Я перестала дышать.

– Нет! – вырвалось у меня прежде, чем я осознала, что произношу это слово вслух.

– Да. Как ни печально, это правда. Ваши друзья-тамплиеры перерезали им глотки во сне.

– Нет, – повторила я.

Меня терзал не только стыд за открывшийся обман. Мне было искренне жаль несчастных Монику и Лусио Альбертине.

– Я вас покину на минуту, – сказала Дженнифер и ушла, оставив меня под пристальным наблюдением Смита и Миллза.

Вскоре она вернулась.

– Вам ведь нужны письма? На Роттен-Роу вы почти в этом признались. Вот только зачем вашим тамплиерским хозяевам понадобились письма моего брата?

Мысли неслись бешеным потоком. Передо мной мелькали варианты дальнейшего развития событий: признаться, выкручиваться, бежать, вести себя дерзко и нагло, расплакаться, показывая, что сломлена…

– Мадам, я не понимаю, о чем вы… – пробовала вывернуться я.

– Нет, вы прекрасно знаете, о чем я говорю, Элиза Де Ла Серр.

«Боже милостивый! Откуда она это узнала?»

Ответ я узнала почти в ту же минуту. По сигналу хозяйки дома Смит открыл дверь. Вошел еще один слуга и довольно грубо втащил в гостиную Элен.

Ее толкнули на один из стульев. Сев (точнее, плюхнувшись), девушка смотрела на меня измученными, умоляющими глазами.

– Простите, – прошептала она. – Мне сказали, что вы в опасности.

– Да, – подтвердила Дженнифер. – Тебе не солгали. Вы обе в опасности.