Следующие сорок восемь часов Сэмми хотелось рвать и метать. Лео был таким самоуверенным! Она помнила все детали его визита и каждое мимолетное выражение его лица, когда он делал ей предложение.

Тот факт, что Лео объявился у нее с обручальным кольцом, говорил сам за себя. Он не ожидал, что уйдет от нее, не получив положительного ответа.

На самом деле он приехал не просить ее об одолжении. Лео приехал шантажировать ее и вынуждать оказать ему услугу. Он выложил все козыри, будучи абсолютно уверенным, что она ему не откажет.

Лео обрисовал, как изменится ее жизнь и жизнь ее матери. Они обе будут избавлены от волнения по поводу дома и ипотеки. Кроме того, Сэмми станет проводить рядом с матерью максимум своего времени.

Сделка фактически состоялась до того, как Лео установил Сэмми лимит времени. И он правильно предположил, что ее мать уже обо всем знает, потому что та не испытала ни шока, ни удивления, когда Сэмми заговорила с ней об этом.

И вот теперь она ждет его появления и нервничает, как шестнадцати летняя девчонка, считая минуты до свидания. Только не стоит забывать, что Лео не ее парень и она не должна радоваться тому, что ей предстоит.

Сэмми увидела его машину, когда та остановилась у ее дома, и быстро отошла от окна. В дверь позвонили.

Она оделась по-военному – в буквальном смысле этого слова: камуфляжные брюки, теплая зеленая куртка с длинными рукавами, толстый свитер защитного цвета, кроссовки и водонепроницаемое пальто с пушистой оторочкой на капюшоне.

Она распахнула дверь и на секунду затаила дыхание, посмотрев на Лео снизу вверх.

Было очень холодно. Но, несмотря на плохую погоду, Лео все-таки удалось выглядеть дорого и элегантно в черных джинсах, черном свитере и светло-коричневом тренчкоте.

– Ты не надела обручальное кольцо, – тут же заявил он.

– Я не думаю, что следует его надевать прямо сейчас.

– Любящая пара должна заявлять о своей любви, а не скрывать ее, как позорную тайну. Где кольцо?

– У меня в сумке.

– Тогда надень его. – Лео оглядел ее наряд. – Мне строго-настрого запретили говорить тебе об этом, но в доме моего отца нас ждет небольшой прием.

Сэмми рылась в сумке, стараясь отыскать кольцо.

– Прием?

– Это идея моего отца. Ты же знаешь, какой он сентиментальный.

– Это фиктивная помолвка, Лео! Как только Адель отдадут тебе, мы расстанемся.

– Поверь мне, я сказал ему об этом, но он ответил, что такое важное событие нельзя не отметить. Он годами твердил о своем желании меня женить. После нашего последнего разговора он признался, что иногда жаловался своим дружкам в боулинг-клубе и садоводческом клубе, а также во всех остальных клубах, к которым он присоединился, что ему больше всего на свете хочется, чтобы у него была прекрасная невестка. По-видимому, это мечта моей матери. Похоже, он частенько болтал с ней об этом, и она сказала ему, что хотела бы, чтобы я женился. Я не сомневаюсь, что этот животрепещущий вопрос обсуждался в перерыве между выяснением, какое удобрение лучше всего использовать для роз. Было бы странно, если бы отец держал свое заветное желание при себе, – подытожил Лео. – Его друзья смертельно обиделись бы на него. – Он взглянул на нее. – И как я уже сказал, состоится прием или нет, не обсуждается.

– По-моему, это неправильно, Лео.

Он нетерпеливо щелкнул языком.

– Мы не делали бы этого, если бы Гейл могла нести ответственность за ребенка, – сказал он.

– Ты должен перестать называть Адель просто ребенком. Ты кажешься холодным и бесчувственным.

– Мы отклонились от темы, – растягивая слова, произнес Лео и показал ей сумку. – Маленький сюрприз для тебя.

– Да?

– Наряд для помолвки. Я решил, что платье подойдет для этого случая больше, чем джинсы и джемпер. Но тогда я еще не знал, что ты оденешься как на войну. Не спорь со мной, Саманта. Просто переоденься.

Сэмми ощетинилась, но Лео не собирался сдаваться. Она выхватила у него из рук сумку с этикеткой.

– Командир, – пробормотала она, направляясь внутрь.

– И запомни, мы помолвлены. Влюбленные обычно счастливы быть вместе. Ворчанье и рычание придется отложить. Ты меня понимаешь?

Сэмми густо покраснела.

– У меня такое ощущение, что ты забыл: меня принудили стать твоей невестой, – заявила она. – А теперь ты заставляешь меня наряжаться.

– Я тоже не в восторге от вранья, хочешь верь, хочешь не верь. Я должен изменить свои деловые планы, чтобы сыграть помолвку и поехать в Австралию, где меня ждут разборки с женщиной, которая для меня как шило в заднице после смерти Шона. Прибавь к этому кое-кого, кто в совершенстве владеет искусством стенаний, и ты поймешь, что я не совсем добровольный участник этой ситуации! И при этом я должен помнить обо всех, кто вынудил меня это сделать. Переодевайся, Саманта. – Лео многозначительно взглянул на часы и прислонился к стене.

Сэмми ожидала, что он принес ей короткое и облегающее платье. Обычно в таких нарядах красовались все его женщины. Поэтому она удивилась, увидев красивое мягкое бледно-розовое шерстяное платье с длинными рукавами, длиной до колен, с округлой горловиной. Оно облегало фигуру, как перчатка. Как бы Сэмми ни хотелось в этом признаться, но платье ей понравилось.

Она также вынуждена была пересмотреть свою точку зрения по поводу Лео, которого считала неисправимым бабником, привыкшим хвастаться своими женщинами, разодетыми, как куклы. Для своей фиктивной невесты он выбрал довольно скромное платье в классическом стиле, и это было разумно.

Сэмми вышла в коридор, где Лео по-прежнему стоял у стены и что-то просматривал на своем мобильном телефоне.

Его глаза сверкнули, когда он посмотрел на нее. Он выпрямился и похвалил ее за то, что она так быстро переоделась.

Ни слова о том, как она выглядит. Сэмми почувствовала разочарование, но тут же одернула себя.

– Я выгляжу немного презентабельнее?

– Сейчас хотя бы не похоже, что ты вышла из военной зоны, – тихо сказал Лео, открывая ей дверцу машины. – Теперь мы должны улыбаться друг другу и обмениваться нежными взглядами. И тогда все будет в порядке.

– Ты такой холодный, – задумчиво произнесла Сэмми. – А твой отец такой добрый.

– И к чему привела его доброта? – ответил Лео, не пропуская удар. – После смерти моей матери он не справился с одиночеством, позволил эмоциям одержать верх и связался с Джорджией. Разве этого мало?

– Он был потерян. – Сэмми поняла, что разглядывает его профиль.

– Он был потерян, потому что дал волю своим эмоциям. Если это тебя не убедит, то вспомни Шона. Я признаю, что он никогда не был ответственным. Хотя, возможно, он чего-то добился бы в жизни, если бы не сошелся с Луизой.

– То есть ты считаешь, что надо запирать эмоции на ключ?

– Такая тактика отлично служила мне многие годы.

Теперь Сэмми понимала, почему отец Лео так отчаянно хотел общаться с Адель. Он желал, чтобы она выросла нежной и доброй.

– Ты не планируешь жениться по-настоящему? – спросила она.

– Зависит от того, что ты называешь настоящим, – сухо ответил Лео. – Если ты спрашиваешь, забуду ли я об осторожности и позволю ли себе лелеять нереалистичные ожидания о сказочном романе на всю жизнь, то этого не будет. Никогда. Если же ты спрашиваешь, женюсь ли я однажды на женщине, с которой я смогу вести интеллектуальные беседы, которая будет финансово независимой, самостоятельной и не станет постоянно требовать от меня внимания, то кто знает? Такое возможно, хотя я не планирую это делать в ближайшем будущем.

– О, у нас будет веселенький брак, – сказала Сэмми, и Лео расхохотался.

У него был низкий и чувственный смех, и она испытала странное удовольствие.

– Конечно, – пробормотал он, – в этом браке будет кое-что еще.

– Например?

Он посмотрел на нее, и Сэмми покраснела до корней волос, потому что сразу поняла, что он имеет в виду.

Разволновавшись, она отвернулась и уставилась в окно. Лео снова расхохотался.

– Итак, ты меня поняла, – тихо сказал он. – После помолвки с тобой мне придется не только пересмотреть свой рабочий график, но и отказаться от кое-каких удовольствий.

– Я тебя поняла, – быстро прервала она его.

Он снова рассмеялся и спросил:

– А для тебя это не станет проблемой?

– Я не меняю бойфрендов, как перчатки, – холодно ответила Сэмми.

– Ты намекаешь, что я меняю подружек, как перчатки?

– Разве это не так?

– Я не ищу любви, – сказал Лео. – Но мне нравится наслаждаться и нравится быть рядом с женщиной, которая любит наслаждаться.

– К счастью, у нас фиктивная помолвка, – непринужденно произнесла Сэмми, невольно представляя себе, как именно Лео развлекается со своими женщинами.

– Ты ищешь родственную душу? – спросил Лео.

– Да. И в этом нет ничего плохого. – Она подумала о своих бывших бойфрендах и удивилась тому, как далека от реальности ее теория об идеальном партнере.

– Ну, каждому свое. – Лео равнодушно пожал плечами. – Как я уже говорил, это одна из причин, почему я решил заключить фиктивную помолвку именно с тобой. У нас с тобой абсолютно разные понятия об отношениях. Теперь давай придумаем версию того, как мы познакомились и как долго мы с тобой встречаемся.

К тому моменту, когда они подъехали к дому отца Лео, изморось сменилась снегом. Сэмми очень любила этот дом. Конечно, он был слишком большим для одного человека, но Гарольд жил только в нескольких комнатах, а остальные открывал по особым случаям. Летом посетители платили за визит в сады и историческую часть его дома.

Гарольд утверждал, что не может расстаться с ним, пусть даже дом очень дорого ему обходится. С ним было связано слишком много воспоминаний, как он однажды сказал Сэмми.

– Отцу следовало бы сократить расходы. – Лео словно прочел ее мысли, въезжая во двор. – Он не только эмоциональный, но и упрямый, как мул.

– Я надеюсь, здесь не соберется вся деревня? – спросила Сэмми. – Они не будут прятаться в темной гостиной?

– Это может быть опасно, учитывая, что большинству собравшихся далеко за семьдесят. Не забывай, что мы должны выглядеть настоящими влюбленными.

– Зачем? По-твоему, они могли пригласить папарацци?

Сэмми понимала, что ведет себя вздорно и по-детски. Она заключила сделку с дьяволом и должна терпеть, а не стенать. Нравится ей это или не нравится, но в результате их с Лео соглашения она избавится от финансовых проблем. Однако каждый раз, глядя на Лео, она осознавала, как нелегко ей придется в ближайшие недели. Рядом с ним она не могла не волноваться.

Как она может притворяться влюбленной в человека, который ее раздражает? Ей совершенно не нравятся его взгляды на жизнь. Они с ним совсем не похожи. Любой человек поймет, что они притворяются. Особенно Гейл Джемисон, которая многое потеряет, если не получит опеку над внучкой. Они поедут в Австралию, и Сэмми придется играть этот спектакль перед людьми, которые не будут настолько снисходительными и доброжелательными к ним с Лео, как те, что ждут их сейчас в доме.

Сэмми подумала о своей матери. Она удивительно оптимистично восприняла ситуацию, хотя Сэмми обо всем рассказала ей категоричным и пессимистичным тоном. Потом она поняла, что ее мать давно знает о том, как Гарольд переживает из-за невозможности общаться с внучкой. Кроме того, она никогда бы не обмолвилась и словом, даже если бы Сэмми приняла неверное решение. Может, она не согласилась бы со своей дочерью, но оставила бы собственное мнение при себе.

– Саманта!

– Да? – Сэмми моргнула и уставилась на человека, который хмуро смотрел на нее.

Лео разочарованно пригладил волосы, продолжая хмуриться, потому что она задумалась и не слушала его.

– Я говорю с тобой, – проворчал он.

Его угрюмость вырвала ее из задумчивости. Она смотрела на него забавляясь, потому что он походил на сердитого ребенка.

– Что тебя рассмешило?

Он насупился, и Сэмми улыбнулась.

– Ты злишься, что я не уделяю тебе все свое внимание? Наверное, – лукаво сказала она, – ты не привык к женщинам, которые не уделяют тебе сто процентов своего времени.

– Не глупи, – проворчал Лео.

– Я и не собиралась! Но я не стану соглашаться со всеми твоими идеями и слушаться тебя по щелчку твоих пальцев только потому, что ты мой жених.

– Если мы будем спорить, никто не поверит, что мы вместе. Пошли. Нас ждут. И не забудь удивиться. Для тебя вечеринка должна была стать неожиданностью.

Почти у двери Сэмми остановилась и коснулась его руки.

Лео посмотрел на нее сверху вниз, ожидая от нее неповиновения и упрямства, к которым он уже почти успел привыкнуть. Но Сэмми выглядела беспомощной и растерянной. Он любовался нежной кожей ее лица. Чем дольше он смотрел на нее, тем привлекательнее она ему казалась.

Отмахнувшись от странных ощущений, он вставил ключ в замок, повернул его, открывая входную дверь, и отступил, чтобы пропустить Сэмми вперед.

Она была в этом доме несколько недель назад. Как обычно, она несколько минут наслаждалась его захватывающим, неповторимым великолепием. Хотя здание было старинным, оно выглядело обжитым и уютным. Вероятно, этот эффект создавался благодаря эклектичному сочетанию мебели и отдельных предметов искусства, которые родители Лео собирали многие годы.

Мариэла привезла в дом картины и уникальные, экзотические произведения искусства, которые придавали интерьеру неповторимость. На полированном круглом столе в коридоре красовалась массивная композиция из свежих цветов, и Сэмми вдохнула удивительный цветочный аромат, на время позабыв, почему она здесь.

Но блаженное забвение длилось недолго. Она услышала голоса за дверью и оробела.

– Выше голову! – приказал Лео. – Мы влюб лены. Не смотри так, словно отправляешься на плаху.

Он быстро прошагал к гостиной, и Сэмми поспешила за ним, ужасно смущаясь и задаваясь вопросом, как ей удастся изобразить шок и удивление. Лео постучал в дверь гостиной и открыл ее. Потом отошел в сторону и развернул Сэмми к себе лицом.

Он улыбался.

На секунду все мысли вылетели из ее головы. У нее перехватило дыхание. Ее тело горело, а внизу живота появилось странное ощущение.

– Дорогая! – Лео рассмеялся. – А это маленький сюрприз для нас. Я хотел тебя предупредить, но я поклялся молчать.

Он произнес эти слова достаточно громко, чтобы удостоиться восхищенных аплодисментов. В гостиной собрались все те, кого Сэмми хорошо знала. Она начала поворачиваться к ним, когда Лео обнял руками ее лицо, опустил голову и поцеловал в губы.

Кончик языка Лео дразнил ее полную нижнюю губу, и Сэмми инстинктивно открыла рот, прижимаясь к его мускулистому, твердому телу. Но он отстранился от нее.

– Отлично, – пробормотал он ей на ухо. – Думаю, мы были достаточно убедительными.