Или же, в альтернативном варианте, ее сын весьма вероятно попытается ее вытащить. Опять же, как мы надеемся, с помощью этого же человека».

Кипфер, казалось, задумался. «План силен своей простотой», сказал он. «Как вы планируете ее отслеживать, если она убежит?»

«Реабилитационный центр находится под постоянным наблюдением».

Кипфер склонился вперед, придвинув свое кресло вновь ближе к столу. Он сложил руки перед собой. «Опишите, что это за ‘наблюдение’».

«По всему центру и на каждой двери установлены камеры, ну и микрофоны, конечно», сказал Пул. «Они отслеживаются агентами, находящимися неподалеку, двадцать четыре часа семь дней в неделю».

Кипфер покачал головой и развел руками. «Вы не внедрили ее имплантат?», спросил он. «Не похоже, чтобы у вас не было возможности это сделать, помилуй Бог, ведь она была в хирургии раз двенадцать».

Пул занервничал. «Вообще-то, сэр, мы действительно внедрили ей имплантат. Но после ее перевода мы потеряли сигнал».

Его босс с отвращением посмотрел на него. Пул выпрямился, плохой знак, когда Кипфер давал вам понять то, о чем думал.

«Ну, ничего уже не поделаешь», сказал Кипфер. «Но этим агентам, которые там у вас за ней наблюдают, лучше бы быть хорошими агентами», предупредил он.

«Они отличные, сэр. Лучшие».

«У меня есть еще одна небольшая проблема, на которую я хотел бы обратить ваше внимание». Кипфер протянул ему листок бумаги. «Вот эта студентка Массачуссетского технологического института полагает, что читать мою электронную почту – это очень увлекательно. Разберитесь с этим».

Пул взял листок бумаги. Венди Дорсет… «Я займусь этим немедленно, сэр».

Кипфер щелкнул пальцами, дав знак, что отпускает его, и повернулся к своему компьютеру.

Пул поднялся и тихо вышел. Прежде всего его беспокоила тревожная мысль, что его агенты действительно могут дать Коннор возможность ускользнуть. На втором же плане крутилось обидное раздражение, что на него еще взвалили такую маловажную и неприятную работу, как отпугивание какой-то слишком любопытной студентки. Агенту такого уровня, как он, это было просто унизительно; разумеется, так и было специально Кипфером задумано.

Тем не менее, он позаботится об этом и примет все меры к тому, чтобы эта молоденькая мисс Дорсет потеряла всякий интерес к частным делам других людей.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

МОНТАНА

Клея через три часа уже выезжала в аэропорт, и она нервничала.

Она расхаживала по тщательно замаскированной наземной части большого бревенчатого домика, мимо журналов, которые ни разу не читались, но все же имели реалистично потрепанный вид, так как их перебирали через определенные промежутки времени, и мимо мебели, которой тщательно придавался изношенный вид, и которую иногда заменяли.

Первый раз в своей жизни она куда-то полетит, впервые покинет штат, где родилась, и впервые останется абсолютно одной в окружении миллионов людей. Она решила, что она не нервничает. Она была просто в ужасе, в том абстрактно интеллектуальном смысле, с которым управление гормонами компьютерной части ее личности ничего не могло поделать.

Клея попыталась скрыть это от своей младшей сестры, следуя за ней по коридору в лабораторию сестры. Конечно, эти усилия были тщетны. Даже если ей и удалось обмануть Алиссу, а, вероятно, так и было, компьютерная ее часть зафиксирует признаки волнения и передаст эту информацию своей телесно-биологической части. Тем не менее, человек был бы этим обманут, что делало такую практику целесообразной и стоящей.

С этого момента остальной частью переезда будут заниматься Алисса и Терминаторы.

Самое сложное было уже сделано; оставались только технические детали. Похороны уже были проведены. К ее крайнему удивлению, «дядя» получил ряд цветочных композиций от компаний, где он работал. Она получила даже корзину с фруктами от одной из них.

Люди в похоронном бюро были очень, даже приторно сочувственными. Равно как и доктор, объявивший Т-101 мертвым.

Когда она стала настаивать на том, чтобы вскрытие не производилось, манерно указав на то, что это ожидаемо вызовет у нее сильные эмоции, врач успокоил ее, что по финансово-экономическим соображениям вскрытие в обязательном порядке уже больше не производится.

Ей показалось просто чудесным то, что правительственное учреждение действительно делает хоть что-то удобное людям.

Но прежде чем она улетит в Нью-Йорк, Алисса, однако, настояла, чтобы она осмотрела Наблюдателя, которого она сконструировала для слежки за Сарой Коннор. По младшей сестре было видно, что та была очень довольна результатами своей работы.

Клея не смогла сдержать улыбки, увидев, что он покрыт простыней, словно статуя, ожидающая открытия. Где, спрашивала себя она, ее сестра набралась такого тщеславия?

Алисса взглянула на нее, затем сдернула простынь и продемонстрировала свой шедевр.

Клея была искренне и приятно удивлена.

«Ты создала просто чудо, сестренка», выдохнула она. Она взглянула на сияющее лицо крошечной I-950 и была одновременно и довольна, и опечалена. Алиссе она заменяла Скайнет, объявляя ей похвалы и поощрения. Но для себя у нее не будет ни того, ни другого.

Усилием мысли она вырвалась из привычного замкнутого круга огорчений и разочарований и внимательно осмотрела новую машину.

С необходимой помощью Терминатора Алисса спилила образцы рук и ног обычного полноразмерного Терминатора. Она добавила в кожу побольше меланина [темный пигмент] и значительно добавила количество волос на теле, кроме верхней части головы. В результате появилось существо, похожее на низкорослого турецкого борца. Хотя, возможно, он и проигрывал в скорости из-за коротких ног, очевидно было, что все остальное не было принесено в жертву. Он не был похож на стандартного Т-101, но тем не менее обладал всей его смертоносной силой и мощью.

«Восхитительно», выдохнула Клио. «Как только он будет правильно запрограммирован, отправляй его. Оставляю всю миссию тебе, в твои надежные гениальные руки, сестренка».

КАЛИФОРНИЙСКИЙ ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ,

ШТАТ КАЛИФОРНИЯ

Дитер появился в кампусе во время утреннего столпотворения и спешки, влившись в гигантскую реку молодежи, которая текла между зданиями от парковки к аудиториям и состояла из трех категорий современных поколений. Сегодня, как обычно, он вошел через другие ворота. И так же, как и всегда, на нем была другая, новая кепка, а сегодня еще и фальшивые очки. Он внес в свою внешность несколько небольших изменений, ни одно из которых не прошло бы тщательного контроля; один только рост его затруднял маскировку, и все же их могло оказаться достаточно, чтобы дать ему критическое и столь необходимое преимущество.

Пока он шел в противоположном направлении от того места, куда ему нужно было попасть, он незаметно осмотрелся вокруг. Как и много раз в прошлом, автоматически укоренившаяся осмотрительность принесла свои плоды.

Краем глаза он заметил какую-то фигуру на крыше здания. Он отделился от общего потока вместе с какой-то группой студентов и вошел в ближайший подъезд. Дитер вышел на лестничную площадку и направился по лестнице к крыше, надеясь, что у этого здания такая ??же высота, или даже выше, чем у того, где он засек эту еле заметную двигавшуюся человеческую фигуру, сверкнувшую в блике солнечного света на металле и стекле. Поднявшись на вершину лестницы, он на мгновение остановился и задумался об ориентации двери по отношению к тому зданию.

Хреново; если это здание ниже того, он сразу же окажется на виду. Разумеется, он мог заметить просто какого-нибудь техника или ремонтника, занимавшегося своей работой. В этом случае эта попытка подтвердить свои подозрения станет лишь потраченным впустую временем.

«Но почему-то мне так не кажется. Ладно, примем как факт». Двадцать лет оперативной работы научили его доверять своим предчувствиям.

Он приоткрыл осторожно дверь и выглянул наружу. Оттуда, где он стоял, он никого не увидел. Здание, в котором он находился, действительно было немного ниже того, где он увидел это движение. Но выбора не было; ему нужно было проверить. После минутного колебания он осторожно открыл дверь и одним плавным движением выскользнул из нее. Он почувствовал мягкий удар по металлической двери, и, когда он посмотрел вниз, он увидел оперенный конец разбившегося дротика транквилизатора.

«Кому-то уж слишком не терпится», подумал фон Россбах. Это мог быть какой-нибудь агент низкой квалификации или отбившийся от группы студент. Плохо обученный, или, возможно, просто стажер какой-нибудь. Но теперь он, по крайней мере, знал, что его не намеревались убивать. Не сразу, по крайней мере. Его хотели схватить и отвезти в местное отделение «Сектора» для допроса. Итак, предупрежден – значит вооружен.

К несчастью, то же самое было справедливо и в отношении человека с винтовкой для дротиков.

Ему нужно было уходить с этой крыши. Тем более что этот человек, там наверху, вероятно, вызвал подмогу. А как же ты думал? Тут ты оказался в ловушке, как какой-нибудь салага.

Возможно, в глубине души ему хотелось проверить их намерения, понаблюдав за тем, насколько далеко они были готовы пойти, вплоть до убийства? Но это было бы глупо.

Он оглядел крышу и не увидел путей возможного бегства. Тем более находясь под прицелом. Дитер пробрался с другой стороны будки на крыше и сымитировал попытку подобраться к двери, вызвав на себя огонь стрелка.

«Да», подумал он. «Он все еще следит за мной». Негромкий звук «пфут» и дротик, задрожавший в кровельном толе, подтвердили эту догадку.

Итак, внимание стрелка было сосредоточено именно на нем. Что он воспринял как должное, но в этом все же было какое-то утешение, так как он понял, что это не был какой-нибудь слетевший с катушек студент. Те обычно используют боевые патроны. Они также обычно стараются привлечь внимание официальных ответственных лиц и побольше внимания СМИ, в чем у него не было никакого желания участвовать.

Размышляя об этом, он ударился головой о стену этой будки на крыше. Оказалось, что это всего лишь тонкий узкий лист гофрированной стали, предназначавшийся лишь для того, чтобы дождь не попадал на лестничную клетку. Наверняка очень просто было его отогнуть и незаметно проскользнуть на лестницу.

Он вытащил из кармана мультиинструмент и принялся за работу. Приложив немалые усилия, он сумел избавиться от одного из болтов, которыми лист крепился к раме; затем, подсунув пальцы под край листа, он потянул. С проклятием он выпустил его из рук и с досадой посмотрел на порезы на пальцах. Чертова штука была приварена, помимо болтов.

«Мне следовало этого ожидать», горько подумал он, пососав кровоточащий палец. «Эти штуки ведь должны быть непробиваемыми для студентов».

Однако теперь он получил также и возможность уйти. Дитер ринулся вокруг двери и бросился в проем. Он почувствовал, как что-то ударило ему в подошву как раз перед тем, как он свернулся, чтобы защититься от ударов при падении по ступенькам, покатился вниз и вскочил на ноги, оказавшись на площадке. Глянув вниз, он обнаружил, что из подошвы его кроссовки торчат перья. Он также почувствовал начало появления чудной россыпи синяков, там, где спиной он шмякнулся о ступени лестницы. Но это было терпимо, и толстые мощные мускулы защитили ему спину.

Он с проклятием выдернул дротик и отшвырнул его подальше, затем расправил свои ноющие плечи и побежал вниз по лестнице.

«Старею я уже для таких трюков», проворчал он мысленно.

Он врезался в дверь лестничной клетки на первом этаже и затем быстро направился к служебным дверям, постоянно глядя по сторонам. Он не увидел никаких признаков того, что здание было окружено агентами. А увидел он лишь здорового рыжеволосого качка.

«Слушай!», сказал он.

Парень оторвался от книги, приоткрыв рот.

«Как ты смотришь на то, чтобы заработать немного баксов?», спросил его Дитер.

Подросток посмотрел на него. «А сколько баксов, и что я должен сделать, чтобы их заработать?»

«Нужно, чтобы ты надел эту куртку и эти очки», сказал фон Россбах, снимая их. «А потом нужно, чтобы ты вышел на парковку и вернулся обратно».

«Да?», сказал подросток. «А чё так? И вы забыли сказать сколько».

«Пятьдесят баксов». Фон Россбах кинул куртку себе на руку и вытащил из заднего кармана бумажник.

Подросток посмотрел на него исподлобья. «А зачем?»

«Мне кажется, один парень, которому я должен кое-какие деньги, за мной следит. Я просто хочу это проверить».

«Слушай» — парень поднял руки — «мне не нужны никакие неприятности. Неееет, нет, нет, нет».

«Да ну, брось. Не будет никаких неприятностей. Он поймет, что ты – это не я уже за пару минут. Поэтому нужно, чтобы ты выбежал. А обратно можешь дойти спокойным шагом».

Дитер достал две двадцатки и десятку. Парень все еще качал головой, поэтому Дитер добавил еще пару двадцаток. Тот посмотрел на него искоса и сделал жест рукой, мол, так держать. Дитер вытащил еще одну пару двадцаток.

«Я ведь говорил, что задолжал деньги тому парню?», спросил он.

Парень усмехнулся, схватил деньги и куртку. «Эй, чувак, я вообще-то с тобой продешевил», сказал он, нацепив очки Дитера.

Фон Россбах взял у парня солнечные очки и вынул из заднего кармана синюю бандану.

«Эй!», сказал парень. «Верни мои очки».

«Это Рэй-Бен», сказал Дитер, указывая на те очки, которые надел парень.

Парень посмотрел на него на мгновение, а затем опустил очки. «Клёво», сказал он. Затем он поднял свой рюкзак.

«Я присмотрю за ним», поспешно сказал Дитер.

Пожав плечами и слегка сжав губы, парень неохотно согласился. «Окей», буркнул он. «Я скоро вернусь».

«Только ты беги», сказал Дитер. «Не смотри вокруг; просто беги со всех ног и всё, ладно?»

Парень покачал головой. «Конечно, как скажешь».

Пока фон Россбах смотрел ему вслед, он завязал бандану себе на голове, надел модные броские солнечные очки парня и взял в руки его рюкзак. Он стал следить за тем, как парень распахнул дверь и бегом спустился по лестнице. Он решил срезать путь через газон, но в этот момент он упал, рухнув почти к корням олеандра. Дитер не стал больше ждать; он повернулся и бегом направился к другой двери здания и спокойно прошел к зданию, где засел стрелок. Оказавшись внутри, он бросил рюкзак и помчался вверх по лестнице на крышу. У него оставалось всего несколько минут, чтобы оказаться позади своей жертвы.