась убедить себя в том, что сама приняла решение. – Она печально улыбнулась. – Ты знаешь почему? Я увидела тебя во дворе – в тот день, когда мы познакомились. К тебе подошла кошка и стала тереться о твои ноги, а ты наклонился и погладил ее. Мой отец на твоем месте пнул бы ее. И я решила, что ты благородный человек.

– Ты говоришь так, – сказал Марко, помолчав, – будто сейчас сомневаешься в этом.

– Нет, я… – Сьерра прикусила губу. Ей было очень трудно отделить свои прежние чувства от нынешних. – В ночь перед свадьбой я поняла, что замужество – не выход для меня, мне нужно найти свой путь, стать самостоятельной личностью.

– Так что же случилось в ту ночь? – спросил Марко. – На самом деле?

Сьерра увидела, как он напрягся всем телом, готовясь услышать ответ.

– Именно это я и хотела тебе сказать. Я подслушала ваш разговор – и поняла, как вы были похожи. Я… я прежде этого не понимала. Я услышала, как отец дал тебе ужасный совет.

– «Я знаю, как справиться с ней», – тихо сказал Марко. – Теперь я понимаю, почему это так испугало тебя, но… почему ты не спросила меня, Сьерра?

– А о чем я могла тебя спросить? – Впервые в ее голосе послышалось раздражение. – «Ты не будешь бить меня, Марко?» На этот вопрос вряд ли кто-нибудь ответит честно.

– Я ответил бы.

– А я бы не поверила тебе. Это я поняла в ту ночь, Марко. Мне помогла моя мать. Когда я сказала ей, что не люблю тебя… – Сьерра нерешительно умолкла. Конечно, Марко знал, что она тогда не любила его. И он тоже ее не любил. Но теперь это звучало так холодно.

– Продолжай. Когда ты сказала об этом своей матери, что она сделала?

– Она дала мне денег, – прошептала Сьерра. – И назвала имя подруги, жившей в Англии, к которой я могла обратиться.

– И ты просто ушла в ночь? Отправилась в Палермо?

– Да. Я была в ужасе. – Сьерра сглотнула комок в горле, вспомнив подробности своего побега. – Мне было жутко страшно. Я никогда не выходила в город одна. Но я поймала такси и поехала в порт. До утра я просидела в кассовом зале и купила билет на первый же паром, отправлявшийся на материк.

– Должно быть, это было нелегкое путешествие. – Марко, похоже, был впечатлен.

– Да. Я пересаживалась с поезда на поезд и наконец оказалась в Англии, едва владея английским языком. Я заблудилась в метро, где кто-то пытался обчистить меня. Когда я нашла дом подруги матери, оказалось, что она там больше не живет. Я провела ночь в женском приюте, а затем, воспользовавшись бесплатным Интернетом в городской библиотеке, нашла ее новый адрес, и она приютила меня.

– Ты приложила столько усилий, чтобы избавиться от меня, – безучастно отметил Марко, и Сьерра отпрянула от него.

– Не от тебя, а от отца. Дело не в тебе, Марко. Я уже объяснила тебе.

Его глаза заледенели, губы твердо сжались.

– Как же не во мне? Ты не права, Сьерра. Конечно, отец повлиял на тебя. Но если бы ты узнала меня ближе, если бы доверилась мне, ты никогда бы не уехала в Лондон.

Сьерра с большим трудом признала его правоту.

– Это объяснимо, – сдавленно произнесла она. – Ведь я не доверяла людям, особенно мужчинам.

Марко вздохнул, опустив плечи.

– Объяснимо, – тихо согласился он. – Да.

Поднявшись с дивана, Сьерра стала нервно расхаживать по комнате, обняв себя за плечи. Ей стало вдруг холодно.

– И что теперь? – наконец спросила она, повернувшись к нему лицом. Он все еще сидел на диване и смотрел на нее. На лице его ничего не отражалось. – Должна ли я уехать? – Сьерра с трудом задала ему этот вопрос. – Я могу сегодня вечером уехать в Лондон.

Марко, не моргая, смотрел на нее.

– Ты хочешь этого?

Сердце ее забилось, во рту пересохло. Это был решающий момент – она должна была решить, может ли она верить ему. Если она сейчас уйдет, бросится ли он за нею вслед? Захочет ли он сделать это?

– Нет, – прошептала она. – Не хочу.

Марко изумленно взглянул на нее, но вдруг на лице его отразилось такое облегчение, что Сьерра сама облегченно вздохнула.

Поднявшись с дивана, он подошел к ней и заключил ее в объятия.

– Вот и хорошо, – сказал он, целуя ее.