- Деньги?- толстяк моментально оживился,- они у тебя с собой?

- Нет, они спрятаны в ризнице отца Антуана, и если вы выполните мою просьбу, то завтра утром он вам отдаст всю сумму!- едва ворочая языком, пояснил теряющий сознание от боли граф.

- Отпустите его! - распорядился хозяин.

Веревку ослабили как раз вовремя - у де ла Верды окружающий мир уже плыл перед глазами в багровой пелене нестерпимой боли. Он ещё долго не мог пошевелить онемевшими руками, но все-таки постарался устоять на ногах.

- О какой сумме пойдет речь?- полюбопытствовал король.

- Сто су.

- Это хорошие деньги за один вопрос,- согласился он, качнув тем, что было у него вместо шеи,- видно тебе сильно нужна эта женщина, раз ты готов заплатить за неё такие деньги! Любая из моих крошек может тебя обслужить и за сотую часть этой суммы.

Окружающие девицы радостно загомонили, выкрикивая что-то непотребное, некоторые из них даже задрали подолы, демонстрируя весьма сомнительные прелести.

- Возможно, но мне нужна именно эта женщина, а найти её может помочь только Вийон!- граф безуспешно старался пошевелить пальцами рук.

- Где у нас сейчас находится Вийон?- обратился к толпе её повелитель.

Все загудели, оживленно переговариваясь, наконец, из толпы выступил горбатый с выпирающим клыком карлик.

- Он в кабаке Бисетр играет в кости. У него были деньги, которые он позаимствовал без её ведома у одной благочестивой вдовы с Ткацкой улицы. Франсуа повезло в игре, и он сейчас при звонкой монете, если от него не отвернулась удача! - прошепелявил он.

- Отец Антуан, деньги действительно у вас и вы мне отдадите их завтра утром?- повернул огромную голову толстяк к священнику.

- Да, сын мой, - с достоинством качнул тот головой,- завтра утром, после того, как встреча дона Мигеля и Вийона состоится!

- Проводите испанца к Франсуа,- взмахнул рукой король, приказывая карлику,- но запомни, это был твой первый и последний визит сюда! Уж слишком ты мне не понравился, поэтому если опять переступишь черту, отделяющую город от Двора Чудес, я тебя повешу. Ты меня понял?

- Как не понять! - согласился дон Мигель, руки сильно болели, но он хотя бы начал их чувствовать.- Вы мне доходчиво объяснили!

Они с отцом Антуаном пошли следом за переваливающимся на коротких ножках карликом, который на удивление быстро двигался, в отличие от запинающегося о камни неровной мостовой графа. Впрочем, тот был настолько рад живым и невредимым покинуть это место, что такие мелочи, как ушибы, были не в счет.

Только вырвавшись из этого ада, дон Мигель до конца осознал, какой опасности избежал, и по его телу то и дело прокатывался озноб запоздалого ужаса.

Известный воровской притон находился в получасе ходьбы от Двора Чудес. И первый, кого они увидели в закопченном зале, оказался де Монтрей, ссорившийся с разгоряченный вином Вийоном.

- Как ты мог?- услышали они гневный вопрос, подходя ближе.

- Вы разрешите мне вмешаться в вашу беседу? - граф подсел за их стол.

Он так много слышал о поэте, и сейчас изумленно рассматривал его потрепанное жизнью лицо в неглубоких сухих морщинках, сухощавую мелкую фигуру в старом явно с чужого плеча хуке, небольшие беспокойные черные глаза. Что в этом невзрачном замухрышке может привлекать женщин?

- Кто это?- недовольно отреагировал тот, недружелюбно глянув на испанца.

- Это муж Ангелочка!- хмуро пояснил профессор.

- Я ничего о ней не знаю!- отрезал Вийон, пытаясь встать из-за стола.

- Э, нет, приятель,- принужденно рассмеялся граф, поймав пройдоху за руку и силком усаживая на место,- встреча с тобой мне обошлась в сто су, да ещё пришлось повисеть на дыбе, поэтому так просто ты от меня не уйдешь!

- Я же сказал, что ничего не знаю об Ангелочке,- огрызнулся тот,- чем бросать деньги на ветер, лучше бы отдали их мне!

- Дам,- заверил его дон Мигель,- и дам много, если ты мне расскажешь, куда отвел мою жену из заведения Мами!

- Сколько?- остро блеснул глазами поэт.

- Тридцать су,- пообещал испанец,- но потом, после обстоятельного рассказа!

Франсуа помолчал, сморщив от досады нос, что-то, по всей видимости, взвесил про себя и, наконец, признался:

- Я отвел её к Катрин Прель!

Графу это имя было знакомо, и, немного поднапрягшись, он вспомнил, что так зовут парфюмершу королевы, но причем тут Стефания? Де Монтрей так зло глянул на поэта, что тот даже порозовел.

- Она сама об этом попросила, - начал он оправдываться перед доктором, - даже пообещала мне свой золотой крестик, если я её отведу к ведьме!

У потрясенного дона Мигеля сжались кулаки, неужели..., но поэт рассеял его подозрения. Правда, едва ли де ла Верде от этого стало легче!

- Ангелочек была от кого-то беременна и боялась, что ранит твое золотое сердце,- передразнил Вийон, очевидно, Стефанию, - малышка не хотела вас огорчать, мэтр! И хотя Катрин предупредила, что это может стоить ей жизни, даже ухом не повела и выпила дрянь, которую дала старуха! У меня сердце кровью обливалось!

- И что же дальше?

- Ангелочку стало плохо, и Катрин решила, что она умирает! Я вытащил её на монастырское кладбище, где женщина и испустила дух! - пробормотал Вийон, опуская глаза.

И хотя сердце графа оледенело от такого известия, он почему-то ему не поверил.

- Как назывался монастырь? Какого числа это было?

- Монастырь аббатства Сен-Мартен, а число я не помню!

- Зато я помню очень хорошо,- заметил доктор, сурово глядя на поэта,- двадцать первое марта. Зачем ты лжешь, Франсуа? Я искал её на всех кладбищах - монахи записывают все свои погребения и потом в течение сорока дней отпевают даже бродяг, так вот, в эти дни там не была похоронена ни одна неизвестная женщина!

- Я ничего не знаю,- ушел в глухую оборону Вийон,- говорю вам, она умерла!

- И ты спрашивал меня, не нашлась ли умершая женщина?- тяжело вздохнул доктор,- хватит из нас делать идиотов! Расскажи его светлости, что случилось с его женой? Хоть один раз в жизни, поставь себя на место другого человека! А что, если граф, поверив в твою ложь, женится вторично, а потом выяснится, что его первая жена жива?!

- Пусть женится спокойно,- мрачно хмыкнул Вийон,- я даже видел, как за Ангелочком прилетел дьявол и забрал её, завернувши в свой плащ.

- О чем это ты? - разозлился доктор,- что ты городишь? Какой дьявол мог прилететь к этой чистой голубке? Ты слишком много выпил, раз несешь подобный бред!

- Вот так всегда,- вдруг обиженно фыркнул Франсуа, - стоит сказать правду, как тебе никто не верит, а между тем, я его видел, как сейчас вас и даже разговаривал!

Де Монтрей только досадливо плюнул, а вот де ла Верду наоборот заинтересовало сказанное:

- С чего ты взял, что это был дьявол? - вкрадчиво осведомился он. - Тот что, представился? Хватит говорить намеками и догадками, расскажи подробно, что ты видел, иначе и не надейся на вознаграждение!

- А что тут рассказывать,- нахмурив брови, буркнул Вийон,- я положил её на каменную плиту надгробья - Ангелочек умирала, но у меня не было сил смотреть, как она мучается, поэтому я отошел в сторону и ждал конца. Падал снег, никого вокруг не было, все кладбище просматривалось как на ладони, как вдруг из ниоткуда появилась темная фигура в длинном плаще! Он нагнулся, поднял женщину, и, закутав в плащ, вновь исчез. Кто же это, по-вашему, был, если не дьявол?

Лекарь чуть слышно выругался.

- Да кто угодно,- в сердцах сказал он,- причем здесь дьявол?

- Правильно, ты - доктор, умный и уважаемый человек, а я всего лишь беспутный поэт,- огрызнулся Франсуа,- поэтому все, что говоришь ты, нужно слушать, раскрывши рот, а меня иначе, чем лгуном и считать нельзя? Однако Ангелочек мне лично сказала, что отец её ребенка - не человек!

- И ты решил, что это дьявол,- скептически вздохнул профессор,- мне противно тебя слушать! Я не знаю, куда ты дел женщину, но твоя неуклюжая ложь не может обмануть даже слабоумного ребенка.

Его слова неожиданно задели Вийона. Он даже побагровел от гнева.

- Катрин то же сказала, что у неё внутри нечеловеческий младенец, но сказать, кто его отец отказалась!

- Ты хочешь сказать, что моя жена не знала от кого забеременела?- сердце дона Мигеля так громко стучало от гнева и боли, что отдавалось даже в ушах.

Убью! Вот только найду сначала...

- Такое бывает,- язвительно отозвался Вийон,- даже со знатными дамами!

И пока мэтр с презрением и возмущением смотрел на поэта, граф холодно спросил:

- Ты сказал, что он с тобой разговаривал, о чем?

Тут Франсуа неожиданно смешался и замолчал.

- Ну,- поторопил его де ла Верда,- что же ты умолк?

- Ангелочек обещала мне свой крестик, а это вещь дорогая,- наконец, нехотя признался он,- я и подумал - зачем он дьяволу? В аду ведь крестик ни к чему! Вот я и потребовал, чтобы его отдали. Только разве с дьяволом договоришься, он так сверкнул на меня глазами..., а в том, что сказал - для вас нет ничего интересного!

Дон Мигель зло фыркнул - этот наглец вывел из себя даже дьявола!

За их столом воцарилось молчание, хотя вокруг радостно гомонила толпа изрядно подвыпивших посетителей. Было здесь и несколько разбитных и пьяных представительниц прекрасного пола, которые сидели за столами с бражниками. Одна из них дебелая, рыжеволосая красотка не первой свежести развязано подсела к Вийону.

- Что с тобой? - по-свойски обняла она его за плечи. - Где твоя улыбка, дружок? Ты ведь сегодня при деньгах и не пожалеешь на меня монетку?

Поэт с ласковой, тут же преобразившей его лицо улыбкой, усадил толстуху на колени.

- Ах, ты мой цветок,- его рука смело пробралась к ней за пазуху и бесцеремонно вытащила на всеобщее обозрение пышную грудь,- я сегодня непременно тобой займусь, только ответь, моя аппетитная курочка, если у тебя возникают какие-то проблемы, к кому ты обращаешься за помощью? К священнику?

- Помилуй, Франсуа,- весело рассмеялась та, да так, что её белая грудь заколыхалась в его ладонях,- ты хотя бы представляешь, какого рода у меня проблемы? С ними к священнику не сунешься!

- Я кое-что знаю о тебе, голубка, и о твоих заботах то же,- Вийон поцеловал женщину в плечо,- поделись с нами, кто в Париже может ответить на любой вопрос?

- Смотря на какой? Как привадить клиента и обчистить его карманы?

- Нет, солнышко, нас интересуют другие вещи! Допустим, кто-то пропал при очень неясных обстоятельствах, даже есть подозрения на нечистую силу!

Девка задумалась, недоуменно выпятив толстую губу.

- А почему бы вам ни сходить к придурковатой Мадлон? У неё правда с трудом можно что понять, но я слышала, что она ясновидящая и знает много! Когда у одной из наших девиц украли ребенка цыгане, она четко указала, где находится фараоново племя! - наконец посоветовала она.

- Речь идет о юродивой, что постоянно сидит на ступеньках Нотр-Дам?- приподнял брови профессор. - Да ведь это полная идиотка, с трудом понимающая, что происходит вокруг!

Женщина лениво пожала плечами, ласково поглаживая Франсуа по голове.

- И, тем не менее, - весело хмыкнул тот,- это единственное, что я вам ещё могу посоветовать. Идите к Мадлон! Мы тут с моей киской хотели бы уйти,- нагло добавил он, поднимаясь из-за стола,- где те пятьдесят су, которые вы мне задолжали?

- Тридцать!

Что оставалось делать графу? Только отсчитать эту сумму. С мэтром они весьма холодно расстались на выходе из заведения, уже не услышав последние слова Вийона, поднимающегося вслед за потаскухой по лестнице:

- Надо же, всем нужен Ангелочек! По-настоящему золотая малышка!

КОПФЛЕБЕНЦ.

Лоскутное одеяло - довольно затасканное выражение, но с чем ещё можно было сравнить Священную Римскую империю того времени?

Курфюршества, герцогства, владения епископов - и это только самостоятельные имперские единицы, но помимо них существовала ещё и масса владений, которые формально вроде бы входили в состав этих земель, но обладали такими привилегиями и правами, отмеченными в различных установлениях и кутюмах, что разобраться в их статусе было практически невозможно.

Ярким примером подобного лена был Копфлебенц, крупное сеньориальное владение в Трирском епископстве, принадлежащее баронам фон Валленбергам. Несколько столетий длился спор между капитулом епископства и баронами за выяснение статуса земель. Жалобами обеих сторон были завалены и поколения императоров и Римские власти, но все без толку. Казалось бы, в этой ситуации правда была на стороне епископства, ведь Валленберги и не отрицали своего вассалитета, но...

Вот это но и мешало императорам и папам поставить точку в многовековом споре. Валленберги были чудовищно, неправдоподобно богаты и бесконечными взятками на протяжении веков затыкали рот правосудию и закону. Это с одной стороны! С другой, предки Валленбергов правили этими землями задолго до принятия христианства, и их замок возвышался на месте виллы римского наместника в землях треверов прокуратора Терция Валла, который и положил начало этой фамилии. Понятно, что за века правления авторитет рода стал непререкаем не только для населения Трира, но и для всей западной Германии.

Из-за бесконечных тяжб с епископством фон Валленберги часто бывали в Италии, и довольно быстро приобщились к итальянскому стилю жизни. Пока до их соседей постепенно доходило, что мир рыцарства меняются на мир денежных мешков, фон Валленберги уже проводили смелые финансовые операции. Через своих представителей они вкладывали деньги в различные рискованные, но приносящие в случае успеха огромный доход предприятия.

Но была ещё и третья, тайная сторона этого непростого дела. О ней знали немногие, но зато среди них были практически все монархи правящих династий Европы. За Валленбергами из века в век тянулась темная и мрачная слава виртуозных убийц и похитителей. Брались за дело они не часто, брали дорого, но если все-таки соглашались, то осуществляли преступление безукоризненно.