Колвин покачал головой. «Нет, не думаю. Возможно, она просто немного социально неопытна. Очевидно, что она воспитывалась эксцентричным дядей в этой глуши, в Монтане, и они почти нигде в других местах не бывали. Полностью домашнее обучение, и всё такое, что с этим связано. Она даже не училась в университете».

«Шутишь!», ужаснулся Уоррен.

Колвин поднял руку. «Знаю, что ты собираешься сказать».

«Да, и я все-таки это скажу. Зачем нам нанимать какое-то дитя, которое даже не закончило колледж, особенно за ту цену и на тех условиях, которые она выдвигает? Это безумие».

«Мы пытаемся нанять ее, чтобы иметь возможность использовать этот металл, который она изобрела. Ты должен увидеть эту статую, чтобы поверить в это, Пол. Это самое невероятное из того, на что я когда-либо смотрел в своей жизни».

«Почему бы в таком случае мне просто не сесть на самолет до Нью-Йорка и не взглянуть на него самому?», спросил Уоррен.

«Почему бы тебе просто не довериться мне, дружище?», сказал Колвин, обняв президента за плечи. «Я знаю, что делаю. Поверь мне, если мы сейчас не попытаемся ее себе заполучить, то это сделает кто-нибудь другой. Послушай, мы ведь собираемся ввести в договор пункт об отказе от ответственности с нашей стороны, верно? Поэтому мы оба сможем передумать, уклониться и ото всего отказаться, если у нас ничего не получится, и никто при этом не пострадает. Все верно?»

«Если она уйдет, то заберет с собой с собой этот «Умный металл», предупредил президент.

«Доверься нашим юристам, пусть напишут контракт получше, чем этот», с улыбкой сказал Колвин.

Клея была довольна. Они приняли ее без вопросов. Впервые за долгое время она почувствовала, что хорошо себя проявила. Единственным недостатком было то, что они не клюнули на ту приманку, которой она их подразнила, так, как она того ожидала. Может быть, они больше уже не участвовали в проекте «Скайнет»?

Кибердайн предоставил ей лимузин и водителя, и машина уже ждала ее снаружи, когда она выходила из здания. Она даже не обратила никакого внимания на водителя, когда он открыл ей дверцу, а просто села в нее и поудобней устроилась на время поездки обратно в гостиницу, погруженная в собственные мысли.

………………………………

Клея проснулась, лежа на диване, на твердых подушках, обтянутых сине-зеленым твидом.

Помещение, в котором она находилась, оказалось дешевым панельным конференц-залом, с необычно большим зеркалом в стене напротив дивана. «Нет. Это одностороннее ментовское зеркало. Ведомственное какое-то помещение; явно правительственное, а не корпоративное».

Она осмотрела зеркало в попытке отыскать хоть малейшие движения из возможно скрытой позади него комнаты, обострив слух и прислушавшись.

«…столько снотворного, что это свалит слона с ног! Я уж думал, что она никогда не отрубится», произнес мужской голос.

«Может быть, был какой-то дефект в подаче лекарства», ответил другой человек, «потому что она только что проснулась. Если бы она приняла такое количество лекарства, какое ты говоришь, что дал ей, она бы проспала до завтрашнего вечера».

Клея заметила какое-то движение в зеркале, будто один из говоривших чуть ближе наклонился к зеркалу, чтобы лучше ее рассмотреть.

«Ну, замечательно. Меня похитили! Возможно, один из наиболее агрессивных конкурентов Кибердайна? Или же сам Кибердайн?» Она обдумала этот вариант. Странно, если это они. Во-первых, ничто в их досье не указывало на то, что они играют в такие игры. Во-вторых, это казалось преступной тратой времени для их президента и гендиректора, уж если они с самого начала намеревались вести переговоры с применением силового давления.

«Кто же еще может быть заинтересован в моем небольшом изобретении?» И кто еще смог и стал бы применять такую экстремальную тактику, как накачка ее препаратами и похищение?

Сразу же на короткий момент ей пришла в голову организованная преступность, но она отвергла эту идею. Вряд ли они занимались исследованиями и разработками.

«Скорее всего и гораздо более вероятнее, это Трикер или кто-нибудь из его людей», подумала она. «Отлично».

Она задалась вопросом, как будет вести себя агент и на что он способен пойти. Похоже, сейчас она это узнает.

Клея села, притворяясь, что ее шатает, чего она на самом деле вовсе не чувствовала, прикоснувшись одной рукой ко лбу, будто у нее болит голова. Что и должно было быть, если бы не компьютер и не нанороботы, работавшие во всю силу, очищая ее кровь. Она заморгала и прищурилась, как будто ее беспокоил флуоресцентный свет.

«Привет, эй кто-нибудь?», спросила она неуверенным дрожащим голосом.

«Это мне, пора сделать свой ход», сказал один из них.

Она услышала, как открылась и закрылась дверь, и уловила в зеркале вспышку света.

Затем дверь в помещение, где находилась она, открылась, и она быстро встала с дивана. А затем I-950 тут же села обратно, положив голову на спинку дивана и прикрыв лоб рукой, словно у нее закружилась голова.

«Не беспокойтесь, мисс», успокаивающе сказал человек. «Вы в порядке?»

«Голова кружится», пробормотала она.

Рука ее упала вниз, будто обессиленная, и она закрыла глаза для пущего эффекта.

Но нос ее и уши сказали ей, где он находится, и даже то, что он в последний раз ел – гамбургер с каким-то острым соусом. Взгляд, брошенный ею на него лишь мельком, когда он вошел, подтвердил ее подозрения. Он работал на правительство. Его одежда и внешний вид были настолько искусной подделкой под среднего, незаметного типа, что в толпе он был бы практически невидимым. Это был не Трикер, но он с равным успехом мог быть его близким родственником.

«Это пройдет», мягко сказал он.

Она услышала, как зажурчала вода, и почувствовала прикосновение его руки. Открыв глаза, она увидела, что он протягивает ей стакан воды; когда она взяла его, он протянул ей две таблетки аспирина.

«От головной боли, я уверен, что она у вас есть», сказал он с сочувствующей улыбкой.

Клея взяла таблетки и приняла их с глотком воды, внимательно изучая его поверх края бокала. Он был высоким и стройным, с мутными карими глазами и узким лицом; его уже седеющие светлые волосы начинали редеть, и вообще во всем нем было какое-то ощущение серости. Но голос у него был приятным, равно как и его поведение, и то, и другое было призвано внушить доверие и благонадежность.

Что вообще-то было очень не похоже на Трикера, который, казалось, изо всех сил старался быть жестким и колким. И все же этот человек как никто другой напоминал ей старого заклятого врага Серены.

«Он может быть опасен, если ему это понадобится», подумала она. «Или если бы он этого захотел».

Существовало и важное сходство; как и Трикер, этот человек был профессионально безжалостен. «Не сильно отличается от меня», подумала она. «Вероятно, они работают в одном и том же ведомстве».

Клея сглотнула. «Где я?», спросила она.

Он не ответил, но сел и взглянул на нее.

«И кто вы?» Она чуть приподнялась, пока не села прямо.

«Не хотите ли спросить, почему вы здесь?», подсказал он.

«Ну, думаю, вы сами мне это скажете», угрызнулась она. «Или мы просто будем сидеть и смотреть друг на друга, пока не умрем от голода? Но должна вам сказать, уважаемый, если вам нужен выкуп, то вы схватили не ту! Мой единственный родственник уже умер, и все, что у меня есть, это несколько тысяч долларов в банке. Так в чем же дело? Что тут происходит?»

«Это не совсем так, мисс Беннет, так кажется?», спросил серенький товарищ. «У вас есть дом и земля в Монтане, не так ли?»

Глаза у I-950 непроизвольно расширились, когда в голове у нее мелькнула та пустая могила на скромном сельском кладбище. Следовало ли ей заменить Терминатора человеческим трупом? Неужели они не проверили ее прошлое настолько тщательно?

«О да», продолжал он самодовольно, «мы знаем о вас все, что нужно. Конечно, все, что относится к публично доступной информации». Он чуть строго улыбнулся ей. «И пришли к выводу, что только мы сможем предложить вам те условия, которые позволят вашей изобретательности проявить себя в полной мере».

«Да кто же вы?», почти вскрикнула она. Все время думая про себя: «Ах, значит, я все-таки была права. Это банда Трикера».

«Меня зовут Пул», ответил он.

«Вот так? Просто Пул?», саркастически спросила Клея, вспомнив, как Трикер всегда настаивал, чтобы его называли просто, и без всяких добавлений, «Трикером».

«Да», согласился он с несколько обезоруживающей улыбкой. «Просто Пул».

Клея глубоко вздохнула. «И кто же мы, Пул?»

Он улыбнулся еще шире. «Мы – те, на кого уходят ваши налоги, мисс Беннет».

Стиснув зубы, Клея вздернула подбородок, почти дерзко и вызывающе. На самом деле она была в восторге; так и должно было случиться: правительство взяло на себя проект «Скайнет», когда был разрушен второй объект Кибердайна… и опять Коннорами. Но любому человеку не понравилось бы такого рода обращение с ним…

«А если я не захочу работать на правительство?», спросила она.

Пул пожал плечами. «Тогда мы будем вынуждены сказать Владимиру Хиллу, что тот замечательный новый материал, который вы дали ему возможность помять руками, словно это какая-то глина, является одним из самых канцерогенных материалов, когда-либо изобретенных». Он сделал паузу, как бы оценивая ее реакцию.

Клея ее ему продемонстрировала. «Чепуха!», огрызнулась она, выпрямившись. Затем она сделала вид, будто ее тошнит, и откинулась назад. «О чем это вы говорите?»

«Вероятно, он умрет уже в следующем году», сказал Пул. «Однако у него хватит этого времени, чтобы вас засудить. И, конечно, вероятно, будут выдвинуты обвинения в преступной халатности. И вы, вероятно, получите реальный срок». Его глаза стали холодными. «Более того, вы можете практически на 100 % на это рассчитывать. И потом, понимаете, Кибердайн после этого и на пушечный выстрел к вам и к вашему «умному металлу» не приблизится, равно как и все остальные». Он развел руками. «И поэтому вы останетесь наедине с одними нами. Но не раньше, чем мы все потеряем из-за этого кучу времени, сил и денег. Так почему бы вам просто не начать с нами сотрудничать, и тогда все будут счастливы?»

Клея позволила себе выглядеть потрясенно; ее компьютер чуть снизил циркуляцию крови, чтобы ее лицо побледнело.

«У Владимира… рак?» Ее глаза расширились. «А у меня?», спросила она дрожащим голосом.

«Вообще-то пока еще неизвестно, ваши анализы еще не получены. Но шансы хорошие. Что касается Хилла, то по совести, мы, конечно, не имеем права оставлять его в опасности. Мы его в ближайшее время предупредим, и если его диагностируют достаточно рано, всегда есть шанс, что он выживет. Вы тоже, конечно. Но мы думаем, что для вас было бы лучше, если бы вы вдруг стали недоступны для контактов. Не так ли? »

Она кивнула, и было видно, что она этим потрясена, или, по крайней мере, так сказало ей зеркало.

Он улыбнулся, такой отеческой, покровительственной улыбкой на сей раз; у Пула, похоже, репертуар был богатым.

«Очень мудрое решение», пробормотал он. «Вы не пожалеете, я уверен. Наши условия будут не такими щедрыми, как у Кибердайна, однако наши условия и возможности самые лучшие, а бюджет наших исследований практически безграничен». Он встал, улыбаясь и смотря на нее сверху вниз. «Почему бы вам не прилечь и не отдохнуть», посоветовал он. «Этот препарат довольно сильно бьет в голову. А позже за вами придут и отведут вас в вашу комнату, где вы сможете поесть и отдохнуть. После чего завтра мы экипируем вас всем необходимым снаряжением для вашей новой работы, и к вечеру вы уже будете в пути».

«В пути, куда?», спросила она, стараясь казаться пораженной и раздавленной. Вместо этого ее компьютерный компонент подавлял ликование; все складывалось в точности так, как и планировалось. «И если не понадобится 67-процентная вероятность уничтожения здесь всех постов и ухода после этого отсюда, не получив непоправимых повреждений», автоматически подсчитала она.

Губы у него дернулись в невеселой улыбке, и он повернулся к двери. «Мне бы не хотелось этого говорить», сказал он ей. Затем он вышел из комнаты.

Она услышала щелчок замка и его удаляющиеся шаги. Клея прикрыла рот рукой, как будто почувствовав тошноту, и наклонилась, опустив голову. Затем она легла и, повернувшись спиной к зеркалу, стала тихонько рыдать, для вида, для того, кто все еще прятался в комнате за зеркалом.

Теперь уже поздно было что-то делать с ее пропавшим «дядей», решила она.

Вокруг все еще могли рыскать агенты, задавая вопросы и всё вынюхивая, что делало очень рискованным попытки заполнить пустую дыру.

«Мне все-таки придется рискнуть», подумала она. Но даже если они и вскроют могилу и найдут ее пустой, это еще ничего не доказывает». По крайней мере, ничего против нее нет. Несмотря на это, это ее беспокоило.

Бывает очень тяжело понять, задумалась она, когда следует остановиться и перестать вносить изменения в планы. «Нужно сообщить Алиссе о последних событиях…»

ОФИС КРЕЙГА КИПФЕРА,

ЮЖНАЯ КАЛИФОРНИЯ

ВАРИАНТЫ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ УМНОГО МЕТАЛЛА

• Пули: Умный металл, сразу же после выстрела, расширяется от нагрева взрывом и разрастается в наиболее действенную и пригодную из возможных форм. При попадании в цель он распадается на более мелкие части, каждый из которых будет стремиться отыскать исходный электрический импульс в теле: мозг. Оказавшись там, каждый отдельный фрагмент Умного металла будет реагировать на электрические структуры поведения мозга, метаясь там с очень высокой скоростью, поскольку он будет стремиться воссоединиться с другими фрагментами Умного металла. Это позволит эффективно расплавить мозг.

• Мины-черви: эти противопехотные устройства высаживаюся, как семена, рядами, в то время как «фермер» будет защищен специальными перчатками и ботинками, возможно, также специальными комбинезонами. Когда на них кто-нибудь наступит, палочки Умного металла активируются и прорвутся вверх сквозь ботинки, кожу, плоть и кости, опять же в поисках исходного электрического источника тела. Дополнительный эффект этого в том, что когда кто-нибудь впоследствии коснется этого тела, активированные мины-личинки будут пытаться вгрызться и в него тоже.