Надо сказать ему. Медлить нельзя.

Кейт было невыносимо наблюдать, как Люк мучается в смятении. Придется нарушить предписания врача. Неизвестность и сомнения, терзавшие его, причинят вреда гораздо больше.

Кейт не солгала, говоря, что любит его. И это усугубило ее положение стократ.

Она надела любимое зеленое платье с открытыми плечами и золотые сандалии, уложила волосы в небрежный пучок.

Необходимо было признаться, что их помолвка всего лишь выдумка, плод воображения. Но Кейт не сделала этого, и вскоре ей придется встретиться лицом к лицу с последствиями собственной слабости и эгоизма.

На пальце по-прежнему красовалось обручальное кольцо. Это украшение – символ любви и верности мужчины, который и не подозревает, кто она на самом деле.

Кейт сама с трудом узнает себя. Ей всегда претили ложь и манипулирование, однако не составило особого труда стать настоящим профи и в том, и в другом.

В доме вкусно пахло обедом. Рыба, запеченная с овощами. Как бы ни закончился этот вечер, ей хотелось, чтобы все сложилось идеально.

Это их последний вечер вместе.

Мама облегченно вздохнет, когда узнает, что дочь рассказала правду. А его родители? Потребуют ее увольнения? Отстранят от работы ее родителей?

Тем не менее, несмотря на возможные последствия, пора поступить правильно.

Кейт снова отправилась на кухню проверить, готова ли еда, взглянула на океан, заметила, как потемнело небо. Приближался очередной шторм. Как вовремя. Ведь весь этот кошмар начался после ливня с грозами. Впервые в жизни ее не радовала непогода.

Люк во дворе разговаривал по телефону. Связь, скорее всего, прервется.

У Кейт от волнения и переживаний свело желудок. Больше всего на свете она мечтала вернуться в прошлое, сделать так, чтобы тот вечер, когда он ушибся, сложился иначе. Во-первых, она бы ни за что не стала спорить по поводу его визита в приют. Не удалось уговорить в течение почти года, какой смысл настаивать.

Хотя, конечно, теперь, когда часть прошлого для него тайна, Люк, кажется, забыл о своей холодности. Ах, если бы после того, как все вернется на круги своя, он остался таким, как сейчас, добрым, милым.

Сейчас, как никогда, надо быть сильной. Все, в чем Люк ее обвинит, будет справедливо. От нее ничего не зависит. Кроме как раскрыть ему глаза на реальное положение вещей. И, по возможности, наиболее деликатно.

Кейт вытащила сковородку из духовки и, накрыв стол, позвала Люка. Он все еще разговаривал по телефону. После того, как послышались отдаленные раскаты грома, электричество стало тускнеть. Она быстро нашла свечки, пока свет не отключился совсем.

Казалось, матушка-природа решила немного помочь. Кейт не придется видеть взгляд Люка, полный ненависти и презрения, когда он узнает, что их отношения – всего лишь нелепая ложь.

– Дорогой, ты слышал, что я сказала?

Люк попытался снова сосредоточиться на голосе матери, но ее слова сбивали с толку.

– Ты сказала, что Алана связалась с тобой, и заявила, что ей необходимо со мной поговорить, – повторил он.

Их отношения закончились, у него теперь есть невеста. Интересно, что могло понадобиться бывшей подружке от него?

– Именно. Она звонила два раза и настаивает на вашей встрече. Я не собираюсь лезть не в свое дело, решать тебе, но не думаю, что это хорошая идея.

Его глаза упивались красотой оранжевого горизонта. Это место стоило купить из-за одного только вида, несмотря на необходимость ремонта. Правда, сейчас голова забита другим. Смутные воспоминания готовы обрести более четкие и ясные очертания.

– Почему она вообще звонила тебе? Алана в прошлом.

– Значит, ты ее помнишь? Это хорошо. Тогда мне не стоит даже говорить тебе, что ее наивность и глупость не знают границ, если она думает, что можно вот так запросто вернуться в нашу жизнь после гнусной ситуации с беременностью.

Голос матери стих. В голове Люка все еще звенело слово «беременность». Блеск кольца с бриллиантом, Алана вся в слезах шепчет о будущем ребенке…

– Ее план женить тебя на себе, притворившись беременной, смехотворная нелепость, – продолжала мать, не отдавая себе отчета в том, что сейчас происходит с сыном. – Как вовремя ты купил особняк на острове. Алана не знает, где ты находишься.

Вовремя?

Люк резко развернулся и посмотрел сквозь стеклянные двери на Кейт. В одно мгновение невинная фраза матери «Как вовремя» обрушила на него лавину воспоминаний. К нему вернулась память.

Кейт не его невеста, а лишь ассистентка. И их отношения никогда не выходили за рамки отношений «босс-подчиненный». По крайней мере, до его травмы.

Люку стало дурно, он нащупал рукой спинку стула и тяжело опустился на него.

– Алане не место в нашей семье, Лукас.

Он нервно сглотнул, продолжая смотреть на Кейт, как завороженный. Его снова предала женщина, которая, как ему казалось, достойна доверия и на которую можно положиться.

Неудивительно, что она с такой неохотой рассказывала о его прошлом. И ее нежелание делать это, скорее всего, продиктовано не предупреждением доктора, а скрытыми мотивами.

Как он мог быть так слеп? Как Кейт могла бессердечно воспользоваться его уязвимым состоянием? Раньше Люк не замечал в ней стремления к манипулированию и обману. Что изменилось? Почему ей вздумалось разыграть перед ним этот жалкий фарс?

Он устало закрыл глаза и процедил сквозь зубы:

– Мама, я перезвоню тебе потом. Связь очень плохая из-за погоды.

Звонок прервался, прежде чем он успел договорить. Шторм обещал быть очень яростным в прямом и переносном смысле.

Его голова упала к груди. Люк всеми силами старался стереть из памяти последние несколько дней, а вместе с тем и заглушить те чувства, которые охватили его от осознания того, что они с ассистенткой переспали. Он верил, что любил ее, они скоро поженятся и она станет королевой.

И ей прекрасно известно о главном правиле его семьи. Люк лично разъяснил это год назад, когда их взаимное притяжение грозило перерасти в нечто большее. Он приложил все усилия, чтобы задушить его в зачатке. Кейт знала о настоящей невесте и фальшивой беременности и смолчала даже после того, как он рассказал ей о своих снах.

Как далеко могла зайти эта игра, по ее мнению? Как долго она планировала лгать ему, глядя в глаза? А ведь сегодня эта женщина призналась ему в любви.

Его сердце сжалось от невыносимой боли. Любовь не существует там, где есть ложь.

Его глаза устремились к ней. Их взгляды встретились. На ее лице появилась очаровательная улыбка, которая теперь вызывала в нем лишь отвращение.

Теперь он знал, что делать.

* * *

Кейт охватило беспокойство, когда Люк не улыбнулся в ответ. Наверное, разговор по телефону с кем-то расстроил его.

Но это не станет ее очередным оправданием, чтобы не рассказать ему правду.

– Обед готов, – раздался ее звонкий голос.

Она посмотрела на букет, который купила вчера на городской ярмарке. Они с Люком пережили столько прекрасных мгновений за короткое время. Но счастливые воспоминания зиждились на обмане. Кейт его поддерживала, оправдывая тем, что действует в интересах Люка.

Нервы были на пределе. Дрожащие пальцы расправили юбку платья. Она встала рядом со столом, пытаясь привести в норму сбивчивое дыхание и ожидая его появления.

– Пахнет вкусно, – заявил он с улыбкой, зайдя на кухню.

Кейт на секунду закрыла глаза, когда Люк небрежно поцеловал ее в щеку. Погружение в иллюзию только причинит ей боль. Поэтому надо скорее с этим покончить. Хотя девушка всем сердцем мечтала о том, чтобы это превратилось в реальность, и принц всегда смотрел на нее так, будто любит ее и хочет разделить с ней свою жизнь.

– Звонила моя мать. Спрашивала, как у нас дела.

Кейт ковыряла вилкой рыбу в тарелке. От волнения у нее совсем пропал аппетит.

– Уверена, что она переживает за тебя.

– Я ей дорог. Думаю, все, кому я небезразличен, переживают.

Она взглянула на него и тут же застыла. От его взгляда к горлу подступил ком.

– Да. Многие любят тебя.

– А ты? Ты любишь меня?

Она взяла его за руку, легонько сжав ее.

– Тебе отведено особое место в моем сердце, Люк.

Он промолчал, они в тишине закончили обед и отнесли посуду на кухню.

– Оставь все. Пошли со мной.

Люк повел Кейт в спальню. Ее сердце бешено заколотилось. Если он начнет целовать ее или раздевать, она снова потеряет голову и ничего ему не расскажет. Они зашли в комнату с огромной кроватью, которая стала свидетелем их страстных утех. Больше никогда они не разделят это ложе любви, больше никогда их тела не переплетутся.

– Мы не можем, – пробормотала она, высвобождая свою руку.

– Не можем что? – Он вопросительно вздернул бровь.

Кейт виновато отвела взгляд от его лица.

– Ты не можешь заниматься со мной любовью? – Люк положил руки ей на плечи. – Или не можешь больше играть роль влюбленной невесты? Стоит отдать тебе должное, ты сыграла прекрасно и так правдоподобно врала мне.

Она резко повернулась к нему, встретившись глазами с холодным мрачным взглядом. У нее перехватило дыхание, каждую клеточку тела сковал страх.

– Моя настоящая невеста пыталась связаться со мной. – Люк отошел от нее, будто больше не выносил ее близости рядом с собой. – Мама рассказала мне об этом, и кусочки пазла стали складываться, как по щелчку пальца.

– Ты все вспомнил?

– Я знаю, что ты – моя ассистентка, которая лгала и манипулировала мной, чтобы залезть ко мне в постель. – Комната наполнилась злобным хриплым смехом. – Теперь-то понятно, почему мы раньше не были близки.

Сердце сжалось от боли и обиды. Кейт лишилась дара речи. Никакие слова не спасут ее от его праведного гнева.

– Как далеко ты собиралась зайти? Встала бы со мной у алтаря и поклялась в вечной любви?

Но она действительно любит его, хотя и выбрала самый неподходящий момент, чтобы проявить свои чувства.

– Может быть, ты и детей бы от меня родила?

Люк сделал шаг к ней, но Кейт знала, что не имеет права уйти. Придется покорно снести наказание, она это заслужила.

– Как ты могла так со мной поступить? – От его холодного низкого голоса кровь стыла в жилах. – Теперь я понимаю, почему ты плакала в душе после секса. На тебя нахлынуло чувство вины, но, очевидно, ты недолго мучилась угрызениями совести, потому что вскоре вернулась в мою постель.

Кейт, будто пытаясь защититься от обидных слов, опустила глаза.

– Смотри на меня. Ты так просто не отделаешься. Тебе придется объясниться. Скажи хоть что-нибудь, черт побери!

– Чтобы я ни сказала, это не изменит того факта, что я солгала тебе. И ты не поверишь моим оправданиям.

Люк раздраженно всплеснул руками.

– Зачем ты это сделала? Думала, я влюблюсь в тебя? И ты вечно сможешь водить меня за нос?

– Нет. Меньше всего на свете я хотела причинить тебе боль.

– О, нет, ты не причинила мне боль. Тот, кого ты не любишь, не может сделать этого. Я вне себя от гнева, потому что доверял тебе.

– Когда мы занимались любовью…

– Мы не занимались любовью, – прошипел он, прервав ее на полуслове, и подошел так близко, что его сбивчивое дыхание защекотало ей кожу. – Мы занимались сексом. И это огромная ошибка, о которой я сожалею.

Кейт посмотрела ему в глаза, надеясь разглядеть проблеск чувств, которые видела последние несколько дней. Но теперь в них поселилась ненависть. От прежних эмоций не осталось и следа. Прежний Люк вернулся, а вместе с ним и черствость.

– Я позвоню, чтобы меня забрали, – прошептала она. – Пока меня не заберут, буду в коттедже.

Она вышла из комнаты, удивившись, что он не остановил ее, чтобы окончательно добить, выплеснув презрение и гнев. Кейт не могла плакать перед ним, иначе бы Люк расценил это как попытку разжалобить его. Всему виной ее эгоизм. Она получила все, что хотела: мужчину, которого любила, и кольцо от него. Правда, лишь на несколько дней.

Раскаты грома разорвали тишину, молнии изрезали черное небо, начался настоящий ливень.

– Кейт, – окликнул Люк.

Она обернулась, стоя под дождем у дорожки, ведущей в гостевой домик.

– Куда ты собираешься в такую погоду?

– Тебе не все равно?

– Я рассержен, но не хочу, чтобы кого-то ударило молнией.

Огни в доме замигали, а затем и вовсе потухли. Везде стало темно, лишь в столовой горели свечки и еще одна на кофейном столике в гостиной.

– Зайди внутрь, – раздался приказ, не предполагавший возражений.

Кейт неспешно пересекла двор, проходя мимо него, нечаянно зацепила плечом. Он тут же отпрянул от нее, как от прокаженной.

– Извини.

– Я буду в своей комнате. – Повелительный взмах руки заставил ее замолчать. – Не воспринимай это как знак того, что я о тебе забочусь. Можешь остаться здесь, пока не закончится шторм. На этом все.

Он прихватил одну из свечей и поднялся, оставив ее дрожать в темной гостиной. Кейт тяжело опустилась на диван и прижала колени к груди.

Впервые в жизни хотелось, чтобы ливень прекратился. Надо скорее попасть в коттедж, собрать вещи и уехать.

Находиться в доме, в котором поселилась боль, стало невыносимо. По телу пробегала дрожь от одной мысли, что придется снова увидеть злость и отвращение в глазах мужчины, который покорил ее сердце.

Выдуманные отношения жениха и невесты лишили надежды на то, что Люк останется частью ее жизни хотя бы в каком-нибудь качестве. Кейт покусилась на то, что ей не принадлежало, и наказанием станут ужасные последствия этого поступка.