— Арчи, заткнись. Так или иначе мы уже готовы завершить эту партию, и эндшпиль будет проще, если окажется, что это труп мистера Хауэлла. Поэтому давай подождем звонка от прокурора.

Отложив каталоги, он взглянул на часы, которые показывали без семи четыре.

— А теперь давай приготовимся. Вынь, пожалуйста, капсулу из сейфа.

Ну, уж на этот раз эта штуковина его не пощадит, а мне лучше быть за закрытой дверью, подумал я.

Однако оказалось, что он придумал новый фокус, на этот раз без кофейника. Пока я доставал капсулу из сейфа, Нэро положил на стол кольцо клейкой ленты и небольшую фотографию, наклеенную на серый картон. На фотографии, без сомнения, был запечатлен Юджин Пур.

— Здорово. Теперь понятно, почему ты такой довольный, несмотря даже на то, что Сол заплатил за нее двести зеленых.

— Арчи, дай сюда фотографию и лучше подержи эту штуку.

Я взял капсулу, а Вульф прижал ее к углу картонки и накрепко приклеил скотчем.

— Положи это в конверт, а конверт запри в сейф, — сказал мне он, а сам, посмотрев на часы, направился к себе в оранжерею.

Вернувшись в шесть в офис, он попросил Фритца принести пиво и снова углубился в каталоги. В восемь Фритц позвал нас ужинать. В половине десятого мы вернулись в офис. Без четверти десять раздался звонок от прокурора Фрейзера. Убитого опознали. Это был Артур Хауэлл. Помощник прокурора с двумя полицейскими уже были на пути к нам, чтобы выяснить, как мистер Вульф определил имя жертвы и кто является убийцей.

Вульф закончил разговор с прокурором и откинулся в кресле.

— Арчи, тебе придется поехать к миссис Пур.

Я попытался увильнуть.

— Она уже, наверное, спит. Ведь сегодня были похороны и вдова, конечно, устала.

— Ничем не могу тебе помочь. С тобой поедет Сол.

— Как Сол?

— Да, он спит у меня в спальне. Всю прошлую ночь ему пришлось провести на ногах. Вы захватите фотографию ее мужа. И давайте быстрее собирайтесь, вам нужно уйти до того, как сюда явятся эти чертовы ищейки из Уэстчестера. Я не хочу их видеть. Предупредите Фритца, чтобы он запер дверь на все замки, как только вы уйдете. А теперь позвони Солу и скажи, чтобы он немедленно спускался в офис и я вам дам инструкции что и как делать.

Гостиная в квартире Пуров на 84-ой улице на этот раз выглядела несколько иначе, чем три дня назад, когда я оказался здесь впервые. Не было ни массы посторонних людей, ни хозяина квартиры, лежавшего на полу практически без головы, да и мебель была расставлена по-новому. Исчез стул, сидя на котором Юджин Пур закурил роковую сигару. Стол, за которым инспектор Крэмер устроил свой штаб, переместился к противоположной стене, а радиоприемник встал по другую сторону дивана. Именно на нем теперь сидела Марта Пур, а я устроился на стуле перед ней. Вдова была одета во что-то одновременно напоминающее и купальный халат, и шикарное платье.

— Я пришел к вам по поручению Нэро Вульфа, — начал я. — Сегодня утром я сказал, что как только мы узнаем что-нибудь интересное для вас, то сразу вам сообщим. Но я здесь не для этого и сразу хочу вам об этом сказать. Во-первых, я должен отдать вам этот конверт и попросить, чтобы вы посмотрели его содержимое.

Марта взяла протянутый конверт и не спеша вытащила из него фотографию.

Эта штуковина, приклеенная здесь, может показаться нелепостью в стиле Сальватора Дали, но это была идея Вульфа, — прокомментировал я. — Я не уполномочен обсуждать этот предмет или фотографию, но хочу заметить, что снятый на ней человек очень похож на вашего покойного мужа. И хотя я его видел лишь однажды, два дня назад в нашем офисе, но, поверьте, хорошо запомнил, как он выглядит. Во вторник мы могли бы продать эту фотографию в любую газету за очень приличную сумму, но, к сожалению, в тот день ее у нас не было.

Марта положила фотографию рядом с собой на диван, нервно теребя край карточки, где была приклеена капсула.

— Где вы ее раздобыли? — спросила она изменившимся голосом.

Я покачал головой.

— Ответы на вопросы не входят в мою компетенцию. Как я уже говорил, мне предписано действовать строго по инструкции. Кстати, инструкция номер два обязывает меня проинформировать вас, что человек по имени Сол Панцер сейчас стоит около служебного лифта в холле на вашем этаже. Сол не громила, но он хорошо выспался и находится в прекрасной форме. Инструкция номер три: тело, обнаруженное в саду, по голове которого проехала машина, опознано как труп Артура Хауэлла, работника корпорации Беккера. Кстати, от места, где оно обнаружено, буквально десять минут езды до придорожного ресторана и жилища Блейни.

Миссис Пур не мигая смотрела мне прямо в глаза.

— Не понимаю, зачем вы все это мне рассказываете. Артур Хауэлл? Вы сказали Артур Хауэлл?

— Совершенно верно. Артур Хауэлл. Голова расплющена в лепешку, но для зубного врача кое-что осталось. Говоря вам об этом, я выполняю лишь данную мне инструкцию.

Я посмотрел на часы.

— Инструкция номер четыре: сейчас двадцать минут одиннадцатого. Без четверти одиннадцать я должен вернуться в офис или позвонить туда. Если я не сделаю ни того, ни другого, Нэро Вульф позвонит инспектору Крэмеру, и полиция явится сюда. Возможно, не в таком количестве, как во вторник, но их будет предостаточно.

Я выдержал паузу, внимательно глядя на Марту.

— Подумайте. Эта фотография и капсула. Сол в холле. Без четверти одиннадцать приезд полиции. Вам все ясно?

Миссис Пур резко поднялась с дивана, и я подумал, что сейчас она набросится на меня. Но Марта остановилась в нескольких сантиметрах передо мной. Ее голова была на уровне моего подбородка.

— Арчи Гудвин, вы, наверное, думаете, что я ужасная, насквозь испорченная женщина? Не так ли?

— Я ничего не думаю, мадам. Я всего лишь посыльный, выполняющий поручение своего хозяина.

— Арчи, вы очень опытный человек, прекрасно разбирающийся в женщинах. Я это поняла, когда вы положили свою руку мне на плечо. Вы прекрасно знаете, что я женщина, которая должна принадлежать мужчине. Но мужчине сильному, удачливому, и принадлежать ему я буду вечно.

Она начала улыбаться, но губы ее задрожали.

— Но такого человека я встретила слишком поздно. Это я поняла вчера, когда почувствовала вашу руку. Тогда я бы могла стать вашей навсегда. Я могу ей стать и сейчас, если только это возможно. Мы бы могли уехать вдвоем сейчас же. Вам ничего не нужно мне обещать. Если только вы хотите меня, так же, как я хочу вас…

Она несмело дотронулась до моей руки. Я отпрянул.

— Э-э, послушайте, — мне пришлось откашляться. — Вы прекрасная женщина, нет никаких сомнений, но, как вы сами сказали, все это слишком поздно. Через семь минут Нэро Вульф позвонит в полицию, и вам лучше было бы сейчас поправить прическу: наверняка вас будут фотографировать.

Откинувшись, она залепила мне пощечину, правда, не сильную.

— Как я ненавижу мужиков! Боже, как я вас ненавижу!

Марта повернулась и пошла в ванную. Не знаю, что она там делала, поправляла ли прическу или что-нибудь еще. Мне было все равно. Я сел на диван. Наверное, я даже знал, что должно было случиться. Поэтому, когда раздался взрыв, не такой сильный, как в кабинете Вульфа, где капсула взорвалась в кофейнике, я даже не вздрогнул. Не спеша я подошел к ванне и открыл дверь.

Через несколько секунд я пришел в кухню, открыл дверь, ведущую на служебную лестницу, и позвал Сола Панцера.

— Все кончено. Она положила капсулу в рот и подожгла запал. Поезжайте и доложите Вульфу. Я вызову полицейских.

— Но тебе сейчас, наверное… Я лучше останусь.

— Нет, нет. Поезжай. Со мной все в порядке.

На следующий день у нас в офисе творилось черт знает что. Приехал Крэмер, который притащил не только сержанта Стеббинса, но и Хэлен Вардис, Джо Кролла и Конроя Блейни. Последнего в дом не пустили, так как Нэро твердо заявил, что этот человек больше не переступит порог его дома. Остальные кое-как разместились в офисе во главе с Крэмером, который, конечно, сидел в красном кресле. В течение получаса между ним и Вульфом шла схватка такого накала, которого я еще не видел.

— Тогда арестуйте меня, — рычал Нэро. — Получите ордер и арестуйте.

Крэмер, который уже высказал все, что положено инспектору, лишь глухо ворчал.

— Но предупреждаю, — наступал Вульф, — сформулировать обвинение будет нелегко. Я не утаивал свидетельских показаний, не мешал ходу следствия и не покрывал виновного. Мне казалось, что миссис Пур, неожиданно получив доказательства своей вины, растеряется и признается в содеянном.

— Чепуха, — отбивался Крэмер. — Вместо доказательств вы мне представляете еще один труп. И я знаю, почему так произошло. — Он постучал пальцем по подлокотнику кресла. — У вас было одно, так сказать, доказательство — фотография Артура Хауэлла. И если бы вы вовремя ее мне представили…

— Бред собачий. У вас была фотография Артура Хауэлла. Корпорация Беккера представила ее вашим людям еще в четверг. Об этом работник корпорации сказал Солу Панцеру, когда дал ему копию этой фотографии.

— Ладно, — Крэмер чувствовал, что проигрывает схватку. — Но я не знал, что Хауэлл приходил к вам во вторник с миссис Пур, которая выдавала его за своего мужа. Он и одет был в тот самый костюм, рубашку и галстук, что настоящий мистер Пур носил в тот день. Только вы и Гудвин знали об этом.

Здесь уже в бой вмешался я.

— Когда, джентльмены, вы закончите этот бой с тенью, я хотел бы задать один вопрос.

Я смотрел на Вульфа.

— Вы говорите, что знали, что Пур — это не Пур. Когда и каким образом вы это узнали?

Он вздохнул, недовольно наморщился, будто ему было ужасно скучно объяснять ход своих мыслей такому олуху. Но я-то знал, что он плутует. На самом деле ему всегда доставляло удовольствие продемонстрировать свой талант.

— В среду вечером мне сказали, что мистер Пур в день выкуривал до пятнадцати сигар. В четверг это подтвердил и Крэмер. Но человек, который пришел сюда во вторник и назвал себя Пуром, не знал, как держать эту сигару, не говоря уже о том, как ее курить.

— Но он очень нервничал.

— Если это и так, то он это ничем не показывал, только своей возней с сигарой. Ты же сам видел, что тот человек впервые взялся курить сигару. И как только я выяснил, что настоящий мистер Пур был заядлым курильщиком, вся проблема заключалась лишь в том, чтобы выяснить, кто в этом кабинете выдавал себя за Пура. Таким образом, причастность миссис Пур к этому делу становилась очевидной, особенно после того, как все тот же мистер Крэмер заявил, что достать фотографию мистера Пура не представляется возможным. Такого не может быть в наши дни. И надо сказать, что миссис Пур, как бы здорово она все ни придумала, допустила главную ошибку: она решила обвести вокруг пальца именно меня. Она постаралась создать впечатление, что мистер Блейни хочет убить Пура. Это было неплохо. Она не повела подставного Пура в полицию, так как боялась, что там кто-то может знать настоящего. Это тоже было разумно. Но чистым идиотизмом было выбрать меня в качестве жертвы своих детских хитростей.

— Она ненавидела мужчин, — заметил я.

Вульф кивнул головой.

— Да, она, должно быть, была невысокого мнения о мужчинах. Для того, чтобы завладеть тем, к чему она стремилась, а это примерно полмиллиона долларов — считая состояние своего мужа, его страховку и долю мистера Блейни, после того, как его бы посадили на электрический стул за убийство Пура, — она собиралась убить трех мужчин, двух непосредственно и одного с помощью правосудия. Да, она не такая уж дура, но вот ее выбор меня…

— Ничего подобного, — проворчал Крэмер. — Все ее трюки — сплошное сумасшествие.

— Ну, не скажите. — Нэро покачал головой. — Давайте вернемся назад и проследим ход событий. Она ничего не придумала, а использовала то, что оказалось у нее под рукой. Итак, в один прекрасный день она располагала следующим: во-первых, враждебностью между партнерами по бизнесу, отягощенной такими деталями, как мисс Вардис, шпионящая за мистером Блейни по указанию Пура, и мистер Гролл, делающий то же самое под руководством миссис Пур. Во-вторых, ее знакомство с человеком по имени Артур Хауэлл, который имел доступ к взрывным устройствам, помещающимся в сигаре, и который общим обликом напоминал ее мужа. Правда, оставалось его лицо, но об этом она решила позаботиться сама.

Десяток ваших людей, мистер Крэмер, за неделю смогли бы установить ее связи с Хауэллом. Они это умеют. Бесспорно, что эти достоинства мистера Хауэлла и решили его судьбу. Она, конечно, не говорила ему, что ненавидит мужчин. Наоборот, она убедила его помочь убить своего мужа, предложив, скорее всего, неплохое вознаграждение.

— Она была мастером предлагать вознаграждения, — снова напомнил я о себе. — Вспомни, Нэро, как во вторник в этом кабинете она убеждала нас, что хочет, чтобы ее муж бросил свое дело и уехал с ней в деревню, где бы она занималась хозяйством и штопала ему носки.

Вульф кивнул.

— Да. Надо сказать, что это было здорово исполнено. Кстати, мистер Гролл, как вы думаете, у Марты была возможность спрятать эти четыре капсулы в настольный календарь?

— Конечно. Мы с Хэлен это уже обсуждали. Она зашла в наш офис во вторник перед тем, как поехать с мистером Пуром на это шоу. Кроме того, у нее были ключи, и она это могла сделать в любое время.

— Неплохо.

Вульф одобрительно кивнул головой.

— Это, и еще волоски в коробке сигар. Она готовилась к любой случайности. Все эти шаги делались не для вас, мистер Крэмер, а предназначались для присяжных, если только это дело дошло бы до суда. Кстати, джентльмены, не хотите ли пива?

— Нет, — бросил Крэмер насупившись. — Но у меня есть вопрос. Значит, во вторник настоящий мистер Пур не был у вас в офисе?

— Нет, здесь был Артур Хауэлл.

— Тогда где же в это время был мистер Пур?

— На шоу в Мэдисон сквер гарден.

Вульф дважды нажал кнопку звонка. Это означало, что Фритц должен принести пива.

— И опять миссис Пур доказала свою незаурядность. Посмотрите на ее расписание во вторник. Она приходит в офис компании Блейни и Пур в котором часу, мистер Гролл?