Итак, вся деревня уже знала, что сын Гарольда Морган-Уайт помолвлен с милашкой Сэмми Уилсон. Разве это не чудо? Ведь Гарольд годами жаловался всем подряд на то, что его сын-трудоголик никак не женится.

– Если мы вскоре не сбежим отсюда, – сказал ей Лео, когда последний гость направился к двери, – то следующим неожиданным сюрпризом будет священник, органист и салон свадебной моды.

– Наши родители никогда бы этого не допустили, – быстро возразила Сэмми. – Они же знают, что это не по-настоящему.

Хотя было трудно понять, что на уме у Гарольда и ее матери, которые радостно принимали поздравления.

Сэмми не сомневалась, что для посторонних она выглядела восторженной и взволнованной, потому что до самого конца вечера не забывала поцелуй Лео. Он поймал ее врасплох и сделал то, что заставило ее покраснеть и потерять дар речи. Кроме того, на протяжении всей вечеринки Лео не отходил от нее ни на шаг. Он собственнически придерживал ее рукой за талию, и Сэмми радовалась тому, что никто не задавал вопросов, когда они с Лео вдруг поняли, что влюблены друг в друга.

Она понимала, что становится безрассудной.

И хотя Сэмми была готова признать, что Лео красивый, утонченный и очень сексуальный мужчина, ей было невдомек, отчего она так разволновалась из-за его поцелуя. Ведь он целовал ее на публику.

После вечеринки они не виделись. Лео вернулся в Лондон, чтобы заключать сделки перед отъездом в Австралию, а Сэмми подала заявление об увольнении, к большому разочарованию завуча.

И теперь, глядя на чемоданы, стоящие на полу спальни в доме ее матери, Сэмми чувствовала, будто катается на американских горках и ее поезд набирает скорость. Она не могла не смотреть на дорогое обручальное кольцо у себя на пальце и не удивляться тому, как много событий произошло с ней всего за неделю.

Лео надавил на самое больное место Сэмми, предложив избавить ее мать от стресса и долгов. Однако она согласилась помочь ему не только из-за матери, но и из-за симпатии к Гарольду. Сэмми очень любила отца Лео и достаточно наслушалась о Гейл Джемисон и о Шоне, постоянно тянувшим из него деньги, а также об Адель, у которой не будет доброго и любящего окружения, если она останется с бабушкой.

Однако Сэмми понимала, как трудно ей будет играть роль любящей невесты, потому что Лео лишал ее самообладания. Ей не хватало сил, чтобы сопротивляться его мощному влиянию. Сэмми никогда не нравилось его отношение к женщинам, она не одобряла его неразборчивость. Хотя все это в данный момент не играло никакой роли, потому что они с Лео находились вместе только благодаря удачно разыгрываемому ими спектаклю.

Сэмми услышала, как мать зовет ее и говорит о том, что приехал водитель, которого прислал Лео. Она взяла чемоданы и понесла их вниз. Ее мать стояла у изножья лестницы.

– Ты уверена, что справишься без меня? – обеспокоенно спросила Сэмми. – Меня не будет только десять дней. За это время Лео должен получить четкое представление об исходе судебного дела.

Худое лицо матери светилось от радости. И это, честно говоря, встревожило Сэмми. Она надеялась, что ее мать не начнет верить, будто отношения между ней и Лео реальные.

– Со мной все будет хорошо, дорогая. Каждое утро ко мне будет заходить Эми, а до твоего возвращения мне не придется ходить к врачу. Просто поезжай и наслаждайся. У тебя так давно не было отпуска.

– Мама, – произнесла Сэмми вполголоса, когда вошел шофер, чтобы отнести ее чемоданы в машину. – Я еду не в отпуск. Я же говорила тебе, зачем я туда отправляюсь.

Ее мать округлила глаза и ободряюще улыбнулась:

– Конечно. Ты правильно поступаешь, дорогая. Гарольд так обрадуется, когда все благополучно разрешится.

– Ну, никто точно не знает, каким будет результат, – натянуто заметила Сэмми.

– Если за дело берется Лео, все непременно будет хорошо.

Сэмми закатила глаза:

– Он не рыцарь на белом коне и не может победить всех!

– Гарольд очень в него верит, – сказала ее мать. – Кстати, Сэм, ты прекрасно выглядишь.

– Мама, я должна идти.

Сэмми покраснела. Лео между делом намекнул, что ей неплохо чуть-чуть поменять гардероб. Но если бы он попытался заставить ее носить то, что она не хотела надевать, то Сэмми уперлась бы и настояла на своем.

Автомобиль ехал из Салькомба в Лондон, и она задавалась вопросом, что подумает Лео, когда она снимет пальто и кардиган и предстанет перед ним в тонких кремовых брюках и светлокоричневой футболке, а потом снимет сапоги и наденет кремовые мокасины. Сейчас на ней было плотное, водонепроницаемое пальто, шарф и перчатки, которые скрывали доказательства ее попыток выглядеть пристойно.

Конечно, он не будет смотреть на нее одобрительно. Лео ясно дал ей понять это с самого начала. Она была идеальной кандидаткой на роль его невесты, потому что не вызывала у него желания.

По сути, Сэмми наемная служащая. Если бы Лео не оказался в столь сложной ситуации, то, конечно, ни за что бы ею не заинтересовался.

В аэропорту ее сразу провели к стойке регистрации, служащий аэропорта вез на тележке ее чемоданы. Люди смотрели на нее и перешептывались. Сэмми чувствовала себя членом королевской семьи. Она сожалела, что не сняла немодное пальто и шарф перед выходом из автомобиля.

Ее щеки горели от смущения, когда она увидела Лео у стойки регистрации пассажиров первого класса. Он наблюдал, как она медленно идет к нему. Ее волосы были распущены и обрамляли ее лицо в форме сердца. У нее были удивительно ясные голубые глаза, обрамленные темными ресницами. Ему хотелось смотреть на нее не отрываясь. Но вот она подошла и резко остановилась перед ним.

– Ты приехала, – сказал он, прислоняясь к стойке.

– Ты полагал, что я могу передумать?

– Я рад видеть, что ты надела обручальное кольцо.

Лео взял ее за руку и осмотрел ее палец под разными углами. В конце концов Сэмми высвободилась.

– Я надела его в машине, – призналась она. – Я не хотела надевать его перед мамой.

Они прошли паспортный контроль и зашагали по аэропорту подальше от толпы и магазинов беспошлинной торговли к зоне ожидания для пассажиров первого класса.

– Почему нет? – спросил он.

– Она знает, что это просто спектакль, но…

– Что?

– Я просто не хочу, чтобы она подумала, будто наши с тобой отношения – настоящие.

Лео покосился на нее.

– Уверен, она так не подумает, – сказал он.

– Ну, этого нельзя сказать наверняка, – продолжала Сэмми, останавливаясь только для того, чтобы оглядеть роскошный зал, в который он ее привел. – Ого!

– Ого? – Лео поднял брови, удивляясь ее искренности.

– Я никогда так не путешествовала, – честно сказала Сэмми. – Вообще-то я всего дважды летала самолетом.

– Ты можешь снять пальто и сесть.

Лео никогда не обращал ни малейшего внимания на окружающую его роскошь. Но сейчас он оглядел роскошный немноголюдный зал. Любая его подружка давным-давно сняла бы пальто и делала бы все, чтобы привлечь внимание людей в зале. Сэмми пальто не снимала. Казалось, она даже плотнее его запахнула.

– Ты говорила о том, что твоя мать может неверно понять ситуацию… – Лео стал вынимать свой ноутбук из кожаного чехла, рассеянно глядя на заголовки газет, аккуратно сложенных на столе.

Он поднял голову.

Сэмми сняла пальто и шарф и слегка наклонилась, чтобы расстегнуть сапоги.

Глядя на нее, он отчетливо видел очертания ее груди. На Сэмми была футболка и брюки из легкой ткани, выгодно облегающие ее тело и стройные ноги. Она не смотрела на него, запихивая неприглядные сапоги в сумку и надевая кремовые туфли.

Ее одежда была скромной и сдержанной. Тем не менее Сэмми удалось привлечь внимание Лео. Выпрямившись, она встретилась с ним взглядом.

На несколько секунд она затаила дыхание. Ей стало любопытно, скажет ли он что-нибудь о ее наряде. Лео промолчал, и она испытала непонятное разочарование, но все равно заставила себя улыбнуться.

Сэмми резко напомнила себе, что между ними нет настоящих отношений, поэтому он не должен обращать внимания на ее одежду. Пока она играет свою роль, ни у кого не будет оснований подозревать, что между ними что-то неладное.

– Да. – Она села и заправила волосы за уши. – Я думаю, мама сейчас слишком впечатлительна из-за болезни. Она всегда была сильной женщиной, и ей очень нелегко мириться со своим положением. – Сэмми нахмурилась. – До меня только недавно дошло, как она нервничает по поводу того, что я не выйду замуж. – Она немного застенчиво рассмеялась. – Она думает: если с ней что-то случится, мне понадобится поддержка.

– По-твоему, беспокойство заставит ее поверить, будто между нами настоящие отношения? – Лео изо всех сил старался сдержать возбуждение, которое испытал при виде Сэмми. Он не понимал, почему она старается скрывать свое тело, при виде которого у многих мужчин потекут слюнки.

– Она пожелала мне отдохнуть в Мельбурне, потому что у меня давно не было отпуска, – призналась Сэмми.

– А этого не может произойти?

Сэмми открыла рот, чтобы спросить Лео, как ей удастся расслабиться, если она постоянно будет притворяться его невестой. Но она вовремя сдержалась.

Почему она не сможет отдохнуть? Лео же сможет. Он будет работать и не станет нервничать в ее присутствии. У него не будет посасывать под ложечкой при виде Сэмми.

– Я так долго жила в стрессе, что забыла, как вообще можно отдыхать, – неуверенно произнесла она.

– Тогда мне придется заставить тебя вспомнить об этом.

– Что ты имеешь в виду? – спросила она.

– Влюбленные обычно осматривают достопримечательности и ищут новые захватывающие приключения.

– Ты шутишь?

– Зачем мне шутить, Саманта? Мы должны выглядеть убедительно. Если мы будем проводить свое свободное время порознь, то старуха Джемисон сразу заподозрит неладное.

– Она станет ходить за нами по пятам?

– Честно говоря, – откровенно произнес Лео, – я бы этого не исключал. Если она потеряет опеку над Адель, то лишится доступа к моим деньгам. Я ничего ей не должен. Гейл не имеет отношения ни ко мне, ни к моему отцу. Пока ребенок у нее, она гарантирует себе доход, потому что ни мой отец, ни я, честно говоря, не хотим, чтобы Адель страдала из-за финансовых проблем. Поэтому Гейл приложит все усилия, чтобы дискредитировать меня. А какой самый быстрый способ это сделать? Убедить судью, что я ненадежный человек, который не собирается остепениться.

– По-моему, ты прав.

– Таким образом, у тебя будет отпуск, о котором говорила твоя мать, – сказал он с уверенностью. – А теперь, – Лео указал на прилавок с закусками, – почему бы тебе не поесть? Мне придется поработать, если я планирую одновременно выиграть судебное дело и отдыхать в предстоящие полторы недели.

Хотя Лео сказал ей о необходимости изображать влюбленных, Сэмми не верила, что кто-нибудь в Мельбурне будет за ними наблюдать. И хотя до нее доходили разные слухи о Гейл и ее ужасных манипуляциях, она не представляла, как эта женщина станет следить за ними.

Двадцатидвухчасовой перелет был изматывающим. Лео выкупил все места в салоне первого класса, потому что не желал, чтобы пассажиры мешали ему в полете. Его поступок шокировал Сэмми, но потом она поняла, что долгие перелеты действительно лучше совершать в роскоши. Во время полета Лео не переставал работать с компьютером.

В какой-то момент она повернулась к нему и беспечно спросила:

– Тебе не скучно?

– Работа никогда не бывает скучной. – Он серьезно посмотрел на нее, и Сэмми почувствовала себя увядающим в тени цветком, на который упали солнечные лучи. – У меня неисчерпаемый запас энергии. Я должен провернуть довольно важные сделки до прилета в Мельбурн.

– Когда ты в последний раз отдыхал?

– Ты говоришь как мой отец. – Лео скривился. – Пожалуйста, сделай мне одолжение и избавь меня от длинных нотаций по поводу высокого кровяного давления, преждевременных инфарктов и стресса.

– Я не собиралась читать тебе нотации, – заявила Сэмми. – Мне просто любопытно. И не надо думать, что ты обязан проводить со мной все свободное время. Кстати, а миссис Джемисон знает, когда мы прилетим?

– По-твоему, я не побеспокоился о том, чтобы она не крутилась у нас под ногами? По предварительной договоренности у меня состоится встреча с ее адвокатом. Мои юристы уже готовы к работе.

Нестерпимая жара окутала их, когда они вышли на улицу. Небо было голубым и безоблачным. Лоб Сэмми сразу покрылся испариной.

Она знала, что их будет ждать шофер. Но она не подозревала, что помимо шофера их будут ждать несколько папарацци.

Удивленно моргая, она инстинктивно подошла ближе к Лео и почувствовала, как он обнял ее за талию. Они пошли прямо к машине.

Оказавшись в салоне с кондиционером, Сэмми оглянулась на папарацци, потом повернулась к Лео и прошептала:

– Что они делают в аэропорту? Я не понимаю. В Англии не было ни одного репортера. На самом деле никто, кроме гостей вечеринки, не знает о нашей помолвке!

– Почему ты так решила? – спросил он.

– Нас даже не фотографировали.

– Я приказал фотографам не высовываться, – сообщил ей Лео, и она посмотрела на него в полном изумлении.

– Что ты имеешь в виду?

Он развалился на сиденье, прислонившись к дверце и повернувшись к Сэмми вполоборота. В серых брюках и черной рубашке поло с короткими рукавами он выглядел властным и могущественным.

Вспомнив его поцелуй, Сэмми вздрогнула.

– У меня прекрасные отношения с прессой, особенно с желтой. Они как акулы. Разорвут тебя на части, если это вызовет сенсацию. Выгоднее всего время от времени подбрасывать им новости. Я богат, но я не звезда Голливуда. Чем меньше они печатают обо мне, тем лучше, но я признаю, что моя жизнь многим интересна. – Он пожал плечами.

Сэмми была смущена. Лео говорил с ней о мире, который был настолько ей чужд… Неудивительно, что он решил, будто ее присутствие рядом с ним вызовет ажиотаж. Она была его полной противоположностью.

– Я знаю нескольких репортеров ведущих таблоидов, – сказал Лео так, словно это было нечто обыденное. – Хитрость в том, чтобы относиться к ним как к людям, а не как к вредителям. Если будешь воспринимать их по-доброму, то они, скорее всего, тебя пощадят. Во всяком случае, я сообщил им, что помолвлен. Я чувствовал, что это необходимо сделать, учитывая обстоятельства. Кстати, – продолжал он, – игнорируй всех, кто попросит у тебя интервью. Здесь меня знают не так хорошо, как в Лондоне, но у меня есть большие финансовые интересы и в этой части света. Кроме того…

Лео густо покраснел и умолк, пробуждая ее любопытство.

– Что?

– Я получил в Австралии нежелательную известность благодаря знакомству с одной местной актрисой около года назад.

– Неужели? – Год назад Сэмми настолько беспокоилась о здоровье своей матери, что почти не замечала ничего вокруг.

– Вивьен Мэдисон.

– Та самая Вивьен Мэдисон? Ох. Я понятия не имела. Что случилось?

– Я удивлен, что ты не знаешь об этом кусочке моей жизни. – Лео усмехнулся. – Ты же читала обо мне в таблоидах?

– Год назад мне было не до таблоидов, – призналась Сэмми. – Мама проходила лечение, и я была… Я едва соображала, что происходит. И месяцами не читала газет.

– Короче говоря, – мрачно произнес Лео, – ее обнаружили с упаковкой таблеток в номере отеля, и вся австралийская пресса обрушилась на меня.

– Она пыталась покончить с собой, потому что ты ее бросил?

Сэмми невольно отстранилась от него. Ее потрясало его бесцеремонное отношение к женщинам, которое, оказывается, даже доводило их до попыток самоубийства.

Лео видел отвращение на лице Саманты. Как правило, ему не было дела до того, как кто-то оценивает его поступки. Но по непонятной причине ему не хотелось, чтобы она считала его чудовищем.

– Вивьен Мэдисон была эмоционально неуравновешенным человеком. – Лео не привык оправдываться, поэтому с трудом подбирал слова. – Когда я увлекся ею, то обнаружил, что у нее проблемы с алкоголем. Потом она подсела на болеутоляющие средства. Но она была удивительной актрисой и умело скрывала свои зависимости. – Он вздохнул, и его худое, красивое лицо внезапно смягчилось. – Она быстро привыкла ко мне, хотя я сказал ей с самого начала, что мне не нужны постоянные отношения. Но Вивьен была очень эмоциональной, а ее пристрастие сделало ее еще более неуравновешенной. Я нашел ей отличного врача и реабилитационный центр. Я не хотел продолжать с ней отношения, но вовсе не собирался избавляться от нее как от мусора. Истина в том, что мне было ее очень жаль.

Сэмми была под впечатлением. Оказывается, этот властный и безжалостный человек способен сострадать женщине, с которой он расстался. Сэмми взглянула на Лео по-новому. Он честно рассказал ей обо всем, хотя ему было совсем нелегко это сделать.

– Инцидент с передозировкой произошел через несколько недель после того, как мы с ней расстались, но в прессе об этом не упомянули. Позже журналисты вяло извинились передо мной, когда обнаружили, что Вивьен переборщила с лекарствами, получив отказ от одного из врачей-психиатров в реабилитационном центре. Но в любом случае здесь мое имя навсегда будет связано с ней.

– Вы с ней по-прежнему общаетесь?

– Ни в коем случае, – утвердительно заявил Лео.

Это был конец разговора. Сэмми поняла это по выражению его лица. И ей стала ясна причина его антипатии к эмоциональным всплескам.

– Значит, у нас есть график, – сказала она, меняя тему.

– Нас ждут постоянные встречи с адвокатами. Если я получу опеку, то, вероятно, выплачу миссис Джемисон серьезную денежную компенсацию. Нам предстоят очень напряженные десять дней.

– Не так много времени на отдых.

– Эй, – лениво сказал Лео. – Разве счастливой невесте можно так рассуждать? Я уверен, мы найдем время, чтобы осмотреть достопримечательности Мельбурна. Особенно если за нами будут наблюдать любопытные журналисты. Если Джемисон решила играть серьезно, то она наверняка связалась с журналистами и сообщила им о моем приезде. У них, безусловно, есть материал для хорошей статьи, учитывая мою прошлую связь с Вивьен. Но не пугайся! – Он протянул руку и провел длинным загорелым пальцем по ее руке, отчего Сэмми затрепетала. – Все закончится в мгновение ока, и ты вернешься к прежней жизни.