— От Цирика проблем полно и без этой безделицы, — Галаэрон начинал верить странному заявлению серафима о неспособности лгать. Спустив Такари с камня, он передал её Вале и жестом указал Малику слезать. — Тебе не захочется быть там.

Малик соскользнул в воду.

— У нас есть план?

— Возможно, — достав из кармана кусок теневого шёлка, Галаэрон прижал его к каменной стене пещеры, прямо напротив туннеля Ариса, а затем зашагал через озеро. — Кажется, не только Арис может прорубить туннель.

— Ты хочешь использовать магию камня? — выдохнул Малик. — Отличный ход!

Галаэрон пожал плечами.

— Лучший из тех, что я смог придумать. И лучше, чем ждать, когда фаэриммы достанут нас здесь.

— А если не выйдет? — спросил Джингелшод. Его руку, державшую пепел Вульгрета, окутывало кружащее облако пыли. — Фаэриммы тебя убьют.

Мрачно кивнув, Галаэрон взглянул на туннель Ариса. Один из противников уже плыл прямо к ним. Эльф расположил круг теневого шёлка на стене пещеры.

— Любой способ замедлить их, несомненно, поможет.

— Тебе, — сказал Джингелшод. — Если верить вашим словам, фаэриммы достаточно сильны, они смогут отыскать филактерию Вульгрета.

Теневой шёлк выскользнул из пальцев Галаэрона, исчезая в серебристой озерной воде. Медленно развернувшись, он ответил:

— Мне кажется, именно из-за подобного эгоизма ты стал нежитью.

— Не думаю, что нарушитель клятв имеет право упрекать других.

Джингелшод повернулся к туннелю Ариса, но обнаружил стоящего на своём пути Малика.

— Эгоизм не всегда плох, — заметил коротышка. — Особенно, когда каждого можно заставить увидеть одну истину — их целей достигнуть проще, работая вместе. Уверен, если мы все возьмём себя в руки, то найдём, что решение всегда было под носом.

Галаэрон яростно покачал головой, но обнаружил, что Малик всё равно ничего не видит. Его взгляд полностью заслонен фигурой железного рыцаря. Заставляя себя двигаться плавно, чтобы не потревожить Джингелшода, он сделал шаг в сторону.

Малик продолжал.

— Вульгрет, конечно, тот ещё прохвост, но я достаточно времени провёл в сокровищницах хитрецов. И вот что скажу — им нравится прятать свои драгоценности на самом видном месте.

Эльф снова отчаянно затряс головой. Когда Малик опять проигнорировал это движение, он заорал:

— Малик!

Джингелшод поднял руку, чтобы заставить Галаэрона замолчать.

— Это имеет смысл. Возможно, мы ещё сможем помочь друг другу.

— Был бы я Вульгретом, спрятал бы свою сущность в самом очевидном месте, — продолжал Малик. — Возможно, в самой пирамиде.

— Разве Мелегонт не обнаружил бы это? — прервал Джингелшод, выглядя всё более оживлённым.

Поймав взгляд Валы, Галаэрон указал головой в сторону туннеля. Она развернулась, чтобы проверить проход, и, увидев, что фаэриммы приближаются медленно, успокаивающе кивнула.

— Может быть, где-то в кургане, — говорил Малик.

— Возможно, — сказал Джингелшод.

Испустив тихий вздох облегчения, Нихмеду повернулся к стене, прижимая к камню новый кусок шёлка.

— Или в самом Джингелшоде? — спросила Вала. — Может из-за этого он не может умереть?

— Отличная мысль! Или может…

Желудок Галаэрона упал в пятки, когда серафим изрёк приговор. Он обернулся, чтобы увидеть, как взгляд Малика буравит Камень Карсы.

— Может что? — спросил рыцарь.

Малик захлопнул рот, и на мгновение Галаэрон подумал, что коротышка сможет замять ошибку.

Но Джингелшод не унимался.

— Или что?

— Ничего, — сказал Малик, но, кажется, не мог просто на том и остановиться. Его губы скривились в странную гримасу, и слова полились потоком. — Мне просто пришло в голову, что это должна быть вещь, которую Вульгрет ценит больше всего.

Джингелшод замолчал, а затем повернулся к Галаэрону.

— Ты собирался её забрать. Ты знал всё это время, но всё ещё собираешься её забрать.

— Ничего я не знаю, — Галаэрон закончил свой круг и отошел от стены. — И я действительно не понимаю, какая разница…

— Лжец!

Топор Джингелшода взметнулся в воздух так быстро, что Галаэрон едва успел прыгнуть в озеро прежде, чем ржавый клинок распорол кольчугу. Волшебные звенья доспеха разлетелись во все стороны, и оружие лязгнуло о стену.

Рыцарь уже мчался вслед за своим топором, стремясь догнать Галаэрона. Внезапно возникший позади Джингелшода чёрный меч раскроил его доспехи и рассёк жёлтую кожу плеча, разрубая кость до самой подмышки. Взревев от ярости, рыцарь развернулся и врезал железным локтем по голове Валы. Тело девушки ударилось о Камень Карсы. Её глаза закатились, и она повалилась бы в озеро, если бы рука рыцаря не сжала её горло. Пальцы Джингелшода начали смыкаться, и изо рта девушки донесся мокрый хрип.

— Нет!

Направив руку в железную спину рыцаря, Галаэрон произнес магический слог. Знакомая волна ледяной силы заполнила тело эльфа, а затем сквозь него хлынуло шелковистое жидкое пламя чистой магии Камня Карсы. От удивления, Галаэрон едва не задохнулся. Джингелшод двинулся к нему, таща за собой Валу. Рука эльфа заметно вздулась, мускулы напряглись. Ему стало казаться, что локоть его вот-вот сломается.

Заклинание слетело с его руки ослепительной вспышкой золотого света, срывая ногти и обжигая кончики пальцев. Оно рвануло через пещеру, ударяя прямо в живот рыцаря. Раздался оглушительный лязг, а затем мерзкий запах плавящегося железа. Ноги Джингелшода полетели в одну стороны, а туловище — в другую. Глаза вылезли из орбит и уставились на Галаэрона. Пролетев десяток шагов, верхняя половина тела рыцаря грохнулась на воду, а затем, перекатившись на живот, исчезла под поверхностью озера.

Галаэрон направился к Вале. Девушка согнулась, держась руками за горло и задыхаясь от судорожного кашля.

— Гала… эрон! — голос Такари был так слаб, что он едва расслышал её слова за хриплым дыханием Валы. — Фаэ-р-риммы!

Просунув руку под локоть Валы, эльф направился к туннелю Ариса. Такари лежала поперек входа, указывая внутрь прохода. Снаружи две конусообразные фигуры прорывались к кургану. Нихмеду толкнул Валу в малиновый водоворот, круживший в углу пещеры.

— Думаю, пришло время для твоего плана, — сказал он.

Развернувшись, чтобы разыскать Малика и приказать ему взять Такари, эльф обнаружил серафима уже крадущимся к девушке. Но, к удивлению Галаэрона, человек потянулся за своими сокровищами. Швырнув молнию, эльф раскидал награбленное Маликом, а затем снова шевельнул почерневшими пальцами, рассыпая камни по туннелю.

Малик обернулся на него, сверкая глазами.

Просто указав на Такари, эльф сказал:

— Умрёт — последуешь за ней.

— Как прикажешь, — коротышка подхватил эльфийку и пошёл к водовороту. — Но я передам свою судьбу тебе!

Галаэрон не обратил на угрозу коротышки никакого внимания. Фаэриммы были так близко, что он мог разглядеть похожие на ветки руки, торчащие у их рта. Он раздумывал над тем, не атаковать ли ему их изнутри, но сильно подозревал, что даже с силой Камня Карсы окажется не больше чем комар перед парой ос. Вернувшись в пещеру, он едва не упал, споткнувшись о безжизненные ноги Джингелшода. Указав на теневой шёлк, висевшей на дальней стене, он произнёс заклинание.

И снова шелковое пламя Камня Карсы наполнило его своей мощью, сила магии сделала кожу на его руке чёрной и жесткой. Камень стены оторвался от чёрного круга, образуя длинный туннель. И пускай он был не столь изящен, как проход Ариса, но, тем не менее, оказался таким же прямым. Отвернувшись от сотворенного коридора прежде, чем в него ворвался свет, Галаэрон коснулся рукой Камня Карсы и произнёс заклинание левитации. Он начинал наслаждаться силой камня, мощью, текущей через руку и даже жгучей болью, что приносила с собой магия.

В ответ на призыв, Камень Карсы взмыл из озера. Галаэрон бросил взгляд на туннель Ариса. Фаэриммы всё приближались. Теперь он мог видеть колючки на их хвостах. Эльф направился в угол, где Вала уже исчезала в водовороте. Малик и Такари плелись следом. Вода подхватила их, и они закружили по краю воронки.

Галаэрон отставал на десяток шагов, таща за собой Камень Карсы, когда пальцы железной руки сомкнулись на его лодыжке. Закричав, он увидел, как Такари метнулась в его сторону прежде, чем исчезнуть в водовороте вместе с Маликом. Галаэрон попытался освободиться, а затем опустил вторую ногу на невидимое запястье.

И сразу был пойман второй рукой. Он отпрянул и бросился к водовороту, таща вслед за собой верхнюю часть туловища Джингелшода. Пленённая рыцарем нога изогнулась, а затем Галаэрон ощутил, почти услышал, как она треснула. Лодыжку пронзила боль, нога подогнулась.

Галаэрон едва успел перенести свой вес на здоровую ногу. Подняв перед собой парящий Камень Карсы, он крепко схватился за него руками. Поток воды потащил его вперед.

Джингелшод схватил его за вторую ногу. Галаэрон яростно брыкался, но так и не смог вырваться. Потолок начал вращаться, сила водоворота наконец захватила их, засасывая внутрь. Эльф глубоко вздохнул, глядя в сторону туннеля Ариса. Он ждал, что в залу вот-вот влетит фаэримм, но увидел только призрак Вульгрета, сливавшийся со своим нетронутым пеплом.

Хрустнула вторая лодыжка, и Галаэрон едва не потерял сознание от боли. Он подождал, пока потолок скроется из виду, а затем отпустил Камень Карсы и потянулся к ремню. Меч и кинжал были потеряны в бою против Вульгрета, а потому у эльфа не осталось клинков, которыми можно было сражаться. Вариант использовать заклинание тоже отпадал. Необходимо было произнести хоть слово, но единственная вещь, которая могла дать ему говорить, утонула.

Они понеслись во тьму, ударяясь и скользя по гладким стенам туннеля. Галаэрон снял ремень и растянул его между руками. Джингелшод полз по ногам эльфа, его пальцы прорывались сквозь магические звенья доспеха, словно это был шёлк.

Противники врезались в Камень Карсы, который застрял в узком месте, и обрезанное тело Джингелшода полетело вверх, ударяя Галаэрона в лицо. Эльф решил, что водоворот мог бы унести нападающего прочь, но рыцарь быстро схватил его снова. Эльф попытался вырваться и едва не утонул, когда открыл рот в попытке закричать.

Камень продолжал кружить, и железное тело, наконец, отплыло от лица Галаэрона. Джингелшод потянулся, собираясь продолжить свой путь вверх по телу эльфа. Но Галаэрон увидел свой шанс. Он обернул толстый ремень вокруг запястий нападающего, туго стягивая их. Ловкими пальцами мага, он протащил конец ремня через пряжку и резко дернул, затем ещё раз обхватил железные запястья рыцаря и защёлкнул пояс.

Камень Карсы наконец проскочил узкий туннель, освобождая дорогу запертой реке. Руки Джингелшода задергались, и немёртвый рыцарь полетел в сторону, издавая крики ярости. Схватив камень, Галаэрон зацепился рукой за трещину, мотаясь, как хвост, позади валуна. Мир обрёл краски, а затем дно под ногами исчезло, и река устремилась прочь из кургана, прямо в алое озеро внизу.

Упав вслед за Камнем Карсы, Галаэрон врезался в него головой. Первой его мыслью было, что план не сработал и хитроумные фаэриммы, предвидев попытку к бегству, оставили кого-то снаружи, чтобы перехватить артефакт. Однако, когда мир его не взорвался, отправляя эльфа в магическое забытьё, он медленно заскользил вниз по камню. Галаэрон вспомнил заклинание парения, которое недавно использовал, чтобы перенести артефакт. Он засунул в трещину вторую руку, сражаясь с непрекращающимся напором серебряной жидкости, которая всё ещё лилась из камня, растекаясь под ним.

Наконец спустившись в реку, Галаэрон обыскал местность на предмет наличия фаэриммов. Вала и остальные подпрыгивали на волнах малинового озера, лежавшего внизу, изо всех сил стараясь оказаться подальше от кругов, бегущих по воде в том месте, куда плюхнулось тело Джингелшода. Мгновение спустя, из кургана вылетели ноги рыцаря, и, всё ещё раздавая пинки, погрузились в озеро. Когда зев туннеля Ариса осветили вспышки заклинаний — реакция фаэриммов на призрачную фигуру Вульгрета — Галаэрон наконец поверил, что план Валы сработает.

Всплыв на поверхность неподалеку от своих друзей, он начал дрейфовать в их сторону, крепко держась за Камень Карсы обеими руками.

— Следите за ногами! — крикнул он. — Джингелшод схватил меня и…

Совет Нихмеду прервал громкий бум, донёсшийся со стороны кургана. Он обернулся вовремя, чтобы заметить вспышку серебряной молнии, ударяющей с небес, а затем услышать глубокий голос Ариса. Курган затрясся от оглушительного звука падающего камня. Небо осветила золотая вспышка новых боевых заклинаний. Рев каменного гиганта обернулся мучительным криком.

Малик проплыл рядом с Камнем Карсы, и толкнул Такари к Галаэрону.

— Там моя Келда!

Галаэрон затащил Такари на валун. Она выглядела слабой, но осознающей происходящее. Рана на её плече больше не кровоточила. Крики Ариса не затихали, продолжая разноситься над курганом и набирая силу. Всплывшая рядом с ними Вала потянулась к Камню Карсы.

— Что они с ним делают? — спросил Галаэрон, не в силах отвести взгляд от кургана.

— Пытают, — сказала женщина. — Вероятно, думают, что он скрыл наш побег.

— В таком случае, мне кажется, нужно использовать его жертву, — сказал Малик, пытаясь втащить тело на и без того переполненный людьми камень. — Моя Келда отыщет дорогу к мосту, если ещё не сделала этого. Можем доплыть до болота по реке и забрать её там.

— Ты… бросишь его? — выдохнула Такари.

По другую сторону кургана раздался душераздирающий крик. Галаэрон посмотрел на Валу, надеясь увидеть в её глазах хоть какую-то мысль.

Она твердо встретила его взгляд:

— Мелегонт бы так и поступил.

Сердце Галаэрона сжалось.

— Но я не он.

— Тогда ты должен… попытаться, — сказала Такари. — Мне не захотелось бы жить… оставь я кого-то столь… благородного.

Галаэрон кивнул.

— Хорошо. Что делать?

— Ты знаешь, что, — Вала обхватила меч и взяла Такари на руки, а затем соскользнула с Камня Карсы. — У нас нет шансов против фаэриммов. Способ только один.