И царь снова туда же пошел. С дерева-шиншипа мертвеца на плечи взвалил; и когда он по дороге пошел, тот сказочку начал. Ветала молвил: «О царь, послушай: сказку пока расскажу.
Есть город по имени Виджаяпура.{300} Там царь по имени Дхармашила{301} и именитый купец по имени Ратнадатта. У него — дочь, по имени Унмадини.{302} Кто ее увидит, тот от любви обезумеет. И та Унмадини юная заневестилась. Именитый купец царю поведал: «Божественный, в доме моем — дочь-сокровище. Ежели божественному угодно, пусть возьмет ее. Не то кому другому отдам». Это услыша, царь знатных людей — в приметах знатоков — послал, чтобы счастливые ее приметы обследовать. И вот они, придя, увидели ее. Ее красой все поражены.
Глаза ее отверсты, лик сияет ярче, чем луна.
Из ожерелия Любви два камня — уши у нее.
Цветку сезама тонкий нос подобен, луку Камы — бровь,
Красней коралла нежный рот, а зубы жемчугом горят.
Сплетение ее волос нарядно, как павлиний хвост,
Три ряда раковин блестят вкруг шеи дивной красоты.
Побеги крепкие лиан — две белые ее руки;
Как розы, алы кисти рук в оправе пурпурных ногтей.
Грудь — словно пара куполов, с ложбиной сладкой между них
Иль разделенная едва чертой пернатая чета.
Ты пальцами охватишь стан, так несравненно тонок он,
А что сказать о животе с округлой выемкой пупка?
От верхних складок живота тропой спускается пушок,
И словно лотос красотой сверкает между чресел дол.
Плод бимбы{303} — каждое бедро, для Манматхи{304} чудесный храм,
А икры — два платана, к ним все вожделения летят.
Две розоперстые ступни — цветы жасминовых кустов;
На каждой каплями росы сверкает по пяти ногтей.
Двух стройных ног не отличишь от пары лотосов прямых.
Так в этой женщине сошлись счастливые приметы все.
Подобную красоту увидя, они все друг с другом размышлять стали: «Ежели царь ее в жены возьмет, то к ней всеми помыслами прилепится, о царстве помышлять не станет». Так рассудив, к царю пошли и так поведали: «Божественный, нет счастливых примет у той девы, божественному она не пара». Это услыша, царь сказал: «Я дочери твоей в жены не возьму». Это выслушав, именитый купец за военачальника Баладхару дочь свою выдал. Тот, придя, ее в жены взял. А Унмадини в доме военачальника в гневе пребывала, помышляя: «Отверг меня царь, сказав: «Бессчастная она»».
Вот однажды во дворцовый сад вышел царь, и царь по воле судьбы ее, стоявшую на кровле своего жилища, увидел. Ее увидя, затрепетал царь: «Это богиня или дочь человека?»
Когда размышлял так, под власть бога любви подпал. С великим трудом в сверкающий белизной дворец вернулся. И ночью в теле царя тяжкая боль зародилась. Тогда постельничий царский молвил: «Божественный, в твоем теле какая боль?» Царь молвил: «Ох, постельничий, сегодня, когда в дворцовый сад я вышел, на кровле чьего-то дома увидел богиню — или женщину, или видьядхари, или апсару, чрезмерно прекрасную. При виде ее любовное безумие мной овладело». Тогда постельничий молвил: «Божественный, то не богиня, то именитого купца Ратнадатты дочь, по имени Унмадини, которую божественный в жены не взял, промолвив: «Бессчастная она». Она за военачальником Баладхарой замужем». Царь молвил: «Обманули меня знатоки примет, почтенные люди».
Царь их призвал. Молвил царь: «Эх, праведные люди, обманули вы, почтенные, меня. Бессчастной назвали вы ту деву, а она блистает всеми членами, богиня из рая воплощенная. Среди дев земных подобной красоты не бывает». Это услышав, знатоки примет молвили: «Что божественный говорит, то правда. Но есть причина, что божественному ее бессчастной назвали».
Тогда, узнав, что царем овладела любовь, Баладхара-военачальник, придя, царю поведал: «Божественного раб — я, а моя рабыня — та, из-за кого любовная страсть божественным овладела. Владыка, приказ отдай, чтобы ее привести». Это услыша, разгневанный царь молвил: «Есть ли закон для добродетельного — сходиться с чужой женой? Сказано ведь:
Кому добро чужое — прах, жена чужая — словно мать,
Чужие души — как своя, у тех не затуманен взор.
Наставник учит добрых, царь дает уроки злым, но тех,
Кто втайне совершает грех, лишь Яма{305} может научить».
Военачальник молвил: «Я божественному рабыню отдал, как же она — чужая жена?» Царь молвил: «Что людям запрещено, того не подобает делать». Военачальник молвил: «Божественный, тогда в храм ее введу, блудницей сделаю и к тебе приведу». Царь сказал: «Если добродетельную супругу блудницей сделаешь, то я тебя накажу». Так сказав, царь, об Унмадини помышляя, от любви в десятую стадию впал. Сказано ведь:
Любовь через взоры, задумчивость, возникновение желания, утрата сна, исхудание, отвращение от ощущаемого мира, утрата стыда, безумие, глухота и смерть — таковы десять ступеней любви.
А также:
Сперва рождается мечта, потом — желание узреть.
Потом — за вздохом тяжкий вздох, потом — как
в лихорадке бред.
Потом — все тело как в огне, потом — противно есть и пить,
Потом — охватывает дрожь, потом — безумие когтит,
Потом — бессилие и смерть. Вот десять ступеней любви.
После того царь дух испустил. Царя мертвым видя, военачальник духовного наставника спросил: «Ох, досточтимый! Когда такое дело случается, что надо делать?» Наставник молвил: «Солнцу жертву водой принеся, на костер взойти подобает». Это выслушав, тот на костер пошел. А Унмадини наставника спросила: «О досточтимый! Расскажи мне об обязанности жен». Наставник молвил:
«Жены, идущей кончить жизнь с супругом рядом на костре,
Богами будет каждый шаг сравнен с закланием коня.{306}
Когда похищен смертью муж у добродетельной жены,
Ей божеский закон велит с ним вместе на костер взойти».
Это слово услыша, она омылась, раздачу милостыни и прочее совершила, костер с почтением с правой стороны обошла, к супругу подошла и так сказала: «О владыка, твоя рабыня я — из воплощения в воплощение!» Так сказав, на костер взошла и погибла она».
Эту сказку рассказав, Ветала молвил: «О царь, скажи! Из них троих кто самый добродетельный?» Царь Викрамасена молвил: «Царь — самый добродетельный». Ветала молвил: «По какой причине?» Царь сказал: «Когда военачальник отдавал супругу, он ее не взял, зная, что запрещено это законом. А слуги ради владыки жизнь покидают: для военачальника ведь это — закон, что ради владыки умер. Жена с супругом жизнь покинула: для жены это — закон. По той причине — царь самый добродетельный».
Это услыша, исчез Ветала и там же, на ветке дерева-шиншипа, повис.