После моего свистка из предрассветных сумерек выскочили разведчики и неуклюже заползли на плотики. У них, в отличие от сородичей, не было возможности обвыкнуться в ненавистной среде, поэтом ребята Куста выглядели одновременно решительными и испуганными.

– Вперед, – скомандовал я, инстинктивно стараясь говорить тише.

Звуки над водой разлетались далеко, и меня прекрасно услышали.

Впереди раздался всплеск весел, и странная конгломерация из торчащих над водой разнокалиберных голов начала медленно отдаляться от берега. Слишком медленно. Уверен, еще медленнее с мели сойдут две платформы, которые взяли на буксир лодки с деструкторами. К платформам была прикручена вся металлическая часть нашей добычи – панцири, шлемы и некоторая часть оружия. Этот груз ушел под воду сразу же, и наверняка еще долго будет волочиться по дну мелководья. В общем, получились до крайности неуклюжие конструкции. Радовало одно – они держались на плаву, а караван с пассажирами постепенно отдалялся от вражеского берега, приближаясь к территории потенциальных союзников.

Дождавшись момента, когда плоты с дикими и рыбаками отойдут от берега на пару десятков метров, я махнул своим гребцам. Парни взялись за дело рьяно, потому что пришлось стягивать с мели наши трофеи.

Чем дальше мы отходили от берега, тем глупее казались мои предосторожности и напряженный ночной труд. Но потом я понял, что это не напрасно. Близкий восход еще не успел разогнать окутавший реку утренний туман, поэтому откуда именно прилетели стрелы, было непонятно. Сначала вскрикнул один из лежащих на плоту рыбаков, затем завизжала женщина. Дикие зарычали и на относительно спокойной глади реки пошли волны от нервной реакции полусотни здоровенных амбалов.

Сейчас будет паника, и дикие точно утопнут.

Сразу же после первых криков я поднял трофейный щит всадника, и тут же в него прилетел привет от тальгийцев. Тупой удар – и дрожь щита перешла в морозец вдоль моего позвоночника. На дне лотки испуганно пискнул Лек.

Не дожидаясь объяснений мальца, я нажал на выемку активатора. То же самое в соседней лодке должен был сделать мэтр Сабур. Затем я осторожно выглянул над краем щита с таким расчетом, чтобы между шлемом и окантовкой моей защиты была лишь маленькая щель. В тумане зажглось широкое мутно-желтое пятно. Затем оно стремительно сгустилось, и внутри проявилась точка огненного шара, который буквально прожег туманную взвесь. Я знал, что деструкторы уже работают, но все равно было жутко смотреть на летящий прямо в тебя фаербол. Особенно неприятно осознавать, с какой точностью невидимый маг запустил свое заклинание.

Уже знакомыми лоскутами шар расползся на части. Секунд через сорок та же участь постигла еще один огненный конструкт. Явно осознав свою ошибку, маг решил оглушить пловцов электрическим разрядом, запустив молнию у самого берега. Люди испуганно заголосили, причем что мужчины, что женщины. Дикие тоже заревели, но с большей долей ярости, чем страха. Похоже, никто из них особо не пострадал. Потому что паника быстро улеглась. А мне нужно запомнить, что под водой деструкторы не работают, впрочем, как и огненные заклинания, а молнии теряют свою силу.

Стрелы продолжали сыпаться, но пока нас прикрывал туман, точность тальгийских стрелков была слабой. Жаль что так продолжалось недолго. Поднимавшееся над горизонтом солнце истончило туманную дымку, постепенно открывая сгрудившихся на берегу лучников.

К этому времени мы не достигли даже середины реки и находились в пределах дальнобойности тальгийских луков. Внезапно рядом что-то зашипело, и к берегу полетел огненный шар, знатно полыхнув среди вражеских стрелков. Посмотрев направо, я увидел, что лодка с магом отдалилась, и он явно выключил второй деструктор.

Урон от заклинания нашего мага был не очень большим – лучники стояли на берегу жидкой цепочкой. А вот психологический эффект оказался намного сильнее. Тальгийцы шарахнулись в стороны, а их единственный колдун явно ушел в оборону. Если судить по интервалам между заклинаниями, наш маг был куда круче соперника.

Увы, это была лишь отсрочка. Лучники быстро успокоились и, зайдя за спину своего мага, опять принялись пускать стрелы навесом. И тут непостижимым образом стрелы полетели в обратную сторону. Мало того – в направлении вражеского берега над моей головой пролетел изрядных размеров камень.

Я прикрылся щитом и тут же повернулся в сторону доракского берега. Потому что за моей спиной творилось что-то более значимое, чем магическая дуэль.

Объяснение нашлось тут же в виде речной галеры с квадратным парусом и вздымающимися как крылья двумя рядами весел. Именно с них и стреляли наши спасители. Корабельный маг тоже решил вмешаться, так что я убрал палец с активатора, чтобы не запороть его работу.

Похоже, это пресловутая речная охрана доракцев, сорвавшая недавнюю переправу тальгийцев. В этот раз враг тоже не выдержал и быстро отошел от берега, оставив нас в покое.

Я уже напрягся в ожидании сложного процесса идентификации, но все прошло быстро и без моего участия. Ларс что-то крикнул одному из речников, а мэтр Сабур обменялся парой фраз с человеком в одежде, которая чем-то напомнила мне прикид джедаев. Точнее, его укороченную версию. О том, что с нашим магом беседует его коллега, говорил и короткий жезл в его руках.

Через минуту с корабля сбросили несколько канатов, к которым мы быстро привязали все наши буксиры. Именно по этой причине моя лодка оказалась на доракском берегу в тот момент, когда все дикие уже выбрались на берег. Вид у них был жалким, хотя в таком климате воду даже ранним утром холодной не назовешь. Скорее, сработал психологический фактор. Вон все рыбаки, включая женщин и подростков, быстро пришли в себя. Даже мокрая одежда их не особо смущала.

Благодарные за спасение люди сразу бросились вытаскивать притопленые плотики с трофеями. Гном, похожий на попавшего под дождь воробья, тут же оживился и начал внимательно следить за процессом.

Капитан корабля явно заинтересовался увеличивающейся кучей железа. Он спрыгнул с носа галеры прямо в воду и быстро выбрался на берег. Корабельный маг мочить ноги не стал и наблюдал за всем с палубы.

Сначала капитан подошел к Ларсу, которого, похоже, знал, а затем после объяснений кузнеца направился ко мне.

– Я капитан речного патруля Варек Лакрун, – представился он и тут же приступил к допросу: – А кто вы и откуда взялись на реке?

– Меня зовут Илья Смирный, а это мои подчиненные.

– Вы офицер доракского войска?

– Нет.

– Тогда по какому праву занимаетесь наймом диких в нашу армию?

– Я нанял их не для доракской армии, а для себя лично.

– С какой целью? – удивился капитан.

– Чтобы воевать с тальгийцами, – как о чем-то само собой разумеющемся сказал я.

– Логично, – хмыкнул он и, нахмурившись, добавил: – Но тогда вы перепутали берег.

– Просто до меня наконец-то дошло, что воевать с армией маленьким отрядом слишком опасно. Решил предложить свои услуги вашему королевству.

– Услуги?

– Да, – кивнул я. – Разве ваш король не использует наемников?

– Обычно мы нанимаем диких напрямую, а не через посредников.

– Неужели это запрещено? – с показным опасением спросил я.

– Вроде нет, – неуверенно ответил капитан. – Но такого еще не было.

– Значит, будет, – притворно успокоившись, заявил я.

– Ну, это не мне решать, – мотнул головой капитан. – Да и не вам. Я выделю провожатого, который проводит вас к Заркалу. Пусть решение принимает тысячник.

Сбросив с себя груз ответственности, капитан повеселел. Он уже хотел уходить, но у меня возникла одна идея:

– Господин Лакрун, подождите.

– Что еще? – недовольно нахмурился капитан.

– Там, откуда я родом, принято делать хорошим людям подарки. Особенно если они спасают твою жизнь.

Я угадал правильно – недовольство тут же покинуло лицо капитана.

Что можно подарить воину? Прежде всего, оружие – тут не ошибешься. Мало ли, как он отнесется к деньгам. К тому же их у нас не так уж и много.

Сделав приглашающий жест, я указал капитану на связку вытащенных из воды мечей. Они были слишком тонкими для того, чтобы стать заменой гладиусов для диких, а вот речному офицеру явно подойдут.

– Я плохо разбираюсь в подобном оружии, поэтому выберите один по вашему вкусу.

Капитан чиниться не стал и быстро выдернул из связки меч, у которого мелкими камешками и узорами в виде золотистых ростков были украшены и рукоять и ножны.

Стоявший рядом гном недовольно заворчал. Пришлось тайком показывать ему кулак.

– Благодарю за подарок, – с улыбкой рассматривая извлеченный из ножен клинок, сказал капитан. – Дам вам небольшой совет. Сразу к барону ап Рикасу не ходите, сначала поговорите с городским сотником. Он может нанять вас от города на более выгодных условиях. Барон – тяжелый человек и имеет право в приказном порядке заставить вас передать права на диких своему офицеру.

– А разве это возможно?

– Да, насколько мне известно, клятва Небесного Орла это предусматривает.

Вот так сюрприз. Нужно досконально изучить эту клятву и записать все нюансы на бумагу.

– Благодарю за совет, – поклонился я капитану, так же как он сделал это, когда здоровался с магом.

– Ларс, – позвал капитан кузнеца. – Сможешь договориться со старостой Тростнички, чтобы нашим гостям выделили пару телег с лошадьми?

– Конечно, господин капитан, – поклонился Ларс офицеру. – Я и сам собирался это предложить.

– Вот и молодец, – улыбнулся капитан, похоже, усомнившись в искренности кузнеца.

После этого мы раскланялись, вполне довольные друг другом.

Солнце медленно заползало на небо, стремясь к зениту. У нас возникала небольшая пауза на то время, пока рыбаки-погорельцы доберутся до соседней деревни и оттуда прибудут обещанные телеги. Так что сам бог велел использовать это время с пользой.

Разведчики Куста разошлись по окрестностям, а остальные завалились спать. Маг тоже нашел себе место под кустиком на мягкой траве. Почему мэтр Сабур до сих пор никуда не свалил, было загадкой. Он мог бы отправиться с тем же кораблем речного патруля, но пока оставался с нами.

Впрочем, меня этот факт волновал мало. Главное, что мы выбрались к относительно дружественным аборигенам и есть возможность немного передохнуть.

К полудню прибыли телеги, так что пришлось будить народ. Проводник от капитана ничего не хотел слушать об отсрочке до завтрашнего утра – у него был прямой приказ доставить нас к начальству как можно быстрее. Пришедший с телегами Ларс наверняка успел трижды пожалеть, что не остался в деревне соседей, потому что мне таки удалось уговорить его съездить с нами в город. На кузнеца у меня были определенные планы.

Четыре телеги плотно загрузили трофеями и большей частью скутумов, так что измотанная манипула получила шанс передвигаться налегке. Дикие с опаской поглядывали на меня, но мне даже в голову не пришло нагружать их сейчас тренировками. А вот завтра оторвемся по полной.

Ближе к вечеру, когда впереди показался небольшой городок на берегу реки, которая впадала в Зуру, ко мне подошел Турбо.

– Илья, что будешь делать с трофеями?

– Я?

Мое искреннее удивление вызвало не менее искреннее недоумение гнома:

– А что, я?

– Да, именно вы, многоуважаемый префект, – заявил я, с ухмылкой глядя на Турбо.

– И зачем оно мне надо?

– Потому что должность префекта очень прибыльная. Давай сразу расставим все по своим местам. Не знаю, какие у тебя планы, но мне хотелось бы видеть тебя рядом с собой в качестве префекта легиона. Поэтому сначала выслушай условия, а после этого принимай решение. Готов внимать?

– Попробуй меня удивить, – проворчал гном, но явно заинтересовался.

– Во-первых, я как владелец наемной команды получаю десять процентов от всего, что мы заработаем.

– Не мало? – хмыкнул гном.

– Жадность – это недостаток, который очень часто не совместим с жизнью. Я, как и все, подвержен жадности, но при этом вполне умею себя сдерживать и тебе советую.

– Ладно, говори дальше, – потратив пару секунд, чтобы переварить мое заявление, сказал гном.

– Во-вторых, я же получаю еще десять процентов как легат этого пока еще зародыша легиона.

– Вот это уже больше похоже на правду, – криво улыбнулся Турбо. – А теперь давай перейдем к доле пертуфекта.

– Префект, – поправил я гнома, – тоже получает десять процентов.

Гном ничего не ответил, но цифра ему явно понравилась. Не дождавшись возражений, я продолжил:

– После выплаты руководству и покрытия нужд легиона остальное будет разделено между легионерами. Обычный легионер получает одну долю. Декурион – две. Центурион – три. Приор – пять. Если появятся какие-то дополнительные должности, они получат аналогичные звания в соответствии с полезностью и соответствующую долю. К примеру, магического консультанта вполне можно приравнять к центуриону. – Посмотрев на гнома, я добавил: – Надеюсь, у тебя хватит знаний, чтобы грамотно рассчитать, кому сколько причитается.

– Не смешно, – отмахнулся гном, продолжая осмысливать полученную информацию. Подумав, он посмотрел на меня. – Если позже появятся возражения, их можно будет обсудить?

– Вполне.

– Хорошо, я в деле, – серьезно заявил Турбо и тут же расплылся в ехидной улыбке. – Только клясться я не буду. У нас принято обходиться честным словом.

– Да не вопрос, обойдемся без клятв, – вернул я гному такую же улыбку. – Мне хватит слова и еще сущей мелочи – письменного договора с твоей подписью и отпечатком пальца.

Гном поскучнел, но возражать не стал.

Конечно, вот так доверять первому встречному не очень разумно, но в данный момент выбора не было. В подобных случаях есть два варианта – либо подвергнуть кандидата на важную должность тотальной проверке и контролю, в итоге получая малоинициативного служаку, либо полностью довериться. Риск есть, но в случае успеха можно получить не подчиненного, а младшего партнера, который будет печься о деле даже больше, чем ты. К тому же мои попытки влезть в финансовые дела нашего отряда могли привести к серьезным убыткам.