Всякая дикая птица —

Сокол, журавль, соловей —

Больше, чем смерти, боится —

Знаю! — неволи своей.

Что ей далекие мили

Над океаном седым?

Если не связаны крылья,

Птица не чует беды.

Древние чувство и зренье —

Верные поводыри!

Гордо сверкнув опереньем

В отблесках алой зари,

Птицы летают высоко,

Птицы минуют людей,

Что, обескрылев жестоко,

Понасплетали сетей,

Понаготовили ружей,

Вмиг обрывающих лёт...

Лучше других или хуже —

Птица по-птичьи живет.

Для продолженья полета

Птице не нужен дворец:

Озера хватит, болота,

Речки, ручья, наконец.

...Слушая черную букву

Сытости, но не души,

Царь над природою, клюкву-

Ягоду не осуши!

Птицу, что снова и снова

Ниже и ниже — взгляни! —

Радугой пятен лиловых

С озера не прогони!

Тут с терпеливой любовью

Птицу учили летать,

Тут — родовое гнездовье,

Негде другого искать.

Некуда — дальше и мимо!

Только и это — не ложь:

Ни из лучей, ни из дыма,

Даже и в самом родимом

Небе, гнезда не совьешь.

Небо гнездиться не пустит,

Птице в назначенный срок

Нужен хоть хиленький кустик,

Тверди незанятый клок.

Выкружен, выгляжен — вот он!

Весь — на пределе мечты:

Кустики, клюква, болото,

Озеро светлой воды...

Самый большой привередник

Мигом лишен приверед.

Рай на земле — заповедник:

Выстрелам-бедам — запрет,

С полным к земному доверьем

Вольно сиди под кустом,

Чисти примятые перья,

Строй из былинок гнездо,

С думой о будущих детках

Перышки в люльке равняй...

И под накинутой сеткой

Мужества, друг, не теряй!

Тот, кто больного приметил,

Слабого сеткой накрыл,

В чувствах и помыслах светел

И — разгляди — не бескрыл!

Дело единой минуты —

Легкий целебный укол.

Миг — и распутаны путы.

Пой и летай высоко!

Впятеро, глупая птица,

Сбудется воля твоя!

Надо ли рваться и биться,

Добрые руки клюя?

...Рвешься. Отчаянья крики

Ранят крылатых сердца.

Дрогнули сильные руки

(Был бы ловец!) ...не ловца:

Может, и вправду напрасно

Сеять средь вольных испуг?

Может, леченье опасно

Больше, чем са́мый недуг?

Лишь на мгновенье — сомненье,

И под сачком — никого.

Перышко из оперенья —

В благодаренье — всего.

Быть по сему!

Но суровы

Птичьи законы, увы:

Слабый своими заклеван

Меж прошлогодней травы.

Что ж мы вздыхаем и тужим,

Птицу любивший народ?

Лучше других или хуже —

Птица по-птичьи умрет:

В неохраняемом поле,

В незаповедном логу,

Лишь бы на волюшке-воле

Да на своем берегу.