Кафе с пристроенной верандой, большими окнами и ящичками с цветами выглядело очень мило. Но Тася долго не решалась войти. Как она и обещала Гертруде, она надела красную блузку и воспользовалась помадой, подаренной ей руководителем курсов. Глубоко вдохнув, Тася открыла дверь и вошла в кафе. Интерьер был выдержан в стиле «прованс». Деревянный пол, светлые стены с яркими картинами, мягкие диваны в мелкий цветочек и подушечками.

— Вы будете одна? — спросила Таисию девушка-официантка в длинном, черном фартуке и в рубашке веселенькой расцветки, подозрительно похожей на расцветку диванов и подушек.

— Видимо, одна, — ответила Тася.

— Ну, все в жизни течет, все меняется, — улыбнулась официантка и позвала ее за собой.

— Что будете заказывать? — спросила она, когда Тася устроилась за небольшим столиком.

— Бизнес-ланч, облегченный вариант, — ответила Таисия, заглянув в меню. — Только суп и салат.

— Вина?

— Нет, спасибо. Минеральной воды и кофе. — И чуть не добавила, что она здесь на задании и лишний раз ее беспокоить не следует.

Салат с рукколой и креветками ей принесли достаточно быстро. Но Таисия не спешила приступить к трапезе. Она очень неуютно себя чувствовала, вроде как ждала чего-то, а чего — сама не знала. В это время ей позвонила Надежда.

— Ты где?

— Сижу вот, обедаю в кафе.

— Ой, давай, я к тебе подъеду! — сразу же активизировалась подруга.

— Знаешь, это не лучшая идея…

— Я поняла, ты не одна! Кто он? — спросила Надя.

— Я не знаю. Вернее, я одна, но почему-то мне кажется, что я могу оказаться не одна… — очень путано начала Тася.

— Ладно, не оправдывайся! Нет бы поддержать подругу после похорон! — Надежда явно обиделась.

— Надя!.. — крикнула Таисия, но подруга уже отключилась.

Когда Таисия доедала последнюю креветку, к ее столику подошел высокий, худощавый и весьма симпатичный мужчина лет сорока.

— Здравствуйте. Извините, могу я присесть к вам буквально на пять минут? — спросил он, откидывая со лба светлую прядь.

Если бы такое случилось в обыденной ситуации, Тася однозначно сказала бы, что нет. Она никогда не знакомилась на улице, в транспорте, в кафе. Но так как сейчас она здесь была по настоянию Гертруды, то была готова к любым неожиданностям.

— Да, конечно, — сказала она.

— Меня зовут Андрей, — представился мужчина.

— Таисия, — ответила она.

— У вас и имя красивое. Я даже не знаю, с чего начать?

— Начните с чего-то. Пять минут пошло. — Тася дала ему понять, что она здесь не для знакомства.

— Я владелец картинной галереи, которая располагается по соседству. Выгляните в окно, вон то красивое задние с колоннами, — показал мужчина. — Здесь вот обедаю, ужинаю… И хотел бы после обеда пригласить вас к себе в галерею. Если я буду объяснять на словах, то вы не поверите. А когда придете, то сразу же всё поймете.

— Хорошо, — пообещала Тася, — только я ненадолго зайду. У меня дела.

— Конечно, конечно. Я вас не задержу! Это удивительно! Просто удивительно! — Голубоглазый блондин откланялся и удалился.

«Странно все это! — подумала Тася. — Но не сделает же он мне ничего? Галерея — общественное место. Зайду. Чего такого он мне хочет сообщить?»

Когда ей принесли суп-пюре из лесных грибов, маленькую круглую булочку и кофе, Таисия сразу же попросила счет.

— Один момент! — как-то странно посмотрела на нее официантка.

Когда же она вернулась с кожаной папочкой, Тася не выдержали и спросила:

— Извините, у вас тут один мужчина постоянно обедает, я думаю, вы должны его знать.

— У нас много постоянных клиентов, — отвела глаза девушка.

— Такой высокий, красивый блондин. Он только что подходил к моему столику, — продолжала допытываться Тася.

— Видела мельком.

— Он говорит, что владелец картинной галереи напротив. Вы должны его знать, — настаивала Тася.

— Извините, я не знаю, — совсем смешалась девушка.

— А мне, кажется, вы что-то не договариваете.

— Да что я могу знать? — вспыхнула официантка.

— Ну, например, является ли он на самом деле владельцем картинной галереи?

— Я по галереям не хожу. Вы задерживаете меня! У меня есть и другие клиенты, которых я должна обслужить, — начала нервничать официантка.

— Ну, хорошо. Только я все равно чувствую, что вы мне что-то не договариваете. И если со мной что-нибудь случится, вы будете виноваты. Я так и скажу в полиции, что вы что-то знали, но не сказали!

Официантка, позеленев, отошла к другому столику.

Бизнес-ланч стоил двести рублей. Таисия не стала вредничать, положила двести пятьдесят и ушла. Уже на улице ее нагнала девушка-официантка и сунула в руку визитку, громко сказав:

— Всегда будем рады видеть вас в нашем заведении.

Тася оторопела, но визитку взяла. Девушка так же стремительно убежала.

Таисия шла по улице и думала: «Интересный типчик этот Андрей! Не опасно ли к нему идти? Вдруг окажется, что он Синяя Борода?»

Из размышлений ее вывел звонок Надежды.

— Надя, не обижайся, я не хотела… — начала извиняться Тася, но была прервана истерическими воплями подруги:

— Приезжай! Приезжай немедленно! Я с ума схожу! Ты же врач! Если ты сейчас не приедешь…

— Конечно, приеду! Ты только успокойся! Можешь толком сказать, что случилось?

— Мне страшно!

Таисия поняла, что по телефону от Надежды она ничего не добьется, и коротко произнесла:

— Еду!

Как Таисия ни спешила, но, добравшись до квартиры Надежды, она поняла, что всё равно опоздала. Входная дверь оказалась открытой, видимо, подруга позаботилась об этом заблаговременно.

В квартире стоял неприятный, душный запах перегара, а Надя в абсолютно свинячьем состоянии лежала поперек кровати и плохо реагировала на действительность. Тася не знала, злиться ей или нет. Можно было уйти, громко хлопнув дверью, и ближайшую неделю не отвечать на звонки Надежды, но Надя была лучшей подругой и Тася ее очень любила. Поэтому Таисия осталась и попыталась привести подругу в чувство. Но об этом не могло быть и речи, Надя лежала просто трупом.

Тася протирала ее лицо холодным полотенцем, пыталась как-то растормошить. Все бесполезно. Совсем некстати Таисия вспомнила, что ее ждали в галерее. Впрочем, сейчас участие в антрепризах Гертруды было не главным.

Только к вечеру Надя начала подавать признаки жизни.

— Где я? Что я? Господи, помоги! — стонала она.

— Ты с ума сошла? Так напилась! Раньше за тобой такого не наблюдалось! — сказала ей Таисия.

— Раньше мне не звонили с того света, — ответила Надя, с трудом сев на кровати и обхватив голову руками. — Как же мне плохо…

— Еще бы! Я прекрасно понимаю, что ты испытываешь стресс, но нельзя же так! Возьми себя в руки! Что ты творишь?!

— Налей мне.

— Что?

— Компот на кухне. И побольше!

Таисия направилась было на кухню, но Надя ее опередила.

— Ой, как же пить хочется, — запричитала она и, схватив со стола двухлитровую банку, почти всю ее опустошила.

— Интоксикация, — заключила Тася.

— Чего?

— Отравление алкоголем.

Надя только махнула рукой.

— Истосковалась я тут.

— По чему? — спросила Таисия.

— Не «по чему», а «по кому»! По Косте я соскучилась. Выпила.

— Я вижу! — усмехнулась Таисия.

— Ничего ты не видишь! Дай договорить. И от великой тоски я позвонила ему на телефон.

— Что ты сделала? — не поняла Таисия.

— Позвонила на телефон. Нет, я не сошла с ума! Я хотела услышать эти душераздирающие гудки и до конца осознать, что больше никогда его не услышу и не увижу.

— Сложно, но понятно. И что?

— И мне ответил мужской голос. Так еще нагло ответил. «Алло? Чего надо? Кто звонит?» Я растерялась, конечно, что там говорить.

— Еще бы! А тебе на ум не пришло, что кто-то из родственников или знакомых взял его телефон и пользуется. — И Тася погладила подругу по голове, как бы говоря ей, какая же она дурочка.

Но Надя с ней не согласилась.

— Если бы все было так просто. Не забывай, что это мне пришлось его хоронить. Золотая цепочка с крестом, печатка, часы — подарок друга, которые он всегда носил… все так при нем и осталось. И телефон тоже. Я не знаю, почему мы похоронили его с телефоном, но факт остается фактом. И вот с этого телефона отвечает какой-то мужик! Как он его достал? Украл? Но ведь гроб зарыли в землю! И телефон был там!

Таисия долго смотрела на Надежду, часто-часто моргая.

— Так это… Нет же ничего проще! Надо поехать туда и посмотреть! — наконец сказала она.

— На кого посмотреть? Куда поехать?

— На кладбище, конечно! Могилу проверить!

— Прямо сейчас?

— Ну а когда?! Хочешь, я одна съезжу? — предложила Таисия.

— Нет! Я с тобой! — ответила Надя.

— Тогда приводи себя в порядок и поехали! — скомандовала Тася и, пока Надя следовала ее указаниям, позвонила Борису Борисовичу.

— А-а-а, снова вы, Таисия Романовна, и снова вам нужен Максим?

— Так точно.

— Наш великий комбинатор! И конспиратор. Насколько срочно он вам нужен? Вдруг он не сможет прямо сейчас ответить?

— Ну, не очень экстренно. Мне спросить надо.

— Спросите меня. Может, я смогу помочь? — Борис Борисович был очень любезен, хотя они никогда не виделись.

— Такой вопрос, несколько странный. Если человек умер, а на него зарегистрирован сотовый телефон, то этот номер пропадает? Можно найти какие-то сведения, что его снова используют? Ну, например, продали другому человеку?

На том конце телефона возникла пауза.

— Если честно, я не знаю, — наконец ответил Борис Борисович. — Но не думаю, что есть такие списки… Наверное, номер может снова обслуживаться, если очень-очень долго им никто не пользовался. Я могу уточнить или все-таки попросить разобраться с этим вопросом Максима.

— Я хотела бы с ним поговорить.

— Я передам, — ответил ей Борис Борисович.

Женщины заказали такси и поехали на кладбище, хотя время близилось к ночи.

— Вы уверены, что вам туда надо? — обратился к ним водитель. — Не поздновато?

— А это не ваше дело! Мы платим деньги, вы везете. У нас острая тяга — навестить могилу усопшего родственника! — ответила Таисия.

— Как знаете, — ответил таксист.

Как и предполагалось, вход на кладбище оказался закрыт.

— Я считаю, что такие места, как больницы, церкви и кладбища, должны быть открыты круглосуточно, — заявила Надежда. — Ведь здесь не может быть часов посещений, здесь — вечность! Почему это родственники не могут в любое время навестить могилку?

— Везде должен быть порядок, и мертвых тоже надо охранять. От вандалов, например, — не согласилась Таисия.

— Ага! Только что-то это не уберегло телефон Константина! — воскликнула Надежда.

— А ведь ты права! — вдруг сказала Тася. — Если труп и ограбили, то сделали это ночью после похорон. С таким-то богатством нельзя долго лежать в земле нетронутым. И если кто и обчистил, то явно свои.

— В смысле «свои»? — не поняла Надя.

— Я имею в виду работников кладбища. Тех, кто хоронил! Они же все примечают, пока родственники и знакомые находятся в печали, — пояснила Таися.

— И наверняка они не сами по себе занимаются этой уголовщиной. Начальство кладбища должно быть в курсе, что делают подчиненные. Я уверена, они все в доле!

— И что тогда мы здесь делаем? Две дуры! Это же — мафия! Надо в полицию сообщить, пусть они и разбираются!

— Да кто нас будет слушать?

— А телефон!

— А телефон уже вне зоны доступа! Я звонила не один раз. Уже небось и симку уничтожили! Мы должны найти хоть одну улику и вот уже с ней обратиться за помощью. Тогда полиции придется начать расследование!

— Ага! Осталось найти хоть одну улику! Всего-то такую малость! — всплеснула руками Таисия. — Только мы сейчас даже на территорию не попадем.

— Попадете, и легко, — вдруг раздался шамкающий невнятный голос.

Подруги обернулись, рядом с ними стояла обычная бомжиха.

— Здравствуйте, а как нам туда попасть? — спросила Таисия.

— А что мне будет за это? Дашь двести рублей?

— Дам триста, — пообещала ей Тася.

— Деньги вперед!

— Да, конечно. — И Тася отдала ей деньги.

— Следуйте за мной. Есть тут лазик один. Без меня никогда не найдете. Я в этом районе живу и знаю каждую дыру. Идемте, идемте! А что вас на кладбище-то понесло в такое время? — спросила она.

— На могилку вот захотелось взглянуть, — ответила Надя, чихая от едкой вони, идущей от женщины.

— Будь здорова, дорогая! Только место там неспокойное!

— Отчего же? Наоборот, должны быть тишь да благодать, — не согласилась Тася.

— Это как посмотреть! Многие души долго не могут успокоиться. — Бомжиха обвела глазами забор. — Вот она, заветная лазейка.

Она подошла к металлической ограде, и два прута разошлись у нее в руках.

— Ну? Пролезете? Вроде не толстые…

— Ой, спасибо. Как замечательно, что вы тут всё знаете! — обрадовалась Тася.

— А иначе не выжить. Кладбище — это почти кафе. В помойке ведь что? Тухлятина, огрызки, объедки. А вот на кладбище можно полакомиться свежими, дорогими конфетами, печеньем, на Пасху яичками. Иногда и водку можно отыскать. Это — святое место для нас, для бездомных. Оберегаем мы его. Ни за какие деньги и вам бы не сказала, как туда попасть, если бы не понимала, что кормиться вы там не собираетесь.

— Нет, это точно нет! — заверила ее Надя.

— Вот поэтому и лезьте.

— Извините, — вдруг обратилась к бомжихе Таисия, — а вы не знаете, воруют ли с кладбища что-то посерьезнее? Телефоны, золото… Я имею в виду с покойников.

Взгляд бомжихи замер на одной точке, она явно о чем-то раздумывала.

— Во что вы впутываете меня, девушки? Да и себя тоже. Вы хоть понимаете, во что ввязываетесь? Вряд ли. Иначе бы не стали меня спрашивать об этом. Мы — люди маленькие, нам что надо? Конфетку съесть, печенье поклевать. То, что другие люди делать не будут. А мы вот ничем не брезгуем. Какая разница, птицы склюют или мы? Это не воровство, это поминки. А вот если кто из наших на что большее позарится, так его осудят да и захоронят живьем. Потому что это уже криминал! Что вы тут вынюхиваете? На тот свет захотели? Каждое кладбище — это свой мир! И в это дело лезть не следует. Мертвым людям абсолютно все равно, кто приходит снять с них часы или съесть конфеты с их могилы. Не этим оскверняется память. Им надо, чтобы их помнили родные, а остальное все — баловство и ерунда. Поэтому плюньте, — сказала она.

— Извините, а как вас зовут? — спросила Таисия.

— Варварой меня кличут, — ответила бомжиха.

— Правильно ли я понимаю, Варвара, что вы знаете, что на кладбище обирают покойников, но будете молчать, чтобы иметь доступ в это «кафе»? — спросила Тася.

— Какая же ты умная! — покачала головой Варвара. — Только вот не всегда ум приносит счастье. Я все сказала! — И бомжиха испарилась.

Женщины остались одни.

— Давай выйдем на главную аллею, а от нее я уже соображу, где могила Кости, — предложила Надя.

— Веди. Я тут вообще не была.

— Прикольная тетка, — заметила Надя.

— Кто? Варвара? Да, есть такое. Ой, меня до сих пор ее запах преследует. Как люди так опускаются? Вот всё время удивляюсь. И очень многие из них к нормальной жизни уже и не хотят вернуться. Такое дно… но оказывается, и там можно жить.

— Сейчас не время для философских бесед, — буркнула Надя.

— Правда? А по-моему, самое время. Тихо тут, — задумалась Таисия.

— Вот здесь направо. Да, вот красивый памятник какому-то генералу. Он сразу бросается в глаза, я его заметила. А сейчас вот сюда. Вот он, наш Костя! — вскрикнула Надя и кинулась к холмику с табличкой и венками. — Вот он! Холмик на месте! Земля на месте! — засуетилась вокруг Надежда.

— А как мы узнаем, разрывали могилу или нет? И так земля рыхлая, захоронение-то свежее!

— А чего это вы тут делаете? — неожиданно за их спинами рявкнул мужской голос.

И в этот же момент у Таисии зазвонил телефон. Она автоматически вытащила его из кармана и скосила глаза. Номер был неизвестен.

— А ну-ка, отдавай телефон! — сказал здоровенный мужик недружелюбного вида.

— А с какой это стати? — начала возмущаться Надя, но тут заметила, что с другой стороны к ним подходит еще один мужик — со страшной небритой рожей.

— Я сказал, телефон сюда! — рявкнул первый, и Тася протянула ему трубку.

— И ты давай! — повернулся он к Наде и тут же вырвал у нее сумочку.

— Эй! — запищала Надежда.

— Заткнись! Следуйте за нами!

— Да на каком основании?! — возмутилась Тася и получила мощный пинок.

— Шевелись! Вы нам сейчас расскажете, что вы тут делаете?

— Господи, Тася, ты как? — испугалась Надежда.

— Ничего. Лучше делай, как говорят.

Их привели в небольшой, каменный дом, притулившийся у ограды кладбища, и усадили на стулья.

— Итак, что вы тут делаете? — спросил первый громила.

— А вы кто? — поинтересовалась Надя.

— А мы охрана кладбища! И задаем тебе вполне реальный вопрос!

«Конечно, здесь должна быть охрана. Дуры мы и есть дуры», — поняла Таисия.

— А вот если вы охрана, так вызывайте полицию! Вот с ними мы и будем говорить! — вдруг заявила Надежда!

— Ах ты, курва! Ты еще меня учить будешь?! — закричал небритый и набросился на Надю, хватая ее за горло.

— Часы! На нем часы Кости! — вдруг закричала Надя и вцепилась в его руку зубами.