Асока прошла по собственным следам, выглядывая другие места, где в скалу вгрызались пещеры. Она задумалась, нет ли среди них сквозных проходов. Ее убежище заканчивалось тупиком, что ей нравилось, но сеть пещер тоже может оказаться полезной, и в них больше шансов найти естественные источники воды.

- И кому же, по-твоему, могут понадобиться эти пещеры? - спросила она себя.

Оставив собственный вопрос без ответа, Асока нырнула в свое убежище.

С момента ее прошлого визита ничего не изменилось. Она добавила новые детали к своей коллекции, задержав над ними руку, будто могла что-то собрать из них, и вернула крышку на место. Затем вышла на середину пещеры и села на пол, поджав ноги.

Асока медленно вдохнула и выдохнула, как показывал ей мастер Пло давным-давно, когда они только встретились. Тогда она была совершенно потерянной и всего боялась. Работорговец, который перехватил сигнал, посланный ее деревней джедаям, и прибыл за ней и крепко ее напугал, но, едва увидев мастера-джедая Пло Куна, Асока поняла, что может ему доверять. Обучение среди младших учеников полностью восстановило ее уверенность в себе, но в то же время прибавило безрассудства и дерзости. И лишь когда она стала падаваном Энакина Скайуокера и ей пришлось снова покинуть Храм, она наконец-то поняла, что Галактика одновременно может быть спокойной и бурной, безопасной и грозной. И главным всегда было найти равновесие.

Сейчас она по мере сил старалась думать об этом равновесии. Асока сосредоточилась на собственном дыхании и земле, на которой находилась. Потянулась к ее травам и ощутила солнце, побуждающее их расти. Нашла небольшие сады, где каждому растению уделялось особое внимание, чтобы оно жило и процветало, и чуть лучше поняла ухаживающих за ними земледельцев. Прошлась по полям, находя порядок в ровных бороздах и согласном сборе урожая. Убранные поля распахивались под новые семена со сменой сезона. Вскоре молотьба завершится и бригады примутся за другую работу.

Именно земля была скромным богатством Раады, потому Асока и не думала тянуться вверх, пока камни вокруг нее не задрожали. Если бы она не медитировала, то вовсе ничего не заметила бы, но, установив столь глубокую связь с этим миром, она ощутила это острее, чем собственное тело. Что-то появилось в воздухе.

Сознание Асоки метнулось обратно, через поля, туда, где было ее тело, и обнаружило, что стены пещеры и земля трясутся. В этом не было ничего опасного, только предостережение, и Асока была рада узнать новости заранее. Она медленно поднялась, разминая затекшие шею и колени, и потянулась, вскинув руки над головой. Ее пальцы коснулись свода пещеры, и она тут же ощутила себя на месте в собственном теле, физически осознала свое окружение. Что-то шло совершенно неправильно.

Она покинула пещеру и хотела было припустить бегом к вершине холма, но сдержалась. Взобраться на собственное потайное убежище было бы опрометчиво, а ей следовало проявлять осторожность. Она удалилась от него на несколько минут ходу, а затем взобралась по склону на вершину другого холма. Дрожь в ее костях становилась все более и более заметной.

Когда Асока посмотрела в сторону поселка, ее сердце упало. Над домами, кажущимися крохотными в его тени, завис имперский звездный разрушитель.

Отсюда она могла различить меньшие корабли, выныривающие из его ангаров и направляющиеся к поверхности луны. Она знала, что у них на борту войска, оружие и множество других опасностей.

Ей казалось, что она убежала достаточно далеко. Ей казалось, что у нее еще есть время. Но она снова попала в ловушку, и придется решать, что делать дальше.

Империя уже здесь.

07

Первым ее порывом было бежать. Сражаться она умела, но и вполне сознавала, когда противник превосходил ее силой. В имперском присутствии на столь отдаленной луне, да еще и столь внушительном, не было бы нужды, не имей они серьезных на то оснований. Живой Джедай - каким бы неточным ни было по отношению к ней это обозначение - определенно был таковым. Но уже мысленно подсчитывая, как быстро она успеет добраться до корабля, Асока заставила себя замедлиться, задуматься - сосредоточиться, - прежде чем действовать.

У Империи не было оснований подозревать, что она на Рааде. Официально Асока Тано считалась мертвой. Даже если кто и проследил ее до Табески, там никто не знал ни ее имени, ни куда она направилась дальше. Те переделки, которым она подвергла угнанный у Фарди корабль, практически не позволяли его отследить. Не стоит действовать опрометчиво. Она ухватилась за первую же возможность покинуть Табеску, оставив при этом незавершенным кое-что важное. Ей не хотелось повторять ту же ошибку.

Возвращение в поселок заняло немало времени, и всю дорогу Асока чувствовала себя как на ладони. Она видела, как приземлялись все новые и новые имперские корабли, отрезая ей пути к бегству, но удерживалась от паники. На сей раз она примет продуманное решение, а для этого ей требовалась информация. Поскольку день уже клонился к вечеру, Асока не стала заходить домой. Вместо этого она отправилась к Сельде, где, вероятнее всего, можно будет услышать что-нибудь полезное.

Когда она зашла, кантина была почти пустой, поскольку бригады все еще возвращались в поселок со смены. Асока собиралась двинуться к столику в глубине зала, за которым обычно сидели ее друзья, но приостановилась, когда Сельда жестом пригласил ее занять место у стойки. Она доверяла старшему тогруте, знала, что может на него положиться, так же как знала это про мастера Пло, поэтому послушалась.

Почти весь ранний вечер Асока провела у барной стойки. Хоть она и сидела спиной к двери, у этого были свои преимущества: когда ты не смотришь на окружающих, они думают, что ты их и не слышишь. Она подслушала несколько не предназначенных для ее ушей бесед, в которых выстраивались теории насчет имперцев. Со своего места за стойкой Сельда под видом обычной работы тоже вел наблюдение. Система оказалась вполне действенной.

Что самое странное, они даже не сговаривались. Асока просто устроилась на стуле, Сельда кивнул, и они приступили к делу. Чем-то подобным они могли бы заниматься с учителем, хотя разведка в компании Энакина Скайуокера неизменно заканчивалась взрывами, а так далеко Асока заходить не собиралась. Когда в кантину вошли двое солдат в броне и двое офицеров в мундирах, она решила, что пора перебраться в менее приметное место. Ей требовалось как можно больше выяснить о происходящем, а не влипать в истории.

Дверь кантины снова открылась, и вошла Кейден, а следом за ней остальная бригада. У Асоки появился повод пересесть. Сельда держал для земледельцев разогретой кое-какую еду и, заметив, что они подошли, отнес ее на их обычное место.

- Привет, Ашла, - негромко бросила Кейден, проходя мимо, и Асока двинулась следом за ней.

- Как прошел день? - спросила она, пока они рассаживались за столом.

- Напряженно, - откликнулся Вартан, кивнув в сторону имперцев. - Много новеньких собралось поглазеть.

- Хобан, принеси доску для крокена, - попросила Нира.

Ее брат повиновался без возражений, что явно говорило о серьезности ситуации. Когда он вернулся с огромной шестиугольной доской, Асока осознала смысл затеи: во время игры участникам приходилось двигаться вокруг доски. У них появится повод наклоняться друг к другу при беседе, но выглядеть это будет так, словно они всего лишь целятся для следующей атаки. Хобан высыпал на доску мелкие круглые фишки и разобрал на кучки по цвету. Они начали партию.

- И много ли новых друзей ты нашла сегодня, Кейден? - полюбопытствовала Асока.

- Ни одного, - проворчала Кейден. - Солдаты не слишком разговорчивы, а офицеры, похоже, вообще считают нас низшими существами.

Она щелчком отправила фишку в полет, и та приземлилась за одним из расположенных на доске колышков. Нира шумно выдохнула. Попасть в эту фишку будет непросто. Хобан прицелился.

- Ни с кем из бригадиров они тоже не захотели разговаривать, - добавил Вартан. - Когда мы пришли за оплатой, они были там, но, чего бы они ни хотели, нас это явно не касалось.

- О, еще коснется, вот увидите, - вмешался Хобан.

Он выщелкнул фишку. Та отскочила от одного из колышков и легла, не задев фишку Кейден, так что он убрал ее с доски. Малат прицелилась и легким щелчком отправила свою фишку прямо в центр игрового поля. Полученные очки отразились на табло в сопровождении победной мелодии. Она повозилась с проводками - и звук оборвался.

- Я слышала их разговор на заправочной станции, - сообщила Миара.

Она тоже промахнулась по фишке Кейден, так что ей пришлось убрать свою.

- Расспрашивали, как быстро тут все растет и много ли мы можем посадить зараз.

- Даже имперцам нужно есть, - заметила Нира. - А вы думали, солдаты на деревьях растут?

У Асоки холодок по спине пробежал.

- А эти солдаты - клоны? - спросила она, надеясь, что вопрос прозвучал небрежно.

Она знала, что клонов комиссуют из имперской армии по возрасту, но прошло всего лишь чуть больше года, так что, возможно, кое-кто из более молодых еще остался на службе.

- Вряд ли, - откликнулся Вартан. - Они не снимали шлемов, так что точно сказать нельзя, но я слышал, как они болтали между собой, - и голоса у них были разные.

Асоке всегда казалось, что и клоны звучат по-разному, но, по словам Йоды, это потому что она действительно к ним прислушивалась. И все же, если Вартан смог их различить, это, пожалуй, добрый знак в плане ее безопасности. Наступил ее ход, и она прицелилась. Ей пришло в голову, как просто было бы жульничать в крокен, используй она Силу, но ситуация не располагала к экспериментам.

Ее щелчок закончился перелетом: фишка скользнула по центру доски и остановилась на стороне противников. Хобан возликовал. Теперь его команде досталась мишень попроще. Нира без труда выбила фишку Асоки, причем так, что ее собственная отскочила за колышек. Теперь Кейден предстояло метить в трудную цель.

Асока никогда не играла в крокен до прибытия на Рааду, хотя все настаивали, что он широко распространен. Игра показалась ей необъяснимо успокаивающей. Играть можно было командами или один на один. Целей в игре было две: нужно было вывести свои фишки на доску, а еще следить за противником и выбивать с поля его фишки. Это была хорошая стратегическая игра, и Асоке думалось, что Оби-Вану она бы понравилась. Мастер Кеноби был самым терпеливым из ее учителей.

- И долго тут уже эти имперцы? - спросил Вартан.

В игре он не участвовал, а просто сидел за тем же столом, старательно изображая снисходительного бригадира, позволяющего подчиненным расслабиться после успешного трудового дня.

- Они вошли прямо перед вами, - сказала Асока. - Еще не выпили и по одному стакану. Ни с кем не разговаривали, с тех пор как сделали заказ. Штурмовики даже не присели, а офицеры просто наблюдают.

- Не слишком тонко, - заметила Миара.

Кейден промахнулась, и пришел черед новой попытки Хобана.

- Не думаю, что Империя склонна к тонкости, - отозвалась Нира.

- Но почему здесь? - спросила Кейден. - В смысле, есть же планеты куда более подходящие для производства пищи, чем крошечная Раада. Мы не так много выращиваем на экспорт.

Повисло очень тяжелое молчание. Малат замешкалась со щелчком, и Асока не сомневалась, что она Думает о своих детях. И хотя беспокойство Асоки о собственной безопасности отошло на второй план, ее тревожило дурное предчувствие. - Думаю, будет разумно, если мы начнем запасать сухие пайки, - предложила она, пытаясь показать себя осведомленной, но не знатоком, - ей хотелось, чтобы к ней прислушивались, а не следовали ее приказам. - Если имперцы захотят забрать еду, которую вы выращиваете для себя, вы мало чем сможете им помешать.

- Мысль здравая, - признал Вартан. - Я скажу Сельде.

Его взгляд скользнул по тому месту, где сидели имперские офицеры.

- Чуть позже.

Асока кивнула и в свой черед наклонилась к игровой доске. Она тоже промахнулась. Фишку Ниры очень удачно защищал колышек. Прошел еще один полный круг, команда Асоки пыталась выбить с поля фишки Ниры, а команда Хобана - Кейден. Никто не преуспел, но было приятно сосредоточиться на разочарованиях игры вместо присутствия имперцев.

Нира уже готовилась к последнему ходу, когда у входа в кантину началось какое-то волнение. К двум офицерам присоединился третий, судя по знакам различия - старший по званию. Первые двое встали и отдали честь. Штурмовики остались неподвижны. Новый офицер подался вперед что-то обсудить с товарищами, но говорил слишком тихо, чтобы Асока могла расслышать его слова. Затем он вернулся к дверям и прикрепил к стене объявление. Он обвел кантину взглядом, в котором отчетливо сквозило презрение к посетителям, и вышел. Остальные имперцы, не оглядываясь, последовали за ним.

Сельда медленно пересек зал, направляясь к объявлению. Асока гадала, не сорвет ли он листок, но хозяин заведения всего лишь молча прочел его, с каждой строчкой все сильнее сутулясь.

- Особенность крокена, - заговорил Вартан, взяв последнюю фишку у Ниры, - заключается в том, что необязательно целиться прямо в фишку противника. Можно импровизировать при желании и надеяться на удачный рикошет.

Он прицелился и отправил свой снаряд в фишку Кейден. Задел ее краем, и обе фишки улетели с доски.

- Иногда тебе это не удается, - заключил он. - Но ты все равно получаешь очки.

Фишка Ниры осталась единственной на доске. Ее очки мгновением позже отобразились на табло, как только электроника доски осознала, что все фишки сыграны и партия окончена.

- Мы все равно победили, - напомнила Кейден. - У команды остались очки Малат с начала игры.

- Еще одна особенность крокена, - добавил Вартан. - Приходится помнить каждую сыгранную фишку, даже те, которые ушли с доски, потому что под конец очки за некоторые могут быть засчитаны против тебя.

От его слов Асоке сделалось не по себе. Ей не нравилось, что она машинально задумалась о тактике. Она поднялась из-за стола и отправилась читать объявление. Как она и подозревала, это оказался список правил. Был введен комендантский час, который, помимо прочего, практически исключал возможность поужинать в кантине после работы для всех, кто трудится в позднюю смену. Им придется есть дома. Также правила запрещали собираться группами больше определенной численности. Кантины не закрывали, но сократили часы их работы и ограничили выбор еды и выпивки. С потерей прибыли заведения прогорят сами, это всего лишь вопрос времени.