- Но бабушка,- покрылась румянцем Памела,- этот джентльмен - мистер Фрейзер, я же говорила тебе о нем!

- Да, я знаю, что этот шалопай - Майкл Фрейзер! Джулия мне пробила всю голову его здоровьем, и я лично отвезла ему целый чемодан барахла в Лангмер. А где тот парень, что лежал в госпитале рядом с Джо?

- Так это он и есть, бабушка!

Старая леди попала впросак, но не в её правилах было признаваться в собственном маразме!

- Не говори глупости, дорогая! - гневно затрясла она жемчугами.- Я отлично помню, ты сказала, что-то типа 'Лестер' или 'Лестрейд'! Я ведь не глухая! А Фрейзер - это беспутный зять Джулии!

Фраза была предсказуемой, но Майкл все равно вздрогнул, испуганно покосившись на Памелу. Но девушка терпеливо выясняла отношения с упрямой старушкой.

- Бабушка, это один и тот же человек! Мистер Фрейзер был ранен во время сражения. Он летчик-истребитель!

- Это всё Джулия,- наконец обрадовалась, что нашла виновную, леди Симона,- она стала такой рассеянной, и ничего не сказала о ранении своего зятька. Иначе, я бы не перепутала!

И она победно оглядела собравшихся в гостиной домочадцев.

- Но раз все в сборе..., прошу к столу! Гонг пробил уже пятнадцать минут назад, но из-за тебя, бездельник, - кивнула она на Майкла,- мы нарушаем традиции!

Фрейзер удивился - он не слышал гонга. И если кто опоздал, то явно не мужчины.

Они всей гурьбой поплелись вслед за инвалидной коляской, и как раз находились в стадии перетекания из гостиной в столовую, когда разнесся гул гонга. Леди Симона сделала вид, что это не более чем слуховая галлюцинация.

Оказавшись в привычном с детства царстве белых скатертей, салфеток, серебряных столовых приборов и хрустальных фужеров Майкл на мгновение поверил, что он никогда не менял привычную жизнь на тяготы скудного солдатского быта. Честно говоря, из этой роскошной столовой Лангмер виделся таким далеким, и казался не реальнее кадров, какого-нибудь голливудского фильма о войне. Допустим, 'Прощай, оружие' с непревзойденным Гари Купером.

Они расселись по местам, и Майкл оказался как раз напротив Памелы - идеальное место, чтобы без помех любоваться её красотой, но на этом все хорошие стороны этого ужина оказались исчерпаны. К английской кухне он всегда был, как минимум, равнодушен.

Баранина в мятном соусе, тушеный картофель, и блюдо с отварными морковкой, сельдереем и брюссельской капустой. Как можно любить кухню страны, в которой даже овощи вываривают так, что они превращаются в нечто напоминающее густую безвкусную замазку? Может, именно в этой еде и заключается секрет знаменитой сдержанности и холодности англичан? Это какую же выдержку надо иметь, чтобы на протяжении полутора часов занимать рот малосъедобной снедью! Впрочем, столовое вино и шампанское оказались безукоризненными, да и к поданному на десерт сыру было не придраться.

Беседа получилась под стать угощению. Леди Симона со свойственной всем старухам зловредной проницательностью моментально просекла его особый интерес к своей внучке. И пока Майкл, млея под взглядом Пэм, интересничал, разговаривая с Джо о сравнительных характеристиках 'мессеров' и 'спитов', а старый граф мирно посапывал над своей тарелкой, изредка открывая рот для очередной ложки жидкого овсяного супчика, дама готовилась к атаке.

- Ах, милая Пэм,- проворковала она, обмакнув рот салфеткой,- ты ещё так юна, и совершенно не разбираешься в мужчинах. Посмотри внимательнее на нашего гостя - сидит себе, ну прямо-таки невинный агнец. Эдакий плюшевый барашек! А между тем, играючи сбил покойницу Хелен с пути истинного и разрушил её помолвку с твоим кузеном. Тогда в обществе об этом только и говорили!

'Плюшевый барашек' тяжело перевел дыхание - он все время ждал начала травли, и когда в него понеслось первое ядро, даже немного успокоился.

- Фрейзер,- бабка вперила в него прокурорский взгляд,- ты был никудышным мужем! Говорят, изменял несчастной девочке, и, вообще, вел разгульный образ жизни!

Джо чуть слышно хрюкнул, а Памела быстро опустила взгляд, но леди Симона, судя по выражению лица, жаждала от него ответной реплики, чтобы продолжить сражение. А что за интерес измываться над жертвой, если она не реагирует на нападки? Ну что ж, дама была хозяйкой баранины в мятном соусе, и не поленилась привезти ему куртку - старушка заслужила почтительное отношение к своим желаниям!

- Да,- Майкл покаянно опустил вилку и нож,- вы правы, мэм!

- И это всё, что ты можешь сказать в оправдание? - даже перья в прическе старушки и то воинственно встопорщились.

- Могу добавить - каждый раз перед тем, как лечь спать, я мысленно перечисляю все свои грехи, и твердо обещаю исправиться!

Леди Симона озадаченно умолкла - уж не издевается ли над ней этот обнаглевший янки?

- По-твоему, так выглядит остроумие? - кисло осведомилась она. - Только Джулия может так носиться с человеком, сделавшим её дочь несчастной. Впрочем, она всегда была не от мира сего!

- За леди Джулию я способен два раза подряд наступить на лапу бульдога! - одернул зарвавшуюся старушенцию Майкл, знаком показывая лакею, чтобы тот подлил вина.- Благодаря таким как она, мэм, при виде прекрасных дам мужчины не бросаются в панике вниз головой с обрыва!

У графини едва ли не визуально вылетели искры из глаз.

- Если кому-то приходит в голову, что можно вот так...

Неизвестно, чем бы всё это закончилось, но неожиданно комнату потряс гневный рык изрядной силы, и фужер с вином в руке оторопелого американца сделал такой курбет, что он с трудом его удержал, не расплескав.

- Дорогая, не пора ли дамам поправить туалеты?!

Изумленный Майкл в восхищенном ужасе покосился на дряхлый остов графа. А внезапно воскресший дед холодно глядел на свою виновато съежившуюся половину.

- Да-да, - залепетала та, суетливо выбираясь из-за стола,- пойдем, Пэм, дорогая! Оставим мужчин!

Вот так-то! Думаешь, что английские аристократы - кучка высокомерных вырожденцев, и вдруг произойдет нечто непредвиденное, и как будто в свете молнии появится на мгновение какой-нибудь самовластный буйный барон начала первого тысячелетия. Появится, и вновь исчезнет, превратившись либо в светского ленивого бонвивана, либо в замкнутого и холодного обитателя привилегированного клуба, но эта кратковременная встреча дорогого стоит!

И когда Памела и леди Симона вышли, граф откуда-то жестом фокусника вытащил темную бутылку с незнакомой Майклу этикеткой.

- Ваша светлость! - потрясенно ахнул слуга.

Но по настойчивому знаку хозяина, он, неодобрительно сжав зубы, все-таки разлил в бокалы янтарный напиток.

- Армянский коньяк 'Двин' - любимый напиток Уинстона Черчилля. Пэм рассказывала, что он ежедневно выпивает по бутылке, - вполне адекватно пояснил оживившийся при виде булькающей жидкости граф,- интересно, что в нем хорошего? Оцените букет, джентльмены!

Сейчас он говорил тихо, и у Майкла создалось впечатление, что слышит старик гораздо лучше, чем хочет показать.

Фрейзер согрел бокал в руке и, слегка пригубив коньяк, подержал его во рту, но за последнее время он выпил такое количество всякой дряни, что не смог по достоинству оценить уникальное послевкусие. А бедный Джо так вообще поперхнулся и раскашлялся до слез.

- А, - с досадой отмахнулся от внука дед,- мельчает молодежь! Тебе бы только козлом скакать по сцене, задирая ноги выше головы - что за занятие для джентльмена? Лучше иди, поищи подходящую пластинку... пусть Пэм и наш гость потанцуют!

Улыбающийся Джо захромал из комнаты, а хозяин и Майкл остались одни, если не считать неодобрительно маячившей тени слуги. Джентльмены долго молчали, грея в руках бокалы с коньяком, а потом старик неожиданно заявил:

- Пей, мальчик мой, что на него смотреть!

Майкл, у которого были особые планы на этот вечер, смущенно крякнул:

- Я уже выпил достаточно!

- Ерунда! Ты крепкий здоровый парень, летчик. Кому же пить, как не тебе?

И пристрастно проследив, как гость опустошает свой бокал, сделал знак лакею, чтобы тот вновь его наполнил. И только потом, умиротворенно вздохнув, заговорил:

- Мой отец умер, когда ему исполнилось девяносто пять. Чуть больше, чем мне сейчас! Он был своеобразным человеком...

Майкл почему-то не особо удивился, услышав про покойного герцога. После коньячной агрессии престарелого графа, рассказ о давно умершем Кентсоме вполне органично вплетался в общую атмосферу рождественского вечера в родовом гнезде Стенли.

- Отец умирал тяжело! Несколько лет герцог был прикован к постели,- между тем, продолжал свой рассказ старик, экстатически вдыхая аромат коньяка, - мы никогда не были особенно близки, но однажды, незадолго до своей смерти, он мне кое-что сказал...

Граф осторожно лизнул напиток и блаженно закрыл глаза.

- Хорош! Так вот, отец признался, что жизнь напоминает ему 'Сад земных наслаждений' Босха. Ведь Господь, в бесконечной любви к детям своим, создал для них рай прямо на земле. Красота природы, любовь женщин, дружба и привязанность, выпивка и развлечения - всё, что только захочешь! И лишь сам человек с его вечным недовольством жизнью - единственное темное пятно на челе мироздания. Я был молод и наивен, и поэтому растерялся: 'А как же болезни, войны, голод, несчастья и смерть, в конце концов?'. Отец только рассмеялся над моей глупостью: 'Они нужны для того, чтобы мы во всей полноте осознали радость своего существования. Ведь для того, чтобы получить удовольствие от пищи, надо проголодаться. А для того, чтобы ценить жизнь, нужно быть уверенным в том, что умрешь!'

Теперь уже граф сделал солидный глоток коньяка под горестный и укоризненный возглас слуги.

- Успокойся, Смайлз! От капли хорошего коньяка не будет вреда! Итак..., на чем я остановился?

- На 'Саде земных наслаждений' Босха,- напомнил Майкл, с интересом наблюдая за старым джентльменом.

- А... так вот! Мне показались эти слова, чуть ли не кощунством, и я довольно едко полюбопытствовал - неужели даже то, что он парализован, делает его счастливым? Отец таинственно улыбнулся 'Джулия!' - сказал он мне. - 'Если бы я не оказался в таком беспомощном состоянии, в моей жизни никогда бы не появилась Джулия! И я бы никогда не узнал, как милосердна и бескорыстна эта девушка, не насладился её нежной любовью и преданностью!'

Старик тяжело вздохнул.

- На меня Босх всегда производил пугающее впечатление, и я не увидел в 'Саде земных наслаждений' того, о чем толковал отец, хотя специально посетил для этой цели Прадо, но знаете...

Майкл окаменел, тупо соображая, к чему это было сказано. А премудрый дед немного помолчал, а потом одним махом вылакал остатки 50-ти(!) градусного коньяка, и, со вкусом облизнувшись, цепко глянул на него пронзительными черными глазами:

- Он был прав, мой отец! Всю свою жизнь я убеждаюсь в его правоте - если судьба отнимает у нас что-то дорогое, она просто дает шанс изменить жизнь и начать всё сначала. Но не нужно цепляться за обломки былого, даже если ты прикованный к постели паралитик!

И пока возмущенный слуга прятал от своего разгулявшегося хозяина коньяк, Майкл задумчиво допил свой. Утверждения старика были, мягко говоря, сомнительны, и противоречили всем религиозным доктринам современности, но граф прожил долгую жизнь, и имел право на свою точку зрения, какой бы авантюрной она не казалась.

- Я не знаю, где находится рай,- задумчиво пробормотал Фрейзер,- может и на земле, но зато я собственными глазами видел ад, и знаю точно - дорога туда пролегает через небо!

Но едва ли старик услышал эти слова - выпитый коньяк, да ещё после жиденького овсяного супчика, сработал как хук боксера, и дед, бессильно обвиснув в кресле, крепко заснул. А за дверью, между тем, слышались звуки легкомысленного фокстрота, и Майкл поспешил в гостиную, чтобы получить свою долю радости от жизни.

Танцор он был не ахти какой, да ещё если смокинг покойного виконта был ему впору, то лакированные туфли оказались маловаты, но Майкл мужественно об этом забыл, когда догадливый Джо поставил пластинку с блюзом.

Пэм о чем-то тихо разговаривала с леди Симоной, сидя неподалеку от разряженной ели, но охотно встала навстречу разлетевшемуся с приглашением кавалеру.

Майкл положил руку на тонкую талию, ощутив сквозь шелк дразнящее тепло женского тела. Блюз нежно надрывал душу звуками саксофона и ленивым голосом Билли Холидей, исполнявшей 'Strange Fruit' - шедевр джазовой музыки.

Глаза Пэт таинственно мерцали прозрачным синим светом, нежные обнаженные плечи манили прикоснуться к ним поцелуем, и Майкл почувствовал себя настолько опьяневшим от счастья, что если именно в этот момент на них свалилась бомба, он ничего не имел бы против. Но, несмотря на блаженную эйфорию, любимый коньяк английского премьер-министра властно потребовал кое-что выяснить:

- Я хочу вам задать один вопрос, мисс Келси!

- Да, мистер Фрейзер?

Майкл испытывающе впился глазами в безмятежное лицо девушки:

- Скажите, вас не связывают какие-либо особые отношения с его светлостью герцогом Кентсомским? - прокурорски подозрительно спросил он.

Глаза Памелы округлились веселым недоумением.

- Связывают! Мы с ним хорошие друзья.

Заметив, как он облегченно выдохнул, девушка насмешливо осведомилась:

- И это единственное, что вас интересует?

- Почему же,- Майкл сжал талию чуть сильнее,- ещё один вопрос - какого цвета пояс, к которому крепятся ваши чулки?

Вот здесь можно было ожидать, чего угодно - от звучной пощечины до холодной отповеди, но ничего подобного не произошло, хотя глаза девушки заискрились чем-то непонятным.

- Для 'плюшевого барашка' вы слишком непристойны!

- Есть такой грех! - охотно признался Майкл, уткнувшись носом в душистые волосы. - Вы же сами слышали, что я веду разгульный образ жизни - пьянствую, ну, и прочие излишества...