20 июня 1605 года самозванец въехал в Москву. Въезжал осторожно, на всякий случай косил глазами по сторонам. Впереди и следом за Лжедмитрием двигались польские роты и казаки. Шли в боевом порядке.

Московские улицы заполнил народ. Чтобы лучше увидеть нового царя, многие забрались на заборы, на крыши ближних домов. Наиболее проворные поднимались даже на колокольни.

Московские мальчишки Савка и Путимка тоже царя встречали.

– Государь едет, государь! – кричали ребята.

Неслись они рядом с царским возком, то забегая вперёд, то чуть отставая.

– Государь едет! Государь!

Приветствует народ нового царя:

– Здравия тебе, государь!

– Многие лёта!

– Многие лёта!

Улыбается Савка. Улыбается Путимка. Словно бы здравицу им кричат.

На Красной площади, у Лобного места, царский поезд встретило высшее московское духовенство. Здесь был отслужен молебен. Нового царя благословили иконой.

С Красной площади Лжедмитрий проехал в Кремль. Вошёл в Архангельский собор. Тут покоился прах Ивана Грозного. Приблизившись к гробу царя Ивана, Отрепьев низко поклонился.

– Отец мой, родной батюшка! – не краснея, произнёс Гришка.

– Дмитрий! Дмитрий! – закричала толпа.

Савка и Путимка тоже проникли в Архангельский собор. Всё своими глазами видели.

Когда Лжедмитрий выходил из собора, Путимка подвернулся ему под ноги. Отшвырнула мальчишку стража. Ударился Путимка о каменный пол собора. Шишек себе набил.

Шишек набил. Зато царя-государя видел.