Изжарила как-то раз жена башмачника двух голубей на обед, одного для себя, второго для муженька. Подрумянились голуби, золотистой корочкой покрылись. Поставила на плиту, а сама на улицу вышла. Башмачник в это время не делом занимался, а только носом водил, уж очень аппетитно пахло. Терпел, терпел и не утерпел. Только жена за порог, а он шасть к плите! Постоял, послушал, нет ли жены в сенях, у дверей покрутился, а потом схватил голубка за ножки и съел, только косточки остались.

В старой поговорке говорится: «Лакомке – только облизать, а голодному ещё и насытиться».

А башмачник, надо вам сказать, был лакомкой, а тут ещё и проголодаться изрядно успел. Недолго думая, слопал он и второго голубка!

А потом, как ни в чём не бывало, губы утёр, уселся на свою треногу и принялся за работу.

Часы пробили полдень, вернулась жена, стала на стол собирать. Сидят, обедают. Все чин-чином, пока до жаркого не добрались. Тут-то и грянул гром.

– Кто съел голубей? – кричит жена, а башмачник отвечает:

– Я и не знал и не ведал, что ты голубей жарила!

И пошло, и пошло, слово за слово, брань да ссора. Башмачник отпирается, на жену сваливает, сама, мол, съела, а с меня спрашиваешь!

Спорили, спорили, ни до чего не дошли.

– Ну, ладно, – говорит тогда хитрая жена, – с этой минуты ни ты, ни я ни словечком не обмолвимся. А кто первым заговорит, тот, выходит, и голубей съел!

На том и порешили. Стало в дому тихо, как в гробу: жене ни поворчать, ни посплетничать, башмачнику ни огрызнуться, ни песню затянуть. Лучше бы ему женину брань слушать, чем эту мёртвую тишину терпеть. Но уговор – дороже денег.

Молчат себе оба, помалкивают. День проходит, второй. На третий день останавливается возле их дома богатая карета. С запяток лакей соскакивает и спрашивает, как в город проехать. Встала жена со стула, открыла было рот, хочет объяснить, да вдруг как плюхнется обратно, только руками машет. И башмачник молчит – ни гу-гу!

Вернулся лакей и говорит своему барину:

– В доме-то немые живут.

Но тут из дому хозяйка выскакивает и прямо в карету лезет, сама дорогу показать собирается. Села рядом с барином, кучер стеганул коней, и карета тронулась.

А башмачник увидал, что жена уезжает, испугался, высунулся из окна, кричит:

– Жёнушка, не уезжай, прости меня, это я голубей съел!

Засмеялась жена и всё барину рассказала.

Тот повеселился от души и расщедрился – дал ей дукат, чтоб она ещё голубей купила. Так она и сделала, да только на этот раз мужу-лакомке не перепало ни крошки!