— Привет.

— Не вовремя?

— Нет, конечно, нет. Как прошел твой день?

— Утомительно. А твой?

— Тоже.

— Может, способны помочь некоторые позы йоги.

— Какую позу ты можешь порекомендовать?

Да, черт возьми, я изучил асаны йоги, когда узнал, что она ею занимается.

— Одну или две.

— Например?

— Ох... поза коровы, саранчи или кузнечика, возможно, скручивания полулежа или полусидя..., — я усмехаюсь при мысли, как она будет смотреть в позе кузнечика. Психическое подчинение во всей красе.

— Ммм. Всем этим йоговским позам придется подождать, пока я не уйду с работы, — ее голос звучит высоко, поддразнивая.

— Просто помни, что я говорил тебе о контроле твоего внутреннего света, — предупреждаю я.

— Намасте.

Мне хочется разговаривать с ней часами, но я знаю, что она в офисе. Мы и так сделали огромные шаги вперед. Разница во времени для меня почти так же невыносима, как и то, что я нахожусь от нее вдали. Следующий вечер пятницы наступит не так уж быстро.

— Мне следует отпустить тебя, чтобы ты могла вернуться к своей работе. Можешь мне звонить или писать в любое время, как только возникнет потребность.

— Хорошо.

Мы прощаемся, и я кладу свой телефон назад в портфель. Потом одумываюсь и достаю его, положив на тумбочку у кровати. Я не хочу шарить и искать, когда она напишет или позвонит.

Я ложусь на кровать и прокручиваю наш разговор в голове. Моя рука сама собой скользит вниз по брюкам, я кладу ладонь на основание члена, пальцами лаская яйца. Я хочу кончить, но не без нее.

В этом мой самоконтроль — кремень. Просто потому, что ей приходится ждать вечера пятницы, чтобы получить освобождение, не значит, что я должен делать тоже самое. Но я делаю. Даже если я позволю себе кончить, знаю, в моем сердце это будет не более чем версией… не изменяющего сознания освобождения, которое я могу получить только, когда нахожусь с Элли.

Я поражен осознанием, что Элли, как мне показалось ранее, нравится играть в ролевые игры. Я перестаю ласкать свои яйца и начинаю думать. Хватаю свой телефон, быстро набирая сообщение.

Би Джей: Хорошего дня. Не забудь, что ты должна вовремя составить список и не забудь про свое яблоко. (вагина, влагалище – прим.пер.)

Я испытываю желание сейчас же отправить текст, пока она не спит, но мне хочется кое-что выведать у нее в ближайшие дни, поэтому я заношу сообщение в список и ставлю время, примерно то, когда она просыпается на работу. Удобно, если это так сработает, моя смс-ка придет к ней именно тогда, когда у меня будет завтра перерыв на ланч.

Я не настолько глуп, чтобы писать смс-ки на встречах, но я использую каждую мало-мальскую возможность, которая у меня появится.

Я сижу на совещании, которое никак не закончится, черт возьми, чувствую вибрацию телефона в кармане. Изначально в это время у нас должен был быть перерыв на ланч, но какой-то мудак предложил продолжить, перенеся ланч.

И слишком многие кивнули головами, и теперь вместо чтения смс-ки от моей девушки (я минуту прокручиваю в голове «моя девушка», потому что мне нравится, как звучит это слово), я застрял в комнате, полной дегенератов, неспособных понять прочитанное, которые требуют, чтобы им объясняли всякую х*йню, имеющуюся в докладе, который мы обсуждаем.

Наверное, я веду себя неразумно, но я никогда не был в роли премьер-министра, который встречается со своей девушкой, и моя терпимость, все, что не касается самой девушки, желательно голой… подходит к концу.

Как и ожидалось, встреча наконец-то заканчивается, у меня всего пять минут, а потом я должен присутствовать на следующей, поэтому посмотрю ее смс-ку перед приемом. Единственное, что имеет для хоть какую-то пользу — туалеты и следующая встреча пройдет в комнате, которая находится недалеко от первой.

Лаклан ждет меня за дверью, чтобы сопроводить. Хотя место охраняется службой безопасности саммита, никто из участников рисковать не намерен.

Следующая встреча, к счастью, намного короче, чем планировалась, у меня появились лишние полчаса, чтобы проделать еще кучу дерьма, а потом подготовиться к ужину.

Мне хочется прочитать текст Элли в ту же минуту, как только я оказываюсь один в своем номере, но у меня есть определенные обязанности, поэтому сначала я проверяю сообщения на своем официальном телефоне, пререкаюсь по электронной почте со своими подчиненными, и звоню Стью, давая очередной инструктаж.

Моего собственного времени до шести часов у меня остается всего лишь час, а потом я должен отправиться на прием.

Я вытаскиваю телефон из кармана и ввожу свой код.

Ли: Написание списка затягивается, и сегодня день банана.

Она хочет поиграть. Смесь радости и облегчения проходит через меня. Мне требуется минута, чтобы придумать ответ, который будет комфортным.

Би Джей: Насколько я помню, написание списка с нарушением сроков чревато наказанием.

Мой телефон вибрирует через секунду, стоило мне нажать «Отправить».

Ли: Я смогу принять удар.

Черт побери, меня. Я выиграл джекпот с этой женщиной. Умная, остроумная и любит хорошую порку. Мне хочется запрыгнуть в самолет и отправиться к ней домой, или, по крайней мере, худо-бедно общаться с ней по телефону, слыша ее голос. Но долг зовет. Я пишу последнее сообщение:

Би Джей: Обсудим позднее.

Я нажимаю отправить и иду в душ. Горячая вода помогает расслабиться, но ненамного. Весь день я находился в напряжении. Быстро вымывшись мылом и сполоснув себя водой, я стараюсь игнорировать эрекцию, которая становится просто бешеной, нежели в течении дня. У меня есть план, как достичь облегчения и освободиться от своего груза, но это никак не связано с голландским водостоком.

Я сопротивляюсь соблазну и воздерживаюсь проверять ответ до того, как оденусь к ужину. Конечно, она ответила.

Ли: ОК

Отлично. Я дважды проверяю телефон, включив виброзвонок, кладу в карман пиджака.

Чтобы выполнить все мои обязанности, уйдет некоторое время, пока я вернусь с ужина. Я понимаю, что тороплюсь, поэтому действую осторожно, у меня уходит на подготовку к ужину больше времени, чем обычно.

Наконец, наступает мое время — мое собственное, и хотя я знаю, что Элли фактически на часах, она работает гораздо больше, чем ей платят, и имеет право на несколько минут, чтобы поговорить со своим парнем премьер-министром. Такой термин больше подходит подросткам, но на самом деле, он также подходит и к нам в данный момент.

На втором гудке она поднимает трубку.

— Привет.

— Привет. Как прошла вчера йога?

— Носила дисциплинарный характер.

С этим словом, мой член тут же переходит от вежливого напоминая о своем присутствии к активным действиям, взбрыкивая и призывая к вниманию.

— Приятно слышать. А как банан?

— Идеально твердый. Гораздо вкуснее, чем мягкий.

Я чуть не подавился своими слюнями. Этот разговор, я не могу вести закодированным образом.

Элли смеется и жалеет меня.

— Как дела?

— Идут. Поза лотоса была, на мой взгляд, немного не хороша и не плоха.

— Я как раз иду ее делать.

Не могу сказать, действительно ли она собирается на йогу или издевается надо мной, подразумевая сексуальный подтекст. Я не могу спросить ее об этом, поскольку просто не засну, проворачивая в голове ее ответ.

На следующий день я должен выступить со своей речью. К счастью, Элли ее тщательно отполировала и сделала более похожей, если можно так выразиться… на меня. В речи теперь присутствует мои, действительно, личные рассуждения, не противоречащие нашей официальной позиции по изменению климата, я не лицемерю.

Я пишу ей смс-ку и опять ставлю отправление на определенное время, когда у нее начнется утро, перед тем как выйти за дверь своего номера.

БИ ДЖЕЙ: Хорошего дня. Будь осторожным пешеходом.

Ли: А, что если я спешу и пробок нет?

Би Джей: Ты никогда не знаешь, когда полицейский может тебя арестовать.

Ли: Думаю, мне лучше иметь под рукой свою карту выхода из тюрьмы.

Черт побери. Я могу только догадываться, что она имеет в виду, и уж точно хочу узнать, прав ли я. Теперь я точно знаю, в какие ролевые игры мы будем играть в пятницу вечером, когда я вернусь в Оттаву. Мне всего лишь нужно найти подходящую возможность… и слова… чтобы поднять эту тему с Лакланом.

Я решаю тут же позвонить Элли, потому что хочу услышать ее голос прежде, чем займусь работой. Я хорошо справлялся со своими желаниями всю эту поездку, но на этот раз, я собираюсь поставить свои желания на первое место.

— Привет, — я жду всего лишь один гудок. Я отмечаю, что она ждала моего звонка.

— Привет. Как дела?

— Прошел еще один без копов.

Как я стал таким чертовым счастливчиком?

— Да, слышал пятница может быть убийственной, дело может дойди до ареста.

— Ценю твой совет. У тебя есть еще какие-нибудь советы… на случай, если я обнаружу себя в месте... которое может меня беспокоить?

— В случае, если ты попадешься… не оказывай никакого сопротивления. И соблюдай особую осторожность, сторонись всего, чтобы не попасться и не быть схваченной полицией, преграждая твое продвижение.

— Буду иметь все это в виду. Спасибо.

— С радостью готов помочь. Мне нужно вернуться к работе. Я свяжусь с тобой позже.

— Увидимся.

Я отключаюсь и приступаю к работе, разбирая горы писем, которые накопились в течение всего дня.

Четверг еще один длинный день, заполненный встречами, перемежающимися кратким шквалом смс-ок. Ролевая игра определенно для нее, но по-видимому, ей не очень-то нравится роль горничной. Хорошо, что я выяснил это.

Би Джей: Хорошего дня. Не забудь вытереть пыль под столом.

Ли: Я не вытираю пыль. И также я не мою окна.

Би Джей: Понятно. А что ты делаешь?

Ли: Найми кого-нибудь для этого.

Би Джей: Логично. Остерегайся полиции.

Ли: Не волнуйся, я буду полностью готова.

Когда я закончил работать, то слишком устал, чтобы разговаривать по телефону с Элли. Я хотел бы, но нет сил, и поскольку я реалист, то понимаю, что иногда такое будет происходить. У меня осталась последняя встреча за завтраком завтра утром до того, как мы вернемся в Оттаву. Я посылаю ей смс-ку перед сном.

Би Джей: Счастливое число — семь. Будь готова.

В ответ смайлик говорит мне, что она четко и ясно понимает, что я ей хочу сообщить — я увижу ее в семь, когда вернусь домой.

В пятницу вечером, после долгого, утомительного полета с кучей людей, высказывающими свои взгляды по тому или иному вопросу, я, наконец, вернулся на канадскую землю, и до сих пор так и не пообщался с Лакланом.

Время и возможность на исходе, поэтому в машине из аэропорта по дороге домой, я наконец решаю завести разговор.

— Лаклан, могу я задать тебе весьма деликатный вопрос?

— Конечно.

Я рад, что он ведет машину, поэтому не сможет на меня посмотреть.

— Есть ли у меня шанс одолжить твой мундир на сегодня?

Я был неправ. Он смотрит на меня долгим и тяжелым взглядом в зеркало заднего вида, а я стараюсь не ерзать на сиденье.

— Есть. Но при условии, …что на кителе не будет никаких следов, когда вы отправите его в химчистку.

Я громко и ясно получаю от него сообщение — никаких телесных жидкостей.

— Без проблем. Спасибо.

После долгого молчания, Лаклан откашливается.

— Если вам нужно что-нибудь еще...

— Что-нибудь еще?!

— Да.

— Ты замолчал не просто так?

— Только если вам нужно...что-нибудь еще.

— Черт возьми. Мы общаемся в зашифрованном виде?

— Ну... — еще одна длинная пауза. — Прямо сказать своему боссу, что у меня имеются некие кинки пристрастия и ресурсы для их осуществления, немного трудно. Так что, да, в зашифрованном виде.

— Ах.

Он смотрит на меня в зеркало.

— Я неправильно истолковал ситуацию? — интересуется он.

— Нет, не совсем.

— Хорошо. Итак... что-нибудь еще.

— Нет, думаю, что этого достаточно. По крайней мере… сегодня.

Я обдумываю какое-то время откровение моего шефа службы безопасности.

— Лаклан, а хоккейная команда?

— Да.

— Все?

Он стреляет в меня ухмылкой.

— На нашей стороне.

Теперь все имеет смысл. Вся команда кинки, значит все связано и вращается вокруг Лаклана.

— Предполагаю, что вы знали о моих... эээ... предпочтениях?

— И доктора Донована. Был кое-кто, кто раскопал... когда вы стали премьер-министром.

— Да, полагаю, что это возможно. Кто еще знает?

— Я и регулярные члены вашей охраны. И Канадская служба национальной разведки. Полагаю, что некоторые из нашей хоккейной команды могут догадываться. Но утечка информации, которую они подозревают может оказаться правдой, может только поставить под сомнение их собственные действия.

— Понятно. Таким образом, риск этой информации минимальный? — я смогу позаботиться о себе. Также сможет и Макс. Моя единственная забота — Элли.

— Я бы сказал, что так.

Я с облегчением выдыхаю. Как это не приходило мне в голову, что я не подверг тщательной проверки тех, кто ближе всего ко мне, на предмет слабых мест?

Мы оба молчим, пока едем до дома. Лаклан заносит мой багаж в дом. Элли должна прибыть в семь, у меня еще есть дела.

— Я схожу и принесу вам униформу. Я не шучу о том, чтобы на ней не осталось никаких следов, иначе они могут поджарить задницу любого из нас.

Я киваю.

— Первозданная чистота или я сожгу ее, или оплачу новую.

— Первозданная чистота является единственным вариантом, сэр.

— Понял. И спасибо.

21.

Гэвин

Я отправил Лаклана «арестовать Элли». Черт, меня заводит, когда я только думаю об этом. На самом деле, он не будет одевать на нее наручники, но думаю, и так достаточно.