Прошло уже несколько дней, а Таисия то и дело мысленно возвращалась к тем ужасным событиям. Они с Надеждой разговаривали со следователем и дали показания. Потом им оказали психологическую помощь, а попросту накололи успокаивающими препаратами и посоветовали пару дней побыть дома, чтобы прийти в себя. Тася домой ехать не захотела, чтобы не напугать мать. Она ей позвонила и сообщила, что с ней все хорошо и что она переночует у подруги.

— У Надежды? — уточнила Валентина Михайловна.

— У нее, — покосилась на онемевшую от шока подругу Тася.

На самом деле их обоих отвез к себе Максим. Одна Таисия не решилась бы поехать к нему, а вот с подругой, пусть даже та в одеревеневшем состоянии, совсем другое дело. А посмотреть, как Максим живет, Тася хотела уже давно.

Максим жил за городом, в закрытом поселке. У него был большой красивый дом наподобие замка, стоящий в окружении хвойных деревьев. На пороге их встретила миловидная женщина в опрятной одежде. По тому, как она мало говорила и обращалась к Максиму на «вы», Таисия поняла, что это домработница.

— Я Клавдия, — сказала она. — Есть хотите?

— Нет, что-то не хочется, — вяло ответила Тася, заметив в глазах домработницы удивление.

Видимо, ее красавец-хозяин не часто заваливался домой в такой странной компании. А именно: с двумя бледными, дрожащими и испуганными тетками «не первой свежести».

— Выпить бы, — пискнула Надя.

— Тебе уже хватит! — цыкнула на нее Тася.

— После транквилизаторов нельзя, если только совсем чуть-чуть, — посмотрел на Надю Максим.

— Вот-вот! Хотя бы чуть-чуть! — кивнула Надежда.

— Клавдия, пожалуйста, организуй легкий стол, — попросил Максим.

— Да, конечно. — Домработница, наверное, удивлялась все больше и больше, но вида не показывала.

Надежда с Таисией приняли душ и спустились в гостиную, где Максим затопил самый настоящий камин, а Клавдия накрыла стол. Горячие пирожки, тушеное мясо с картофелем, корзина с фруктами и бутылка шампанского и красное вино.

— Ого! «Вдова Клико»! — отметила Надя. — Это же очень дорого.

— Зато вкусно, — ответил Максим, откупоривая шампанское и разливая его по бокалам. — Клавдия, приготовь комнаты для гостей, а тут я сам поухаживаю.

— Хорошо.

Домработница удалилась, а Тася отметила, что ее лицо наконец-то стало спокойным. Видимо, потому, что Клавдия поняла: ни с одной из гостий спать ее хозяин не собирается.

За ужином Максим рассказал, как они с Борисом Борисовичем появились на кладбище.

Узнав, что его искала встревоженная Таисия, он тут же ей перезвонил, но ответа не дождался. Это Максима насторожило. Обратившись в спецотдел, он попросил отследить телефон Таси. А когда ему сказали, что сигнал зафиксирован на территории кладбища, Максим напрягся. А тут еще знакомые ребята сообщили, что кладбище это давно находится в разработке. Прошла информация, что там занимаются мародерством и устраивают скрытые захоронения. Оставалось собрать еще немного доказательств, и вся шайка-лейка пошла бы в наручниках. Но в такой ситуации Максим ждать не мог. Было принято решение накрыть банду немедленно. Как поведут себя бандиты, никто не знал, решили действовать по обстановке. Борис Борисович выступал в роли бандита. Ему прикрепили «жучок», и вся беседа со злоумышленниками была записана. Так правоохранительные органы получили доказательства того, что на кладбище действительно занимались незаконными захоронениями. К тому же бандитам инкриминировали похищение и попытку двойного убийства. Тася и Надежда выступали свидетелями.

— Это ужасно! — воскликнула Надя. — Они были готовы зарыть нас заживо из-за каких-то часов! Пусть и дорогих.

— Не скажи! — не согласился Максим. — Когда вскрыли их тайник, чего там только не обнаружили! Фашисты в концлагерях позавидовали бы. Ребята ничем не брезговали, даже золотыми коронками. А за перезахоронения и скрытие улик брали большие деньги. Обнаруженные пачки денег впечатлили даже оперативников. Теперь предстоит огромная работа по собиранию улик.

— Им придется перерыть все кладбище? — спросила Таисия.

— Все или почти все, если сотрудники кладбища дадут показания и вспомнят, где они пакостили, — ответил Максим.

— А родственников покойных будут беспокоить? — спросила Таисия. — Ведь без эксгумации не обойтись.

— Я не знаю! Я не буду этим делом заниматься, — пожал плечами Максим.

— Я буду против! Костика и так уже потревожили! Какая ему разница, с часами он там будет лежать или без? Неужели придется вскрывать могилу, чтобы вернуть ему часы? Нет уж! Обойдется без них! — твердо решила Надежда и снова попросила налить ей шампанского. — А ты неплохо живешь, Максим, — отметила она, обведя оценивающим взглядом обстановку в гостиной.

— Не жалуюсь, — улыбнулся он.

— Красивый, богатый, способный защитить, — прищурилась Надежда.

— Не перехвали.

— А такие разве бывают? — спросила Надежда.

— Самому не верится, — покачал головой Максим и обратился к Таисии: — А ты что такая невеселая?

— Что-то в сон меня потянуло, — честно призналась Таисия.

— Так, девушки, вам пора отдыхать. Я провожу вас в ваши комнаты, — предложил Максим.

— Слушай, где ты с ним познакомилась? — спросила Надежда, когда они остались вдвоем.

— На работе, — хмуро ответила Тася.

— Так он псих, что ли? — оторопела Надя.

— Он вылечился, — успокоила ее Таисия.

— А у тебя с ним серьезно? — продолжала допытываться Надежда.

— У меня с ним пока ничего.

— Пока?

— Слушай, Надя, чего ты хочешь? — напрямую спросила Таисия.

— Так вроде неудобно у подруги мужика отбивать, но если у вас несерьезно… тогда другое дело. Даже странно, что ты на него клюнула, ведь у тебя талант выбирать не тех мужчин.

— А Максим, значит, то, что надо? — уточнила Таисия.

— По-моему, да.

— Надя, имей совесть! У тебя еще Костик в земле не остыл, а ты туда же.

— А чего про Костика вспоминать, когда тут такой мужик! Ладно, вижу, что ревнуешь.

— Ничего я не ревную! — вспыхнула Тася.

— Так я могу с ним замутить? — спросила Надежда.

— Что ты как маленькая? Он сам с тобой не будет.

— Почему это не будет? У него вон как глаз на женщин горит!

— Ты бы видела, какие девушки к нему в больницу приходили… Фотомодели!

— «Фотомодели!» — передразнила ее Надя. — А чем я хуже? Я — баба-огонь! Вот с тобой он точно не будет, потому что ты сама себя не ценишь и не любишь! Все у тебя не так. А я еще за себя постою! Старости сдаваться так просто не собираюсь! Может, ему приелись эти фотомодели! Когда много сладкого, иногда и на солененькое тянет! Так что, могу я соблазнить этого красавца?

— Мне все равно! — резко ответила Тася и ушла в свою комнату, которая располагалась напротив.

Дом был большой и просторный. Судя по всему, проживал Максим в нем один, и все заботы по дому легли на плечи Клавдии — женщины с пытливым взглядом. И вообще, складывалось впечатление, что он не всегда здесь живет. Возможно, у него была квартира в городе или большую часть времени он пропадал по своим командировкам.

Таисия легла в кровать и уставилась в потолок. Сон совсем не шел. Она ворочалась с боку на бок, то и дело поглядывая на часы. Вдруг раздался стук в дверь. Таисия соскочила с кровати и бросилась открывать. На пороге стоял Максим в махровом темно-коричневом халате. Его шоколадные глаза лучились мягким светом, на щеках играли ямочки.

— Привет, — сказал он бархатным баритоном.

— Привет. Давно не виделись, — ответила Тася и, почувствовав, что краснеет, отвела глаза.

— Не пригласишь одинокого путника к себе? — спросил Максим.

— Путник не совсем одинокий, насколько я могла убедиться, да и шел не издалека, — сказала Тася.

— А ты не меняешься, все такая же колючка?

— Знаешь, в моем возрасте люди уже не меняются, — ответила она. — И вообще, я не думала, что ты будешь докучать мне, когда я в таком нервном состоянии.

— А ты всегда в нервном состоянии, другого мне, видимо, не дождаться. Ну, так что?.. — И Максим скользнул своей теплой ладонью по ее холодной руке.

Таисию будто током ударило. Она испуганно отдернула руку.

— Пожалуйста, не начинай.

— Да что же это такое! — И Максим стукнул кулаком об косяк. — Любого из себя выведешь! Ты вообще женщина?! Человек?! Или робот?

— Вас в комнате напротив могут принять, — сухо ответила Тася.

— А я к тебе пришел, а не в комнату напротив, — ответил Максим. Взгляд его стал серьезным. — И вообще, Тася, никогда себя так не веди!

— Как?

— Я тебе не тряпка, я мужчина, — процедил сквозь зубы он. — Поверь, я ничего не сделал в жизни такого, чтобы лишиться этого звания. И когда мужчина оказывает тебе знаки внимания, самое последнее, что ты можешь сделать, так это послать его к другой женщине. Я тебе не какой-то там. Не надо так со мной, я ничего тебе плохого не сделал.

И Максим захлопнул дверь.

Тася слышала его шаги в коридоре. Значит, к Надежде он не пошел. И тут Тасю накрыла волна ненависти к себе.

«Чего же я такая убогая? Давно не девочка, взрослая тетка, которая только и думает об этом мужчине! Я просто помешалась на нем! И вот он сам пришел ко мне, а я веду себя как конченая дура! Нет, я реально обидела его! Я что-то не догоняю, как выразилась бы молодежь. Максим пережил такое, что не каждый бы выдержал. Когда мне плохо, я обращаюсь к нему за помощью, а когда он приходит ко мне, веду себя как кривляющаяся особа. Человек сегодня жизнью рисковал ради меня. А уж по следам на его теле я могу только догадываться, сколько раз он рисковал ради других. И какое право я имею его осуждать, что-то выговаривать?»

Грустные мысли окончательно лишили Тасю сна. Она оделась и вышла в коридор, решив найти комнату Максима, чтобы извиниться перед ним и как-то смягчить ситуацию.

В гостиной она совершенно неожиданно столкнулась с домработницей.

«Господи, этой-то что не спится?» — испугалась Тася и поздоровалась с ней.

— Доброй ночи, — несколько насмешливо глядя на нее, ответила Клавдия.

Ситуация была какая-то глупая, а домоправительница еще подлила масла в огонь:

— Если вы к Максиму Юрьевичу, так его нет.

— Как нет? — растерялась Тася. — Только что…

— У Максима Юрьевича такая работа, что он сам себе не принадлежит. В любое время суток может уехать. Как и сейчас. Возвращайтесь к себе. Мне поручено накормить вас завтраком, и вы можете оставаться в доме столько, сколько сочтете нужным, — поджала она губы.

— Спасибо, — ответила Тася, и ушла к себе.

Ее терзали смешанные чувства. Оставаться в этом богатом доме ей совсем не хотелось. Она чувствовалась себя здесь неуютно. Не нравилось ей и то, как на нее смотрела эта домоправительница. В то же время уйти, не попрощавшись с Максимом, Тася тоже не хотела, не могла. Это было бы уж совсем свинством.

Тася легла в постель и провалилась в глубокий сон.