Казак резко оттолкнул Регину себе за спину, выхватил пистолет и осторожно сдвинул крышку гроба.

Регина напряглась. Если это Лоренцо… то она убьет его!

— Пусто.

Казак сунул пистолет в кобуру и серьезно произнес:

— Думаю, он просто обозначил свое место, когда покупал для тебя этот домик.

— Я малодушная, трусливая гадина, — с отчаянием произнесла Регина. — Я позволила им убить Лоренцо. Не потому что хотела мести, а потому что боялась.

— Чего, Регина? — Казак внимательно смотрел на нее и что-то в его взгляде напоминало Влада, такой же чуть усталый, но живой и заинтересованный взгляд.

— Чужого мнения. Я давно уже прекратила ненавидеть Лоренцо. Да, я помню, что он со мной сделал, помню его клыки на своей шее, и вряд ли смогу забыть, но… Понимаешь, он оказался очень интересным существом! С ним было интересно разговаривать, он вел себя безукоризненно и я… Я поняла, что не хочу его ненавидеть. Но это неправильно! Нельзя прощать насилие! Нельзя! Меня учили быть гордой, независимой и не доверять мужчинам, какими бы милыми они не казались.

— Твой отец изменял матери?

Регина затравлено кивнула. Эту тему в семье никогда не обсуждали, это было между двумя взрослыми, между любимым отцом и не менее любимой матерью. Табу. Они все делали вид, что проблемы не существует.

— Это случилось еще до рождения брата. Отец потом просил прощения и у матери, и у меня. Я мало что понимала. Мама его простила. Она так сказала, но с тех пор она всегда внушала мне, что нельзя прощать мужчин. Какими бы прекрасными они потом не притворялись. Нельзя! Нельзя прощать…

— И ты…

— Я никогда не забуду прошлого, но ненавидеть Лоренцо больше не могу. Но я позволила им убить Лоренцо, чтобы никто не смог заподозрить меня в слабости. В том, что я простила насильника, — с горечью закончила Регина. — Чужое мнение оказалось для меня важнее собственных чувств. Собственных убеждений. Я оказалась не готова к самостоятельной жизни.

— Ты просто взрослеешь.

— Угу. Слабое утешение для моей совести.

— Не думаешь же ты, что никто больше не предавал себя? Я тоже когда-то совершил ошибку. Самоуверенно пошел на вампира, убить которого мне было не по силам. И струсил… — Казак достал сигарету. Закурил. — Нет, я не испугался смерти, я испугался того, что он может со мной сделать, превратив в нежить. Я никогда не хотел быть вампиром, Регина.

— И что случилось?

— Он предложил мне больше, и я согласился. Согласился, чтобы только не становиться таким как те, кого я убивал десятки лет… С тех пор я не истребитель, а простой полицейский.

— Вы жалели о том, что согласились?

— Нет. Ни разу. Но я постоянно жалею о том, что не пустил себе пулю в лоб, когда он меня прижал.

Регина кивнула. Она понимала. И Казак ее понимал. Что-то невидимое связало их после этого разговора. Тайны, которые так сложно поведать близким, но которые просто необходимо иногда проговорить вслух. И Регина была благодарная усталому полицейскому за доверие и за то, что понял и не стал утешать.

— Спасибо.

— Береги себя, Регина.

Казак ушел. Регина заперла за ним дверь, задернула шторы и еще раз обошла дом, заглянула в шкафы, полные одежды. Вся ее размера.

— Вот гад! — беззлобно ругнулась Регина, но пушистые сиреневые тапочки все же с удовольствием обула.

В ванной лежали полотенца, в холодильнике стояли лотки с едой. Даже кофе был. Ну как можно злиться на этого мертвяка? И все равно…

Солнце уже клонилось к горизонту, и она меланхолично подумала, что следует съездить на работу. Сварила кофе, соорудила бутерброд и пустила в ванну воду, когда раздался стук в дверь. От неожиданности Регина вздрогнула. Кроме Мэтью и Казака никто не должен знать про это место!

На пороге стоял Дик с абсолютно пустыми глазами.

— Привет, Регина, — произнес он. — Можно нам войти? Мне и моему другу.

— Воображаемому? — Регина посмотрела вокруг. Никого нет. Обкурился волк, что ли? — Заходите.

Он прыгнул с крыши. Мягко приземлился, отвесил грациозный поклон и улыбнулся, показывая длинные клыки.

— Борис, что ты здесь делаешь? — Регина сложила руки на груди, старательно глядя вампиру в переносицу.

— Сопровождает меня, — из-за угла вышел Игорь Стравинский. — Мы пришли пригласить тебя на встречу с мастером города.

— С каких пор котик стал служить Лоренцо? — презрительно процедила Регина.

— Лоренцо упокоен, и тебе это прекрасно известно, — телохранитель Ани больше не улыбался. — Моя госпожа желает тебя видеть. Немедленно.

— Не заставляй его делать тебе больно, счастье мое, — Борис прошел мимо Регины в коридор. — Как это мило, ты приготовила для меня местечко, — раздался из глубины дома его голос.

— Дик, ты идиот, — Регина с жалостью посмотрела на оборотня, но он никак не отреагировал на ее слова. — Борис, что с ним?

— Расскажу в машине.

Холодное дыхание коснулось плеч, и Регина поежилась. Выбора не было.

— Только переобуюсь, — она кивнула на тапочки.

— Мы ждем.

Регина надела ботинки без шнуровки, при необходимости их можно было легко сбросить с ног. Под стельку правого она засунула колышек. Идти стало неудобно, зато появился хоть небольшой, но шанс. Она с тоской оглянулась по сторонам. Не долго хозяйничала в своем доме, но… ладно. Больше она не позволит делать из себя марионетку!

Перед тем, как садиться в машину, Игорь тщательно ее обыскал. Снял с шеи серебряный ошейник и знак Единого, зашвырнул их в кусты.

Сволочь!

Телохранитель завел двигатель автомобиля, непривычно молчаливый Дик сел рядом с ним, а Борис расположился с Региной на заднем сиденье.

— Ани Рет стала новым мастером города, Регина.

— Как ты позволил ей это? — холодно спросила она, глядя в затылок Дику.

— Я не местный, мне пока рано претендовать на трон. Но я помог Ани занять это место и рассчитываю взамен кое-что получить.

— И что же это?

— Ты, Регина. Я хочу тебя. Посмотри мне в глаза.

Регина до боли сжала кулаки, загоняя ногти в ладони.

— Нет.

— Это неизбежно. Еще до того, как солнце упадет в океан, ты будешь моей Тенью.

— Не трогай ее, Борис, — раздался голос телохранителя Ани, он смотрел на Регину в зеркало, и губы его кривила ухмылка. — У моей госпожи на девчонку свои планы.

Борис зашипел.

— Не вмешивайся в наши дела, смертный, иначе…

— Иначе что? — Игорь смотрел на вампира с презрением. — Ты всего лишь второй после моей госпожи. Знай своем место, вампир.

Борис неприятно ухмыльнулся, и Регина почувствовала как ей в ладонь упирается что-то холодное. Она опустила взгляд. Маленький автоматический пистолет. Э… Борис на ее стороне? Бред! Вспомни Лоренцо, вампирам нельзя верить, особенно таким как этот старый мерзавец. Что же он задумал? Но пистолет она взяла и незаметно засунула сзади за ремень штанов.

— Как ты помог Ани?

— А ты не догадалась? Ты ведь репортер, Регина. Говорят даже, хороший. Ну же, подумай.

— Это ты выпивал оборотней.

— Я контролировал молодых вампиров, как контролирую твоего дружка. Они делали то, что я приказывал. И да, пару раз я не удержался и присоединился к пиршеству. Знаешь ли, кровь оборотня это так… питательно. Но ведь ты уже это знаешь, да, маленькая консорт вожака волков? Ты ведь уже пробовала его кровь, — проворковал вампир. — И как? Тебе понравилось?

Регина вспомнила свои ощущения и не стала спорить. Все равно ей не обмануть монстра.

Мэтью, любимый, где же ты? Успеешь ли прийти на помощь? И тут же по спине прокатилась теплая волна, словно прикосновение большой ладони. Мэтью услышал.

Регина облегченно вздохнула.

— Да, моя дорогая, ты приведешь ко мне вожака, и вместе с ним я получу то, что принадлежало Лоренцо. Ты так вовремя появилась в его жизни, увлекла собой, заставила потерять голову и стать беспечным, а теперь он мертв, его проводник и его волки будут принадлежать мне. Мне нравится этот город!

Борис не хвастал, не упивался властью, он просто спокойно констатировал факт.

— Зачем тебе это?

— Мне не нравится политика нынешнего Совета вампиров. Мне не нравится, что они решили выйти из сумерек, мне не нравится, что люди перестали нас бояться. Мне не нравится, что я должен просить кровь, как подачку. Но Совет далеко, а город уже у моих ног. Я буду брать то, что мне хочется, когда мне хочется и сколько мне хочется. Я еще помню времена, когда мы возвышались над этим миром. Людей слишком много, чтобы мы ограничивали себя согласием на добровольную кормежку. Я могу изменить ситуацию. А ты мне поможешь. Мы заставим людей признать нашу власть. Сначала в этом городе, затем в других.

— Не тебе это решать, вампир, — презрительно процедил Игорь.

Борис откинулся на сидение и никак не отреагировал на выпад. Но Регина почувствовала такую лютую злобу, исходящую от вампира, что поежилась.

Регина лихорадочно соображала. Игорь спокойно смотрит в глаза Борису, не боится его, значит, он Тень Ани? Вполне возможно… Ух, с какой бы радостью она всадила в него пулю. Она еще помнила его сальную ухмылку, наглые руки на своем теле, похотливый взгляд…

— Да, ты прав, слуга моего мастера, не мне это решать, — спокойно произнес Борис.

Мама дорогая, да от его тона хочется выскочить из машины и бежать как можно дальше. Неужели они не видят его мощи? Да он только немного уступает Лоренцо! Да и то не факт… Или это сила Мэтью позволяет ей чувствовать то, что не дано другим?

«Ани поставит тебе метку, так лучше прими ее от меня. Посмотри мне в глаза, Регина, — раздалось в голове. Едва слышно и не так отчетливо, как было с Лоренцо. — Так у тебя будет шанс».

Будет шанс? Да. Лучше Борис, чем Ани! Как она теперь понимает Казака! Так может, он специально рассказал ей свою историю? Чтобы она знала, что можно жить, даже сделав такой выбор.

Регина подняла взгляд. Из глаз Бориса вырвался свет, он окутал голову Регины и впитался под череп. И ничего не изменилось, только голова немного закружилась.

Борис протянул руку, и она с содроганием вложила в нее ладонь. Вампир сделал вид, что целует запястье…

Мгновенная боль от укола острых клыков, и следом за ней эйфория. Все поплыло, исчезло, Регина ощутила себя мертвой… Но спустя мгновение это прошло. Все запахи, чувства и цвета стали ярче, богаче, глубже.

Так вот как бывает, когда метка принята добровольно. Регина рискнула искоса посмотреть на Бориса…

И едва не поперхнулась.

Твою мать!

Восемьсот лет? И сила такая, что зубы сводит, как после сладкого шипучего напитка. Куда же она опять влезла?

Борис самодовольно ухмылялся.

«Мы убьем Ани Рет и будем править этим миром вместе. Осталась еще одна метка».

— Чем вы занимаетесь? — Игорь бросил беглый взгляд в зеркало заднего вида.

— Целуемся, — невинно ответил Борис. — Ревнуешь?

Телохранитель только хмыкнул.

Борис расстегнул рубашку, оголяя бледную мускулистую грудь. Регина вспомнила его на сцене. Грация, страсть и красота. Но это на сцене, а сейчас… Жить вечно с существом, которое не вызывает никаких чувств, кроме брезгливости и злости… Нет!

«Другого шанса не будет, дорогая»

Он чиркнул длинным когтем под бледным соском, и на коже проступила капля черной крови. Регину затошнило.

«Сделай это, l'аnimа miа».

Показалось? Или это Лоренцо? Но если это он, то почему голосом Мэтью?

«Но не смей замыкать с ним круг. Мы уже рядом»

А вот это уже Мэтью. Точно Мэтью! Ее не бросили! Захотелось плакать и смеяться одновременно. Регина наклонилась и слизала черную кровь.

Боги, как это было противно и больно! Ее словно через мясорубку пропустило, желудок свело спазмами, а во рту осталась горечь и мерзкое жжение.

— Прекратить! — заорал Игорь, наконец поняв: творится нечто, не входящее в планы его госпожи.

Автомобиль резко вильнул к обочине, раздался выстрел, но Борис, моментально отклонившись, пропустил пулю мимо, и она вылетела наружу через стекло. Дик кинулся на «котика». Машину занесло, и она выехала на обочину, протаранив ограждение. Регина ударилась головой о дверь с такой силой, что вылетело стекло, но странно, она даже боли не почувствовала. Это что, так работает третья метка?

Села, оглядываясь, и тут же зажмурилась. Борис вырвал у Игоря горло и пил кровь, рядом тихо скулил Дик, с жадностью слизывая капли, попавшие на переднюю панель.

Наконец, Борис оторвался от ужасной раны, облизнулся и промокнул губы белоснежным носовым платком. На его одежде не было ни капли крови.

— Не убивай его без моего приказа, — велел он Дику. — Он сам не умрет, пока жива его мастер. Не хочу, чтобы Ани почувствовала его смерть раньше времени. Ты как, моя слуга?

— Н-нормально.

Регина сглотнула, старательно давя в себе желания вывернуть на землю скудный обед и посмотреть, как Дик разрывает почти зажившую рану на шее телохранителя.

Спустя несколько секунд она смогла прислушаться к себе. Особых изменений она не почувствовала, разве что в желудке появилась приятная сытость. Боги, это же не ее сытость!

— Ани глупа и слишком самоуверенна. За что и поплатится.

— Так это ты подстроил? Ты все это придумал, чтобы убрать Лоренцо? Стравил вампиров и оборотней?

— Признай, это был изящный план. Никто не знает моей настоящей силы, Регина. А теперь, когда у меня есть проводник, я смогу в любой момент уйти на другую сторону, в мир Изнанки. — Борис нахмурился. — Я не могу читать твои мысли. Видимо, потому что мы еще не замкнули круг. Но ничего. Закончим с Ани, завершим обряд, и ты будешь вечность стоять за моей спиной.

— Я слабый проводник.

— Слабый? — Борис хохотнул. — Кто тебе это сказал?

— Деймон.

Красивое лицо вампира искривила гримаса ненависти.

— Никто не может знать твоей силы, пока ты не пройдешь завесу впервые. Но мы об этом еще поговорим. Здесь недалеко, позволь, я перенесу тебя, моя слуга.

— Почему вы все выражаетесь так пафосно и величаво? — не удержалась от вопроса Регина, когда Борис легко подхватил ее на руки.

— Мы слишком давно родились.

Через мгновение они оказались в кабинете Лоренцо.

Знакомое место изменилось. Исчезла вся мебель, кроме диванчика у стены и бюро. На месте письменного стола красовалось кресло, до смешного похожее на трон. Возвышение с двумя ступенями, застланное красным ковром, делало сходство полным.

Ани Рет в длинном красном платье восседала на троне, важная, как королева. За ее спиной застыл незнакомый Регине человек. Человек ли? От него пахло крысой и какой-то хитрой, пронырливой силой. Новый царь крыс, что ли?

— Где мой слуга? — спросила Ани, рассматривая Регину с жадностью вивисектора.

— Скоро будет, — Борис опустил Регину на пол и встал рядом с ней. — Пришло время исполнить свои обещания, мастер.

— Обещания… — протянула Ани, томно улыбнулась и вдруг, вскочив с трона, подлетела к Регине.

Именно подлетела — между кончиками алых туфель и полом было полметра, не меньше.

От удивления Регина забыла, как дышать. Ани летает? Интересно, а Лоренцо?

— Посмотри мне в глаза, девчонка.

Регина спокойно подняла взгляд и ухмыльнулась. Прекрасные черты Ани исказились от злобы.

— Где мой слуга, человек?

— А ты разве не чувствуешь, мастер? — вкрадчиво спросила Регина. Страха не было, лишь злая уверенность, что ей не уйти отсюда живой, и эта уверенность напрочь убила инстинкт самосохранения. Уж коль умирать, то с гордо поднятой головой. — Ты ведь мастер города, ты должна ощущать всех вампиров и свою Тень. Или тебе это неподвластно, упыриха?

Регина не заметила движения, но зато почувствовала удар. Ее отбросило к стене, ударило о нее, и Регина упала на пол, подломив под себя ногу — судя по хрусту и пронзительной боли, как минимум вывих. А может быть и перелом.

— Где тело, дрянь? — изо рта Ани летели брызги слюны. — Я точно знаю, что Лоренцо мертв. Мы все ощутили его смерть. Но мне нужно тело! Где ты спрятала тело?

Острый нос туфельки промелькнул мимо лица и впился в живот. Регина задохнулась, подтягивая колени к груди. Как же это больно! Невозможно дышать!

— Ани, остановись! — Борис схватил вамп за руку. — Она не знает.

Регина с трудом втянула в себя воздух. Все тело болело, в животе разгорался пожар, а воздух в легких казался острой стеклянной крупой.

Но умирать не хотелось. Не сейчас. К тому же, у нее есть оружие…

— Она смотрит мне в глаза! — Ани обернулась к Борису. — Значит, он жив! Его метки дают ей силу.

Стараясь не орать от боли в ребрах (сломала, наверняка сломала, сука!) Регина нащупала в кармане пистолет. Лучше бы кол, но до ботинка ей сейчас не дотянуться.

— Ты поклялась, что за нашу с сидхе помощь отдашь мне девчонку, — Борису было плевать, что Ани избила его Тень. Равнодушная сволочь.

— Где Игорь?

— Пока еще жив. И будет жив, если ты сдержишь слово, — соврал Борис. Регина точно знала, что соврал. Метки сработали, наверное.

На мгновение Ани замерла, не веря услышанному, а потом закричала. Высоко, пронзительно — Регине показалось, что сейчас лопнут барабанные перепонки.

Крысолюд упал на пол и начал оборачиваться, тело его покрывала черная шерсть, ноги укорачивались, лицо стремительно превращалось в крысиную морду.

Жуткое зрелище. Двуногая крыса.

А Ани все кричала и кричала. От ее крика вдребезги разлетелась хрустальная люстра, потрескались и осыпались витражи на окнах, по комнате летали бумаги. Прекрасное лицо вампира превратилось в сморщенную морду летучей мыши.

— Нет! Игорь!

Глаза Ани заволокло красным, по комнате пронесся резкий порыв ветра, вамп взмыла к потолку и оттуда бросилась на Бориса, одновременно с ней на него кинулся крысолюд. Регина отстраненно подумала, что очень удачно оказалась у стены, подальше от общей свалки.

— Ты убил моего возлюбленного, — визжала Ани, налетая на Бориса с растопыренными когтями, — ты умрешь!

Регина выхватила пистолет. Или сейчас или никогда.

Опершись на локоть и привалившись к стене, она планомерно всадила в воющую и кричащую кучу из трех тел все пули. Она целилась в голову Бориса, но сколько пуль попало в вампира, сказать не могла.

— Убей! — визжала Ани. — Убей его!

В окно вылетело тело. Крысолюд.

Борис выпрямился, держа за шею Ани Рет. На его груди с правой стороны зияла дыра.

«Серебряные, разрывные, хорошо, — мелькнула равнодушная мысль. — Но рана не смертельная. Плохо».

Регина отбросила ненужный пистолет и потянулась к ботинку, за колом. Краем глаза отметила, что на балкон приземлился большой черный ворон.

— Убей ее, Тень, — приказал Борис, встряхнув извивающуюся и полосующую его когтями Ани. — А потом на ее трупе мы замкнем круг, и все твои тайны станут моими.

Он тоже хочет знать где тело. Сукин сын, почему он никак не сдохнет? Мне страшно, Мэтью, где же ты?

«Мы почти закончили, котенок. Держись»

Регина почувствовала вкус крови на губах. Мэтью убивал. И он был не один. Следом за вкусом накатили запахи: крысы, люди, волки, другие оборотни, Ольга, Казак и… Лоренцо.

Лоренцо!

Он жив! Они вместе с Мэтью! Боги, только бы они успели…

— Убей мастера. Это приказ! — бросил ей Борис, отмахиваясь от когтей второй, распоротой до кости рукой. Из дыры в его груди толчками лилась черная кровь.

Регина не могла сопротивляться приказу, да и не хотела. Перехватив крепче кол, она поднялась и бросилась к вампирам: приказ Бориса вел ее, помогал держаться на ничего не чувствующих ногах.

Один шанс. Всего один шанс. Она должна справиться!

Боги, как же страшно.

— Бей!

И Регина ударила. Изо всех сил, вкладывая в удар всю приобретенную силу Тени. Ударила в сердце. Как раз напротив дыры, оставленной выстрелом.

Борис непонимающе посмотрел на торчащий из груди кол, уронил Ани и рухнул сверху. Вамп хрипло расхохоталась, почти залаяла.

— Ты отдал неверный приказ, Борис. Ты ведь тоже мастер!

Громко каркнул ворон.

И тут Регину захлестнула боль. Обезумевшая вампирша что-то кричала, в кабинете Лоренцо появился кто-то еще, что-то происходило…

А Регина умирала. Каждую ее кость дробили молотками, каждый нерв в теле звенел и лопался, каждая мышца рвалась.

Она умирала следом за свои мастером, которого только что убила. В глазах потемнело, и сквозь алый туман она едва смогла различить красноволосого мужчину, склонившегося над ней.

— Вот и все, зверек. Мы идем домой.

Видальдас подхватил ее на одну руку, словно тряпичную куклу. Открыл портал в воздухе и шагнул в него, унося Регину от ворвавшегося в кабинет огромного волка.

Послышался волчий вой, какой-то грохот, карканье…

Схлопнулся портал.

Сидхе засмеялся и сбросил Регину… на пол? На кровать? Прямо в ад?

— Люблю пафосные уходы, — весело сказал Видальдас.

— Мэтью… — позвала Регина и умерла.