Деревья, почтенный, сейчас словно тлеющий уголь,[759]

Сбросив сухую листву в ожиданье плодов,

Они, как зажженные факелы, пламенеют.

Настала пора услад, о великий герой!

Прекрасные, усыпанные цветами деревья,

Роняя сухую листву и томясь по плодам,

Благоуханием наполняют пространство.

Время нам уходить отсюда, герой!

Не слишком холодно сейчас и не очень жарко.

Лучшая пора для путешествий, почтенный!

Пусть же увидят сакки и колии,[760] как, на запад

Отправляясь, ты Ро́хини переплываешь!

С надеждою пашут поле,

С надеждой зерно сеют,

С надеждой уходят в море

Купцы за большим богатством.

Да сбудется та надежда,

Которой живу!

Вновь и вновь пахари пашут поле,

Вновь и вновь бросают зерно в землю,

Вновь и вновь посылает дождь небо,

Вновь и вновь получает хлеб царство;

Вновь и вновь по дорогам нищие бродят,

Вновь и вновь подают им добрые люди,

Вновь и вновь добрые люди, подав им,

Вновь и вновь попадают в мир небесный.

Герой многомудрый очищает

Семь поколений своего рода.

Я думаю, Сакка,[761] ты бог богов,

Ибо рожден тобой истинный муни.

Суддходаной зовут отца премудрого,

Мать Блаженного звали Майей.[762]

Она носила Бодхисаттву[763] под сердцем,

В мире богов теперь ликует.

Дивными радостями радуется

Отлетевшая отсюда Готами,[764]

Всеми усладами услаждается

В окружении небожителей.

Я сын несравненного Ангирасы,

Невозможное возмогшего Будды.

Ты отец отца моего, о Сакка,

Воистину ты, о Готама, дед мой.