«О боже», подумала она, «я начинаю думать теми же самыми благостными фразами, как и персонал». Если бы она чувствовала себя физически чуть способней… одно только это побудило бы ее бежать и скрыться.

Но сейчас здесь речь шла о ее темпах и скоростях. Она имела возможность читать – развлекательную и познавательную литературу – или смотреть телевизор. Она никогда в жизни не смотрела столько диснеевских мультиков. В реабилитационном центре целые стеллажи были уставлены их видеокассетами, и, казалось, кто-то уже просмотрел каждую из них хотя бы наполовину. Все жестокое, раздражающее или вызывающее неприятие и отторжение здесь воспрещалось. И до тех пор, пока она не вспоминала о существовании жизни за пределами реабилитационного центра, она чувствовала себя довольной, на данный момент.

В тот момент, когда она выходила из кухни, у нее в голове крутились неопределенные мысли относительно своих волос. Они уже значительно отросли, и светлые волосы над темными выглядели не очень-то. Светлая их часть стала длинной, поэтому неплохо было бы их чуть обрезать, думала она.

Сара чуть не налетела на него, когда он появился из-за угла. Он полностью закрыл своим телом проход через дверь, таким он был широким; на мгновение она почувствовала себя пойманной. По виду это был определенно уборщик; на нем была серая одежда, ведро и швабра, все обычные атрибуты. Однако он им не был. А вот тот неплохой чувак, который работал тут раньше, по имени Ральф, был.

Некоторое время они стояли и смотрели друг на друга.

«Вы кто?», спросила Сара, стараясь, чтобы этот вопрос прозвучал как можно приятнее.

Лицо его было ей незнакомым, хотя формы его показались ей чем-то отдаленно знакомыми. Тело у него казалось неправильно сложенным, с очень короткими руками и ногами для довольно длинного торса. Он, конечно, был слишком мал ростом, чтобы быть агентом. Но для уборщиков, с двумя-тремя из которых она была знакома в своей жизни, он имел слишком свирепый и жестокий вид.

Появление нового и такого странного лица – а он действительно был странным – тут же вывело ее из состояния скуки, подобно вою сирены воздушной тревоги. Но именно оттого, каким образом он посмотрел на нее, его неподвижность и холодность, в тот момент, когда он преградил ей путь, по спине у нее пробежал холодок, а на голове волосы встали дыбом.

*Объект Сара Коннор обнаружен*, отправил сообщение Терминатор на новую базу в Юте. Уничтожить?

Никак нет. Приказ продолжать наблюдение за объектом остается в силе, получил он ответ.

Терминатор отступил назад, глазами по-прежнему пожирая Сару.

Она взглянула на узкое пространство, которое давало ей возможность пройти, а затем вновь на этого странного человека. «Как вы сказали, кто вы?», спросила она, ужесточив голос.

«Уборщик», ответил он. Затем он повернулся и пошел обратно по коридору.

Она осталась стоять на месте, когда он отошел, чуть тяжело дыша, как человек, столкнувшийся с опасным животным, которое по каким-то необъяснимым причинам решило не нападать. Она глубоко вздохнула, а затем медленно выдохнула.

«Окееей», пробормотала она сквозь зубы. «Очччень интересно».

Может быть, он был пациентом. Или, может, просто каким-то очень странным чуваком невысокого роста. И все же… в нем что-то было. Ее первым впечатлением было то, что лицо его было ей незнакомым; и в самом деле, она точно могла сказать, что никогда его не видела. Но было нечто такое особенное в том, как он двигался, или, точнее, в том, как он не двигался.

Его глаза, поняла она. Она уже видела такие глаза раньше. Его глаза были мертвыми, лишенными эмоций. Такие люди вообще бывают; видит бог, она встречала очень много таких в своих странствиях. Но глаза этого человека были особенно холодными.

Сначала она сопротивлялась этой мысли, задавшись вопросом, не подняло ли голову прежнее ее безумие – а она ?? теперь была уже настолько далека от него, что могла признаться в том, что когда-то все-таки была сумасшедшей, – из-за присутствия Зильбермана. Но на протяжении многих лет она научила себя быть честной, смотреть реальности в лицо, даже когда это было крайне болезненно, даже когда это казалось невозможным.

Его глаза были глазами Терминатора. Как и его неподвижность, его молчание, и что-то особенное в его голосе.

Сердцебиение у нее усилилось, во рту пересохло, а ладони стали влажными; это был тот старый страх, кошмар, который стал возвращаться. Сара почувствовала, что остатки отрицания ею этого факта рушатся под внезапным, уверенным осознанием: та женщина-Терминатор оставила после себя пособника, и вот он ее нашел. Так же, как они всегда ее находили.

Он не напал на нее на видном месте, и это вселило в нее кое-какую надежду. Он находился на расстоянии менее фута от нее, он мог разорвать ее пополам, но этого не произошло.

«Он отступил и ушел». Что это могло означать? «Он надеется полностью избавиться от нас всех», подумала она. «Он надеется, что сюда приедет Джон, чтобы вытащить меня отсюда».

Сара прикусила губу. Ей нужно связаться с Джорданом; тот свяжется с Джоном и Дитером, предупредит их, что она находится под гораздо более смертельно опасным наблюдением, чем то, которое хотелось бы установить над ними любому правительству.

А затем, если это будет возможно, пора было ей выбираться отсюда, пока Терминатор не окопался тут совсем уж основательно.

«Ладно, Зильберман мне сказал, что верит мне, что хочет мне помочь. И сейчас как раз самое время поймать его на слове». Но осторожно. Его столь внезапное желание помочь легко могло стать ловушкой. От этого «хорошего врача» вполне можно было ожидать попыток получить доказательства того, что ее навязчивая идея все еще не угасла.

«Если б он только знал, с какой радостью я бы ей поддалась».

Сара направилась к его кабинету. Промедление не упростит ситуацию.

Она постучалась в дверь и вошла, когда он откликнулся, разрешив.

Зильберман поднял голову и вздрогнул, как он всегда так делал, когда оказывался с ней наедине. То, что она все еще пугала его, ей даже немного нравилось. Она понимала, что этого не должно быть, но это все же происходило. В конце концов, он с ней очень плохо в свое время обращался.

«О, здравствуйте, Сара», сказал он, приятно улыбаясь.

Длительный опыт помог ему быстро прийти в себя, но он знал, что она заметила его испуг. Ему было досадно, что она оказывала на него такое воздействие, но она причинила ему так много боли. Она сломала ему руку, вонзила в колено ручку и угрожала убить его самым ужаснейшим способом. Трудно было забыть такие вещи, каким бы профессионалом ты ни был.

Сара вошла, закрыв за собой дверь, а затем подошла и остановилась перед его столом, робкая с виду. «Я тут подумала, могу я попросить вас об одном одолжении?»

Зильберман выпрямился в кресле. «Конечно, Сара. Что вы хотели у меня попросить? »

Внутри же от тревоги ему даже скрутило желудок. Возможно, вот оно и наступило, то, чего он боялся.

«Я сильно нервничаю сегодня», сказала она, глядя вниз, на его стол. «Словно стены на меня давят». Она внезапно подняла голову. «И я тут подумала, может, можно мне будет это устроить, может, мне будет лучше, если я куда-нибудь схожу пообедать с Джорданом Дайсоном».

Доктор поморщился: «Вы же знаете наши правила, Сара», сказал он. «О любых посещениях, прогулках или выездах отсюда нужно объявлять заранее, по крайней мере за день до их проведения. Вы же знаете, я не могу просто так вот делать исключения».

«Вот тебе и щедрое предложение помощи, всё, пиздец», подумала она. «Вы могли бы поехать с нами», предложила она. «Думаю, Джордан покажется вам очень интересным человеком. Он бывший агент ФБР и младший брат Майлза Дайсона. А Майлз Дайсон был менеджером проекта, убитым в… Кибердайне».

«О, да что вы говорите?», сказал Зильберман, изумленно подняв брови. Он читал о том, что Сара Коннор очень интересовала Дайсона, но почему, он не понимал. Это станет прекрасной возможностью узнать, почему он так помогал женщине, которая убила его брата.

«Доктор Рэй провел с ним несколько бесед», сказала Сара.

Услышав это, Зильберман моргнул. Он вынужден был признать, что испытывал определенную профессиональную ревность к этому врачу, который был его младше. Если Рэй считал нужным поговорить с этим Джорданом Дайсоном, возможно, ему нужно было понять, почему. «Ну что ж», подумав, сказал он, «возможно, мы смогли бы считать это своеобразным неформальным сеансом психотерапии».

Сара улыбнулась. «Спасибо, Доктор. Пойду ему позвоню, договорюсь о встрече». Подойдя к двери, Сара повернулась и посмотрела на него. «Спасибо вам за это», сказала она.

ОФИСЫ IBC

«Эй, Пол», сказал Консильи, шумно ввалившись в анонимно арендованный офис, возбужденный, как на картинке «после» из рекламы против кокаина. «Похоже, придется нам приступать к делу!»

Дельфино оторвал взгляд от пасьянса, который он раскладывал, благодарный за возможность прекратить упорную борьбу за счастливые номера автобусных билетов, одолевшую его.

«Коннор только что спросила у доктора разрешения отправиться отобедать с Дайсоном».

«Зззззамечательно!», сказал Пол Дельфино. «Я смогу, наконец, сменить обстановку. Пойду за фургоном».

КАФЕ «ВЕРИЧЕ», ЛОС-АНДЖЕЛЕС

Джордан увидел, как они прошли через бар, и пошел им навстречу. Сара протянула ему руку, улыбаясь. Он взял ее и прижал ее к себе, обняв ее одной рукой. Затем он повернулся к доктору, обняв Сару за плечи.

«Это доктор Зильберман», сказала Сара.

Джордан протянул левую руку, и доктор неуклюже ее пожал. Прежде чем они успели заговорить, к ним подошел старший официант с меню в руках и указал им на главный зал.

«Упс», Джордан положил ладонь себе на пояс. «Это мой пейджер. Вы извините меня на минутку?», спросил он.

В коридоре у туалетов был таксофон. Направившись к нему, Джордан развернул записку, которую незаметно сунула ему Сара.

«Возможно, за мной следит Терминатор», написала она. «Предупреди Джона и Дитера, чтобы они держались подальше».

Джордан выдавил из себя тихое восклицание «что?», аж выдохнув от неожиданности, будто кто-то ткнул его в живот. В уме у него тут же возникла куча вопросов.

Возможно? Что это значит? Он их видел, и, по его мнению, невозможно было ошибиться, что это один из них. И Сара была самым опытным и больше всего видевшим их специалистом в этом деле, так что, если даже она не была в этом уверена, тогда что это вообще означает? «Возможно»? Он покачал головой. «Ну ладно», подумал он.

Порывшись в кармане, он вытащил какую-то мелочь и бросил монеты в телефон. Он набрал номер Консуэлы, студентки колледжа, которую он знал и которая с радостью передаст любые его загадочные шифрованные сообщения за пятьдесят с чем-то денег, которые он ей подкидывал.

«Привет!» По звуку было похоже, что учеба Консуэлы сегодня вечером происходила под фоновый аккомпанемент Дженнифер Лопес.

«Приветик», сказал Джордан. «Это я. У меня для тебя сообщение. На этот раз мне нужно, чтобы ты кое-кому позвонила».

«Конечно», сказала она. «Валяй».

Сначала он одним духом отбарабанил номер. «Спроси Дитера или Джона. Если ни одного из них там не окажется, все равно нужно будет, чтобы ты оставила им сообщение, но ты должна будешь подчеркнуть, что это очень и очень важно, и что им нужно будет передать это сообщение как можно скорее, хорошо?»

«Окей. Конечно», сказала она, и можно было почти услышать в ее голосе, как она пожала плечами. «За пятьдесят баксов я заставлю их подумать, что это единственный способ спасти весь мир».

«Довольно близко к этому», подумал он. «Хорошо, отлично», сказал он вслух. «Вот это сообщение: «Жизненно важно – во что бы то ни стало избегайте полумер*. Пусть посылка дойдет до вас».

Она повторила это ему. «Похоже на печенье с сюрпризом**», - сказала она.

- - - - - - - - - - -

* Здесь непереводимая игра слов: «halfway measures» – полумеры, и «halfway house» – реабилитационный центр, дословно: «дом на полпути». – Прим. переводчика.

** Или печеньки со счастьем (не госдеповские), состоят из двух половинок, внутри спрятана полоска бумаги с предсказанием судьбы.

- - - - - - - - - - -

«Каждый мнит себя великим критиком. Как твой испанский?», спросил он.

«Уж лучше, чем твой, парниша».

«Хорошо», сказал он, улыбаясь. «Потому что тебе, вероятно, придется разговаривать с людьми, не знающими ни слова по-английски».

«Ноу проблем. Это всё?»

«Ну да. Я суну деньги тебе в почтовый ящик», сказал он. «Спокойной ночи».

«Пока».

Джордан подошел к их столику и сел с улыбкой. «Ну вот, теперь все уладил, всё в порядке, больше нас, кажется, никто не прервет», сказал он.

С сияющей улыбкой Сара сказала: «Фирменные блюда здесь – телятина пикката и фетучини примавера».

«Звучит неплохо», сказал Джордан. Он улыбнулся Зильберману. «А вы что будете, доктор?»

РЕАБИЛИТАЦИОННЫЙ ЦЕНТР «ЭНСИНАС»

Терминатор-Наблюдатель обыскал весь центр и не обнаружил объект Сару Коннор. Он даже спросил у одного из мужчин там, не видел ли он ее. Тот ответил описанием сексуальной фантазии, которую даже Терминатор счел абсолютно нездоровой.

Он еще не ходил в кабинет доктора Зильбермана. Расчеты показывали, что ему лучше избегать врача, так как оценка Терминатором-Наблюдателем реакции Зильбермана на их первую встречу составляла 48-процентную вероятность (плюс-минус 5%) того, что доктор счел его подозрительным. Но теперь лучше всего было отменить это решение; обстоятельства быстро принимали характер чрезвычайной ситуации.

За стеклянной панелью в дверях доктора было темно, что указывало на то, что его там не было. Терминатор попытался открыть дверь и обнаружил, что она заперта.

«Он ушел», сказала ему какая-то молодая женщина.

Терминатор установил ее личность – это была одна из врачих-психологов, которые здесь работали. «Я хотел прибраться в его кабинете», сказал он.