– Вы не поняли… Сил никаких… Он мне лошадиную дозу успокоительного всадил. Посмотрите там, аптечка, должны быть средства…Только быстро, иначе я усну и уже не проснусь. Там амфетамин должен быть.

Алексей без лишних расспросов стал выдвигать ящики один за другим, пока не нашёл амфетамин. Вкатил засыпающему эмпату две ампулы. Тот моментально пришёл в себя.

– Клин клином вышибают. Как будто заново родился.

– Так что вы мне хотели сказать? – спросил Железнов, отметив, что щёки эмпата порозовели.

Сергей сообщил ему, что Лафайет уже и не Лафайет, а пешка в руках инопланетянина.

– А мы думали, что пешка – Илья Юрьевич, – Железнов стукнул кулаком по столу. – Выходит, что Жан его подставил.

Прошин поднялся. Теперь лейтенант знал, где искать архив. Знал это и Лафайет. Архив находился на месте первого жилого модуля, построенного в начале века. После первой застройки станция обросла модулями, и самый древний теперь находится в центре МНС-1.

23

Они вышли в коридор и бросились вслед за Лафайетом, к центру МНС, к тому модулю, с которого началась жизнь станции.

Сергей сам подсказал Лафайету, где находится архив, не догадываясь об этом. ОН вкратце рассказал Железнову о том, что случилось в лазарете.

– А почему же… хм… Беглец не нашёл этот архив, раз вы считаете, что он сам его и спрятал? – спросил Алексей.

– Не знаю, – ответил Сергей. – С тех пор пятьсот лет прошло. Мог и забыть. Ему могли помочь забыть. Много причин может быть. Кстати, что находится там, куда идёт Лафайет?

– К складам двинулся, – заметил Железнов. – Склады – это вообще сердце станции.

– Я так и понял. Именно там полтысячелетия назад Беглец спрятал архив.

Паранорм попросил у Алексея пистолет, подзарядил обойму, снял с предохранителя и вернул. Сам он, несмотря на амфетамин, ещё слаб для прицельной стрельбы по зомби-пришельцам.

Алексей показал вход в древний жилой модуль, из которого впоследствии сделали склады. Они вошли внутри, там царил полумрак. Модуль небольшой, но из-за обилия перегородок в нём можно заблудиться, как в лабиринте.

И едва они вошли туда, лейтенант почувствовал присутствие Лафайета. Тот передвигался где-то впереди, не торопясь, искал архив Месса.

– А что это за архив? – спросил Железнов. – И как выглядит?

– Никак, – ответил Прошин. – Это не вещь, понимаете?

– Это что-то метафизическое?

– Это что-то невещественное. Этот архив… я даже не знаю, как это может выглядеть. Если вообще как-нибудь выглядит. Ну, как файл в компьютере. Вроде бы есть, и ему придают особое значение, но на самом деле его нет, он неосязаем.

Железнов пожал плечами:

– Но файлы хранятся на вполне осязаемых носителях.

– Но ведь если наши инопланетяне бывают неосязаемыми, – лейтенант взмахнул руками, – то и их носители файлов тоже должны иметь такое же свойство?

– Логично, – заметил Железнов. – Ну так пусть Беглец найдёт неосязаемый архив, а мы найдём вполне осязаемого Беглеца с его архивом!

Лейтенант не думал, что всё так просто. Если они позволят Лафайету распаковать архив, то уже никакими силами не удастся его забрать. Это уже будет не пожилой начальник станции, а совершенно другой человек… и даже не человек.

Они шли по узкому коридору, а с обеих сторон белели запертые двери. А последняя оказалась полуоткрытой, и на ней коридор заканчивался. Прошин чувствовал, что Лафайет находился за ней.

Сергей остановился перед входом – их разделяла всего одна перегородка, чуть ли не физически ощущал присутствие Лафайета.

– Он рядом. Приготовьте оружие.

Открыл дверь, шагнув в неизвестность. Стало темнее, а коридор, в котором они оказались, превратился в узенький проход. Впереди виднелись какие-то полупустые стеллажи, Лафайет стоял за ними.

Прошин осторожно протиснулся вперёд, нащупал дверную ручку и, резко дёрнув её на себя шагнул в помещение. Следом за ним вихрем ворвался Железнов, смахнув с полки несколько деталей от радиотелескопа. Они застучали по металлическому полу и покатились, к стоявшему у противоположной стены Лафайету. Его синяя куртка почти не выделялась не фоне светло-серых полок.

Железнов направил на Жана «кобру».

– Жан, стойте на месте! Поднимите руки.

Лафайет стоял как ни в чём не бывало, руки его безвольно висели. Даже не повернулся к вошедшим, и смотрел на стеллаж с какими-то приборами, будто там показывали интересное кино.

– Алексей, вы опоздали, – медленно проговорил Жан. – Я уже нашёл, что искал.

– Руки поднимите, я сказал!

Лафайет медленно развернулся, и Прошин увидел его пустые безжизненные глаза. Это уже не человек.

– Алексей, архив у меня. Вы мне ничего не сможете сделать. Мне осталось распаковать его.

Лейтенант пытался покопаться в его голове, но увидел только пугающую пустоту – никаких эмоций, никаких образов – Жан навсегда потерян для них.

– Жан, или как там вас сейчас называть, – голос Железнова срывался, нервничал, ему стало страшно, – если вы не подчинитесь, то я стану стрелять.

– Отойдите, дайте мне пройти! – Лафайет шагнул к двери.

– Жан, стойте на месте, – чуть ли не фальцетом закричал Железнов. – Не приближайтесь к нам. Или я стреляю.

Лафайет улыбнулся. Жуткая улыбка! Холодные глаза смотрели в лицо Алексею, а рот расплылся в ухмылке. Сделал ещё пару шагов.

Алексей нажал на спусковой крючок. Грохнул выстрел. Пуля прошила Лафайета насквозь, за его спиной взорвался компьютерный монитор. Жан не переставал растягивать губы в тусклой безжизненной улыбке. Пистолет нервно задёргался в руке Железнова, выплёвывая пули – Алексей всадил в Лафайета всю обойму. Куртка была в дырах, как решето.

– А теперь дайте пройти.

Лафайет отстранив Железнова, шагнул в коридор. Не спеша, будто ничего не произошло, шагал к выходу.

– Он что, теперь неуязвимый? – сорванным голосом спросил Алексей, и сунул пистолет в кобуру.

– Наверное, так действует архив Месса. Пойдёмте за ним. У вас ведь осталась вторая обойма?

– Осталась, а толку с неё?

Они пошли по следам Лафайета. Сергей забрал у Алексея пистолет, перезарядил и вернул.

– Я думаю, он идёт к своему хозяину, к Беглецу, чтобы передать архив. Сам-то Лафайет не Беглец, а только марионетка. Передаст ему архив и благополучно помрёт.

– То есть ещё не всё потеряно? – оживился Железнов. – И архив силы пока ещё не у Беглеца?

Прошин предположил, что Лафайет собирается надеть скафандр и выйти наружу, чтобы встретиться с Беглецом. И, следовательно, нужно идти к выходу и попытаться его подстрелить. И даже если им не удастся его остановить, на поверхности его может встретить Странник и забрать архив.

И они поспешили вслед за Лафайетом. Паранорм чувствовал его, тот брёл к шлюз-тамбуру. Странно, он что не стал надевать скафандра. Не полезет же наружу в одном комбинезоне!

Шёл Лафайет не спеша, и они его догнали. Жан как раз подходил к шлюзу. Железнов остановился, поднял «кобру» и одну за другой всадил в спину Лафайета несколько пуль. Тот даже не оглянулся. Раскрыл шлюз и оказался снаружи. Без скафандра.

Откуда-то послышался тонкий звенящий звук, будто на станции завёлся комар.

– Я повредил шлюз, – закричал Железнов. – Станция теряет воздух. Нам осталось минут пять, скоро здесь нечем будет дышать. Надо срочно скафандры надевать.

Железнов схватил Прошина за плечо и толкнул к «гардеробной», где висели технические костюмы. Подбирать по размеру времени не не осталось – Железнов влез в свой рабочий скаф, а лейтенант – в первый попавшийся. В итоге стал похож на клоуна – скаф типа «уникум» висел на нём как шутовской балахон.

В оружейке взяли пулемёты, по две обоймы и пошли к выходу. Воздуха к этому времени на станции не осталось.

24

Взвод перебрался на другую сторону периметра, и Глыба потерял Странника, тот как сквозь землю провалился. Беглеца тоже не видно. Сканер Шаха поначалу тоже никого не отслеживал, но потом показал сразу обоих.

– Они близко друг от друга, – сообщил Шахназаров. – Примерно в двадцати-тридцати метрах. И ничего не делают… В гляделки, что ли, играют…

– Последний бой, он трудный самый. Подойдём к ним поближе. Может быть, Страннику понадобится наша помощь… Хотя лучше, конечно, подождать, пока они разберутся.

– Вот, началось! – выкрикнул Шахназаров. – Они сходятся. Наверное, сейчас будет драка.

По команде командира взвод особовцев, лавируя между контейнерами, стал продвигаться вперёд. Увидев пришельцев, снова остановились. Беглец, в отличие от Странника, очень похож на человека. И рост немногим выше среднего мужчины. И рук у него не шесть, а две. Только чересчур длинные, как у гориллы. В отличие от Странника он был в скафандре.

Майор дал команду открыть огонь. Взвод произвёл по два выстрела, не нанёсших Беглецу никакого урона, тот даже не отвлёкся.

Особовцам только и осталось, что стоять, наблюдать и ждать что будет дальше. Если победит Странник, ещё оставалась смутная надежда, что он заберёт архив и улетит. Если же победителем этой дуэли окажется Беглец – то никто и не представлял, к чему это приведёт. Глыба уже подумывал о том, чтобы взорвать ядерный заряд (есть такой план на самый крайний случай), но и при таком раскладе не уверен, что Беглец погибнет.

– Не знаю, из какого теста они слеплены. Но мы им не соперники. Так что только на Странника надежда. И на то, что потом он свалит домой с этим проклятым архивом, оставив нас в покое.

– Внимание… – Шахназаров подозвал Глыбу и показал на экран сканера. – На той стороне, за корпусом станции. Кажется, кто-то вышел наружу…

– Если Прошин до сих пор в отключке, то это Лафайет или Железнов… – Андрей всмотрелся в экран. – И чего им там понадобилось? Надо проверить…

И вдруг одна точка на экране, обозначающая Беглеца, дрогнула и стала удаляться от станции. Странник постоял на месте, будто в нерешительности, и поспешил за ним. Если бы Беглец был человеком, то можно подумать, что трусливо оставляет поле боя… Но это не человек… Может, нашёл архив силы. И если это так, то все старания Глыбы сотоварищи бессмысленны.

– Огонь по Беглецу! – скомандовал майор.

Рявкнули несколько подствольников. Как в пустое место, никакого толка, даже не отвлекли пришельца.

Странник настиг Беглеца, и они схватились, как былинные богатыри, безо всякого оружия, голыми руками. Они обменялись несколькими ударами, и Беглец как в воду канул, но потом материализовался в сотне метров от места битвы – убежал. Впрочем, похоже, что Беглец играет со Странником в какую-то игру. Хотел бы убежать, давно бы уже находился за горизонтом. Возможно, отвлекает противника от чего-то важного. И тот на отвлекающий манёвр не купился – оставив Беглеца, развернулся и вернулся к периметру. Обходил станцию, приближаясь к стартовой площадке.

И только тут Андрей смекнул – Беглец отвлекал Странника от того, кто покинул станцию. А это могло означать, что его марионетка в обличие Лафайета или Железнова нашла архив и несла его своему хозяину.

Глыба велел особовцам возвращаться к стартовой площадке и сам понёсся впереди всех.

И вдруг в шлемофоне раздался голос Прошина:

– Майор, вы меня слышите? Мы с Железновым выходим на поверхность. Вооружились пулемётами.

– Какого чёрта? Чего вы там задумали? – заорал командир и сам едва не оглох от собственного крика.

– Беглец нашёл архив. Прошёл шлюз-тамбур и идёт к боту. Это Лафайет!

– Какой же я лопух… – выругался Чернов. – Знатно этот чёрт меня развёл… ещё и астрофизика подставил!

– Лафайет поднимается по трапу, мы не успеваем за ним, – сообщил паранорм. – Я выстрелил из подствольника в него, и даже попал… И никакого вреда.

– Знакомо! – разозлился Андрей.

Майор приказал им взять второй бот и преследовать Лафайета, добавив, что остальные догонят на шлюпе.

– Я не думаю, что он далеко улетит… – Железнов стоял и наблюдал за действиями начальника станции. – Я не успел отрегулировать маневровые двигатели и рулевое оперение. Практически лишён управления. Наверняка разобьётся минут через десять после старта.

Лафайет забрался в бот и взлетел, не прогревая двигателей. Бот подскочил километра на три, после чего выровнял курс и полетел параллельно поверхности в сторону Олимпа. Минуты через две, так же не грея двигателей, от стартовой площадки оторвался второй бот. И только потом, ещё минут через десять, станцию покинул рейд-десантный шлюп.

25

– Холодный старт – не лучший способ взлетать, – сказал Железнов, когда бот, едва не разваливаясь, оторвался от посадочной площадки. – Но нам ведь сейчас не до инструкции по технике безопасности? Когда дело касается спасения собственной жизни или всей солнечной системы – все инструкции можно выбросить.

Эмпат мрачно осмотрелся, ему казалось, что обшивка вот-вот разойдётся по швам. Корпус бота тряся так, что вибрация отдавалась в челюсти. Внезапно в шлемофоне пробился голос Глыбы:

– Радио не работает, телекомы на большом расстоянии не ловят… Пока мы ещё друг друга слышим, предупреждаю, постарайтесь держаться в стороне, если Странник и Беглец сойдутся. Мало ли что они за оружие используют.

Майор добавил ещё что-то, но за нарастающим шорохом эфира слов не разобрать, затем и вовсе затих.

– У вас тут оружие есть? – спросил Сергей.

Железнов, не отрываясь от управления, мотнул головой, показывая куда-то за спину.

– Мой пистолет, в нём пара патронов осталась. И два ваших пулемёта. От кого нам на станции отбиваться? От космических пиратов? Так они только в кино бывают. Вы, наверное, у себя в ОсОБе в войну заигрались, и думаете, что все в мире должны быть вооружены до зубов. Но мы – мирная научная станция.

Прошин не сразу обратил внимание на то, что видимость вдруг стала отменной. Пылевой Дьявол прошёл как-то слишком быстро, паранорм никогда не слышал, чтобы марсианские сезонные бури так резко прекращались. Подумал, что это сделал Странник, чтобы облегчить им работу. Умел ли пришелец управлять погодой? Чёрт его знает, но если вспомнить, что этот дьявол умел, то такое вполне возможно.