Правая штанина серых брюк девушки и в самом деле стремительно пропитывалась темной влагой на бедре – это было заметно даже в неверном свете единственной лампы.

– Да, переборщила, – грустно признала сыщица, откидываясь на спинку. Теперь офицер заметил и капельки пота на ее лице, явно вызванные не поцелуем. – Рана открылась, видимо… Но ты же мог увернуться, и вышло бы глупо… – Она болезненно кашлянула в кулак. – Ладно, сейчас Саша придет, заново бинт наложим…

– Давай лучше я… – Дронов подался вперед.

– А ты иди. – В голосе Насти звякнули стальные капральские нотки. Она села прямо, тяжело опираясь на подлокотники. – Выспись перед отбытием. В следующий раз, даст бог, увидишь меня через месяц, здоровую. Главное – чтобы вы все вернулись живыми и с успехом, а уж я-то поправлюсь…

Николай беседовал с часовым, стоя у караулки, когда на ведущей к воротам улице показалась запыхавшаяся стажерка. Придерживая шляпку и ремень сумки, она подбежала к отряду и попыталась что-то сказать Дронову, однако не смогла, задохнувшись.

– Сперва переведи дух, – посоветовал капитан, отметив, что кобуру с револьвером Настина ученица все же перевесила на пояс.

– У… угу… – Саша с минуту тяжело дышала, глядя на мужчину снизу вверх большими, широко распахнутыми глазами, потом сглотнула и выдавила: – П… пр… простите… пожалуйста! За опоздание!

– А ты разве опоздала? – искренне удивился Дронов.

– Да. Вы назначали на четыре тридцать утра, а сейчас уже четыре тридцать пять!

– А-а… – Капитан откашлялся, прикрыв рот ладонью. – Ну, ничего страшного. Почти успела.

– Я провожала Анастасию Егоровну до кабинета, потому задержалась, – продолжила будущая сыщица. – Она очень плохо себя чувствует, хоть и прикидывается… Не знаю даже… Боязно ее одну оставлять.

– Я попросил ребят из своей роты приглядывать за ней по возможности, – успокоил Дронов маленькую стажерку. – Поручик Горшков, мой зам, Настю с прошлого ее приезда знает и в обиду не даст. А ты взрослеешь – уже наставницу опекать собралась, а?

– Я… Э… – Саша стиснула перекинутый через плечо ремень сумки обеими ладонями. – Но это же правильно – заботиться о раненом товарище, даже если он старше и опытней!

– Конечно. – Последние слова были произнесены с таким жаром, что офицер не сдержал улыбки. Было в этой крошечной сероглазой девушке что-то необычайно светлое и теплое, будто пришедшее из детских сказок, и абсолютно не вяжущееся с ее местом службы. Желание погладить стажерку по голове и сказать что-нибудь доброе становилось практически непреодолимым – только едва ли ей самой это понравилось бы… – Кхм… Ладно. В любом случае нам пора отправляться. – Дронов прочистил горло и кивком указал на невысокую гнедую кобылку, которая переминалась с ноги на ногу у караульной коновязи. – Вот твоя новая лошадь. Ее зовут Ак-Булут, то есть Белое Облако. Хотя она, как видишь, совсем не белая – зато должна прийтись тебе впору. Заводной мы добыть не смогли. Может, купим по дороге. В крайнем случае – кто-нибудь возьмет тебя в седло, весишь ты немного. Теперь можешь устраиваться, мы подождем. Левую сумку только не трогай, там палатка и запасная одежда для тебя.

Пока стажерка перекладывала свой походный скарб в седельные сумы, Николай познакомил ее со спутниками – лысоватым горбоносым унтером Черневым и двумя ефрейторами. Младший из них, черноволосый и темноглазый уралец Саночкин, изрядно смахивал на татарина, старший же, узколицый москвич Сергеев, выглядел меланхоличным и задумчивым.

– Очень приятно. – Взобравшаяся в седло девушка наградила солдат улыбкой. – А я – Александра Александровна. Можно просто Александра.

«Я уже и забыл, что у нее есть отчество, – мысленно усмехнулся Дронов, давая команду на выдвижение. – А узнать фамилию так и не удосужился. Надо бы исправить…»

Немногочисленный пока отряд проехал через единственные ворота Пишпека и миновал ров. Конские копыта застучали по Ташкентскому тракту. Впереди было шесть сотен верст и не меньше двух недель пути…

Поначалу ехали молча. На разговоры не тянуло – мужчины зевали, Саша клевала носом, а на рассвете и вовсе задремала, склонившись к конской гриве. Будить ее не стали – Джантай подъехал ближе, взял лошадь девушки под уздцы и повел. Пригревшаяся в солнечных лучах стажерка проспала до самого дневного привала, кутаясь в короткий легкий плащ, который носила поверх серого замшевого костюма. Лишь часам к десяти, после отдыха, завтрака и кружки кофе, она немного ожила и разговорилась. Оказалось, что ученицу Насти интересует план путешествия.

– Если говорить о ближних целях – мы должны встретиться с казачьим отрядом, который будет нас сопровождать, – ответил Дронов, искоса поглядывая на девушку. Та старалась держаться с ним стремя в стремя. – Они движутся нам навстречу от приграничного поселка.

– Кстати, а вот почему вы не взяли в эскорт кого-нибудь из соплеменников Джантая? Я вижу, вы ему доверяете, и драться киргизы умеют.

– Я бы и не против, конечно. Но учитывая, что северные племена киргизов прямо поддержали Россию во время войны с хокандцами… – Капитан хмыкнул. – Появление вооруженного отряда северян на землях Хоканда нынче само по себе тянет на провокацию. Боюсь, меня не поймут в канцелярии генерал-губернатора.

– Понятно… – протянула стажерка, хмурясь и потирая подбородок. – Мне следовало об этом подумать…

– Не расстраивайся. Тут необходимо разбираться в местных реалиях и хорошо знать обстановку. Ты еще научишься.

– Если бы на это было время! – Девушка со вздохом понурила голову. – Мне нужно учиться прямо сейчас, иначе я не смогу вести расследование. Нужно понимать – что, как и почему происходит вокруг. Узнавать нюансы, детали, особенности…

– Я к твоим услугам, – изобразил Николай шутливый поклон, не отпуская поводьев. – Можешь и остальных пытать о чем хочешь, особенно Джантая. Я ведь еще в первую встречу обещал, помнишь?

– Тогда… – Саша поправила сбившуюся шляпку и глянула на него чуть веселей. – Расскажите что-нибудь. В общих чертах. А я уж подумаю, какие вопросы задать.

– Хм… Так и быть. – Капитан откинулся в седле, повел плечами. – Начну издалека. Что тут было до нашей эры, полагаю, тебе не интересно. Веке во втором в эти места, которые мы зовем Средней Азией, вторглись войска Китая – тогда еще китайцы не были такими домоседами. Они изрядно повоевали с местными кочевниками и государством Давань в Ферганской долине, на месте которого сейчас собственно город Хоканд и стоит. Веку к шестому китайцы победили окончательно, понастроили всюду своих крепостей и посадили наместников. Завели торговлю, собирали налоги… Смотри. – Офицер сунул руку в нагрудный карман и вытащил оттуда бурый металлический кругляш с ноготь величиной, украшенный квадратным отверстием в центре.

– Что это? – Саша подъехала ближе и наклонилась, чтобы рассмотреть предмет.

– Старинная китайская монета, – протянул ее девушке Дронов. – Держи, дарю. У меня еще есть.

– Ой, спасибо. – Стажерка подставила ладонь и принялась рассматривать подарок. – Интересно, современные почти такие же.

– Ну это же китайцы. Без нужды они ничего не меняют, – усмехнулся Николай, застегивая карман. – Так вот. Эти монетки здесь до сих пор в земле сотнями находят, особенно возле развалин китайских фортеций. Даже местные правители, говорят, чеканили свои деньги по китайскому образцу, только у их монет дырочки круглые, высверленные, для квадратных технология сложная нужна…

– И откуда вы все это знаете?

– У нас в гарнизонной библиотеке есть сборник с выдержками из китайских летописей и комментариями ориенталистов, очень интересный. Профессор Бормин из Географического общества составлял, кажется… Вернемся – почитаешь. А пока – слушай.

– Ага! – Маленькая стажерка кивнула и спрятала монету. Похоже, выбрав верный тон, офицер сумел ее увлечь.

– Примерно с девятого века сюда начали проникать эмиссары Арабского Халифата, распространяя ислам и налаживая контакты с местными владыками в обход китайских наместников, – продолжил он. – Особенно удачно дела у них пошли с оседлым населением, потому что кочевники плохо воспринимали религию Пророка. Переходили-то в нее легко, а вот чтобы заповеди соблюдать… В общем, кончилось все военной экспедицией Халифата в Центральную Азию. Китайцы выступили навстречу, но армия у них была пешая, конницу предоставили местные вожди… Понимаешь, чем кончилось генеральное сражение?

Саша сдвинула светлые брови, потерла лоб и предположила:

– Местная конница ударила по китайцам?

– Верно. Прямо в тыл. И сделала это в самый разгар сражения. Войска Поднебесной Империи бежали. Одновременно по всему региону вспыхнули восстания…

– Инспирированные арабами? – Похоже, будущая сотрудница Третьего отделения вошла во вкус.

– Скорее всего. По крайней мере, китайцы в этом и по сей день не сомневаются. В любом случае итогом стало то, что очень быстро в регионе не осталось ни одного китайского чиновника или солдата. Однако ушли и арабы – их войско в битве сильно потрепали, а здешние властители клялись в верности Великому Халифу… – Капитан качнул головой. – Только вассальной присяги никто из них не принес. А потом у Халифата начались внутренние проблемы, войны с Аксумом, период нестабильности… Так и вышло, что эти места, формально числясь в подчинении Халифа, сотни лет по сути жили своей жизнью – весьма бурной, надо сказать. Хроник здешних государств и династий, как я понимаю, не вели даже китайские летописцы – столько их сменилось. Но сейчас мы имеем три страны – Хокандское ханство, Хивинское ханство и Бухарский эмират. Они очень друг друга любят и воюют регулярно.

– А Ташкент, в который мы едем, – часть Хоканда? – уточнила стажерка.

– Угу. С некоторых пор. Когда-то это был вольный город, обладавший солидной армией. Он даже чуть не завоевал столицу Хоканда, но проиграл войну и уже около века переходит из рук в руки. Соревнуются между собой хокандский хан и бухарский эмир, но и сами ташкентцы не прочь, если что, вспомнить былое и возродить свой городской совет… Видишь ли, Ташкент – крупнейший торговый центр и единственный воздушный порт на тысячи километров вокруг. Туда приходят грузовые дирижабли не только из России, но и из Индии, Афганистана, Малой Азии…

– То есть из владений Англии и Халифата.

– Совершенно верно. И это… – Дронов, осекшись, уставился на девушку. – Это важно, так?

– Анастасия Егоровна считает, что важно. – Саша вновь потерла подбородок. Лицо ее сделалось серьезным, взгляд – сосредоточенным. – И я с ней согласна. Об этом мы говорили сегодня ночью. Если нам сбросили верную информацию о доставке похищенного в Ташкент, можно сделать ряд выводов насчет похитителей… И насчет тех, кто эту информацию сбросил. Да и выбор-то невелик. – Она задумчиво кивнула – вероятно, своим собственным мыслям. – Едва ли тут замешаны французы или итальянцы.

– А кто? – Размышляя вслух, крошечная сыщица-ученица до того стала похожа на свою наставницу, что Николай даже понизил голос, боясь спугнуть наваждение.

– Вероятнее всего, в деле замешаны англичане. – Саша щелкнула пальцами, и этот жест тоже показался капитану знакомым. – Дальше, по убыванию вероятности, – арабы и китайцы. К Китаю ближе, но и политика у Поднебесной пассивнее. К тому же им нет нужды везти пленника в порт. Если только они не пытаются отвлечь нас ложной версией. Но Анастасия Егоровна учла подобную возможность и будет ее проверять, пока мы едем в Ташкент.

– Настя считала, что вокруг этой истории действуют как минимум две силы помимо нас, – припомнил Дронов. – И предполагала, что одна из них – китайская разведка.

– Да, конечно. – Девушка легонько похлопала свою кобылу по шее и, не глядя на Николая, медленно произнесла: – Пожалуй, мне нужно еще поразмыслить…

Она замолчала, отсутствующим взглядом уставившись в гриву лошади. Дронов тихонько отъехал в сторону, думая о том, что его выводы насчет Саши были определенно преждевременными. Она, без всяких сомнений, умела мыслить как сыщик, обладала немалой смелостью и быстро училась новому, а легкий, располагающий характер лишь играл на руку в ее будущей работе. Той же Насте было куда сложнее вызвать к себе симпатию и доверие…

Во второй половине дня вновь остановились передохнуть и заодно отобедать. Понаблюдав, как явно не привыкшая к долгим конным поездкам Александра морщится и растирает бедра, Дронов предложил ей немного размяться, пока варится каша.

– И заодно попрактикуемся, – добавил он.

– В чем? – приподняла бровь девушка.

– Например, в фехтовании. Отлично помогает разогреть все группы мышц, и ноги в том числе. Ты же умеешь фехтовать? – Капитан наклонил голову к плечу – казалось, он ждет отрицательного ответа.

– Да, но…

– Вот и отлично. Саночкин, одолжи свой палаш!

Подбежавший ефрейтор протянул командиру клинок, но тот кивком указал на Сашу. На самом деле, конечно, он просто решил воспользоваться возможностью своими глазами увидеть навыки стажерки, пока вокруг все тихо и для этого есть время. Настя как-то признавалась, что плохо фехтует и посредственно владеет винтовкой… Справедливо ли это для ее ученицы?

– Ну что? – Александра приняла палаш, сделала пару робких пробных взмахов и встала в позицию. Острие, направленное Дронову в грудь, чуть заметно подрагивало – не от страха, разумеется. Просто рассчитанный на мужскую руку клинок для крохотной Саши был очень тяжел.

– Начнем. – Капитан обнажил свое оружие. – Только смотри, не увлекайся, а то и вправду заденешь меня.

В том, что свою руку он сдержит, Дронов не сомневался. Более того – он и не думал фехтовать в полную силу, намереваясь специально замедлять свои движения.

– Постараюсь, – не слишком уверенно ответила стажерка, переходя в защитную стойку.

Следующие несколько минут они осторожно обменивались ударами под ободряющие возгласы единственного зрителя – все того же ефрейтора Саночкина. Капитан отметил, что болеет он за Сашу, что, впрочем, было не удивительно.