«Лендровер» сильно трясло на размытой ливнями дороге. Анна вела машину, сидящий рядом с ней негр указывал дорогу.

Позади Базилио расположился Малко, держа на коленях американский карабин. Запас патронов к нему лежал в карманах его полотняной куртки.

Впрочем, оружие было бы бесполезно, попади они в засаду. Их пронзили бы стрелами и обстреляли из пу-пу (пу-пу — примитивные ружья изготовляемые неграми) прежде, чем они успели бы охнуть.

Фары освещали местность, напоминавшую саванну, заросшую колючими кустарниками, хилыми деревцами и высокой травой. Уже часа два, как стемнело, и теперь их окружала непроглядная ночь.

Анна спросила у негра, служившего им проводником:

— Еще далеко?

— Это очень близко, почти рядом, — ответил он на том удивительном французском, которым пользуются только в тропиках.

Малко подумал: «Не очень-то близко».

Они ехали уже пять дней! К счастью, им удавалось заправляться бензином в деревнях, прямо из бочек. Это был единственный намек на цивилизацию. Из-за бесконечных революций район становился все более диким. Даже Бужумбура казалась цивилизованным местом по сравнению с этими деревушками, где эмалированный таз на голове заменял жителям хозяйственную сумку.

Вооруженные банды из Конго и Катанги разбойничали на главных дорогах. Центральные власти не решались сунуться в дальние деревни, опасаясь нападения.

Малко восхищался терпением Анны. С тех пор, как они достигли района, где предположительно упали космонавты, она расспрашивала каждого встреченного негра обо всех ответвлениях дороги, затевая нескончаемые беседы.

Но, принимая во внимание африканскую неточность и любовь негров к выдумкам, следовать их указаниям было то же самое, что искать иголку в стоге сена. Не раз они, совершив круг, возвращались на ту же дорогу и снова расспрашивали одних и тех же людей. Прельщаясь возможным вознаграждением, негры плели невесть что. Может, до цели оставался всего километр, но проделать его необходимо было пешком.

Малко потерял счет времени, ему казалось, что он уже полгода крутится по этому лишенному каких бы то ни было ориентиров зеленому аду. Наконец им посчастливилось встретить более или менее толкового негра, понявшего, что они разыскивают двух белых, упавших с неба. Он спросил, когда это произошло, и поклялся, что проводит их к людям, знающим, где находятся те белые. Конечно, это могла оказаться и ловушка, но они не имели права упустить этот шанс.

Внезапно возле дороги показалась крытая листвой бамбуковая хижина.

— Здесь, — сказал негр. — Погасите свет. Малко вздрогнул. Анна остановилась.

— Нет, я хочу видеть, что тут происходит. Негр пожал плечами:

— Как хотите, бвана. Только посигнальте.

Анна просигналила несколько раз. Долгое эхо повторило звук. Малко подумал о нелепости сигналящей в самом центре африканских джунглей машины. В этом было что-то сюрреалистическое.

Вдруг в свете фар показались два негра. На них не было ничего, кроме набедренных повязок. Каждый из них держал в руке здоровенную дубину.

В тот же миг что-то зашевелилось в темноте возле хижины. Какие-то неясные фигуры. Анна включила дальний свет. Их оказалось трое, у одного на ремне за спиной висел ручной пулемет. Когда свет фар осветил их, они застыли на месте, как парализованные насекомые.

Малко резким движением приставил ствол карабина к затылку негра.

— Скажите вашим друзьям, что при первом угрожающем жесте я стреляю, сначала в вас, потом в них.

Негр задрожал. Его толстые губы пересохли от страха. Этот белый, который не «тыкал» ему, не на шутку его испугал.

— Не шутите, бвана, не шутите, — пробормотал он. — Они не злые, они сами боятся.

— Почему их так много?

— Чтобы вызвать уважение. Это эскорт фетиша.

Тут Анна вскрикнула. Справа от дороги, в пяти метрах от «лендровера», появились два негра с копьями.

— Это засада, — сказал Малко.

Мотор «лендровера» работал. Было заманчиво рвануть прямо на кучку негров. Но куда ведет эта дорога? Они могли запросто попасть в ловушку для слонов или в тупик.

— Подожди, — сказала Анна. — Я не думаю, что они хотят сделать нам что-то плохое.

В это время на дороге появилась величественная фигура: весьма необычно одетый негр высокого роста. Его бедра были обернуты шкурой леопарда, а удивительный головной убор состоял из рафии, разноцветного жемчуга и перьев попугая. На шее болтались темные очки «Рэйбанн», какие носят солдаты американской армии, лицо было размалевано белыми полосами.

Он подошел к машине, держа в правой руке копье, а в левой — кожаный мешок.

— Это шаман, — прошептала Анна. — Он идет на переговоры. Сейчас мы ничем не рискуем.

Шаман остановился справа от машины, обменялся кивком с Базилио и стал молча ждать.

Анна первой заговорила на суахили. Шаман ответил. Диалог длился несколько минут. Малко ничего не понимал. Когда Анна говорила на местном языке, она превращалась в другого человека, совершенно чужого ему. Наконец она повернулась к Малко:

— Я думаю, что мы на месте. Ой рассказывает, что какое-то время назад двое белых упали с неба возле рыбаков из его деревни.

— Где они?

Она сделала успокаивающее движение:

— Подожди. Мы в Африке. Не нужно его торопить. Заставить негра говорить так же трудно, как торговать ваннами в городе, где нет водопровода.

— Кто он такой?

— Шаман. Колдун, если хочешь. Известный. Потому что в первую революцию правительственные войска бросили в огонь всех незначительных колдунов для укрепления авторитета центральной власти.

Переговоры возобновились. Анна вышла из машины и присела на корточки на дороге перед колдуном. Малко тоже вышел, держа в руке карабин. Он встал напротив группы негров, освещенных фарами, сдерживая нервический смешок: если бы бюрократы из ЦРУ могли присутствовать при этой сцене, они согласились бы с самыми фантастическими статьями расходов. Наконец он достиг цели. Небольшое везение, и через несколько часов двое американцев будут спасены.

Анна повернулась к Малко:

— Он спрашивает, почему тебе нужны эти двое белых.

— Скажи ему, что это мои друзья.

Она перевела. Колдун с невозмутимым видом пролаял короткую фразу.

— Сколько ты дашь? — спросила Анна, включаясь в игру.

Малко решил идти сразу с козыря. Потом он выпутается. Главное — узнать, где они находятся.

— Я могу дать пять тысяч долларов за каждого, — сказал он.

Анна перевела.

Наступило долгое молчание. Затем колдун повернулся к остальным неграм и стал их отчитывать сердитым голосом. После этого он вновь обратился к молодой женщине.

— Он спрашивает, действительно ли ты готов дать такую сумму?

— Конечно, — сказал Малко, которого начала раздражать эта торговля.

Невозможно было поверить в то, что в середине двадцатого века он покупал свободу для двух белых в центре Африки. Но одни они могли бы неделями блуждать по этим непролазным джунглям.

Колдун вытаращил глаза в ожидании ответа Малко, и это сделало его похожим на сову. Вдруг он зажмурился, и слеза повисла у него на реснице.

Это было так неожиданно, что Малко чуть не расхохотался.

— Что это с ним? — спросил он.

Он не заметил, как Анна внезапно побледнела. Она пробормотала:

— Он говорит, что жаль, что мы не приехали к нему раньше.

— Почему?

Анна не ответила сразу, и у Малко появилось нехорошее предчувствие.

— Они их убили!

Колдун хныкал, склонив голову.

У Малко возникло сильное желание выстрелить по этим крокодиловым слезам. Преодолеть столько опасностей, чтобы найти два трупа!

— Где тела? — спросил он. — Как они умерли? Может быть, после всего, что произошло, они были ранены при возвращении на Землю.

Анна молчала. Малко занервничал:

— Ну говори же, где они?

— Они съели их, — прошептала Анна.

— Что?!

Малко подался вперед, держа карабин наперевес. Колдун резко отскочил назад.

— Это неправда, — сказал Малко. — Они хотят запугать нас, чтобы получить выкуп побольше.

Анна грустно покачала головой и повторила:

— Это правда. Ты же знаешь, это дикари.

Мир перевернулся для Малко. Съедены! Это бессмысленно, невероятно! Его разум отказывался понимать. Все ужасные истории, происходившие во время конголезской революции, о которых он слышал, пришли ему на память. Там тоже было много случаев каннибализма. Волна отвращения захлестнула его. И это были те самые вежливые негры, так покорно стоявшие сейчас вокруг него, и это они совершили этот кошмар.

— Почему они сделали это? — Малко удалось овладеть собой.

— Кажется, один из мужчин утонул в озере. Другой прожил несколько дней в деревне.

Она понизила голос:

— Они убили его потому, что он хотел уйти. После они собирались сделать фетиш Н'Заму, позволяющий колдунам ходить по воздуху, потому что эти белые упали с неба. Для фетиша требуется определенная кость из черепа и палец. Затем они съели тело, потому что были голодны. Здесь почти нет диких животных.

Малко недоверчиво смотрел на колдуна, вызывающего в нем чувство омерзения. Он еще не до конца поверил ему.

— Почему он плачет?

Анна проговорила почти шепотом:

— Из-за десяти тысяч долларов. Он не думал, что они стоят так дорого. Если бы он знал…

«Если бы он знал!» Малко умирал от желания всадить пулю в голову колдуна. Если бы не Анна, он непременно бы это сделал.

— Это отвратительно, — пробормотал он, — отвратительно.

Страшное открытие оглушило Малко. Что мог он еще сделать? Он постарался собраться с мыслями.

— Их вещи, бумаги, одежда?

— Они все сожгли, — сказала Анна. — Потом они испугались.

Вдруг взгляд Малко упал на мешок, лежавший у ног колдуна.

— А это что такое?

Анна резко отвернулась и подавила рыдания.

— Я… О, Малко!

Он положил карабин и развязал шнурок, стягивающий кожаный мешок, откуда исходил зловонный запах. Преодолевая отвращение, Малко вытащил из него нечто круглое, завернутое в коричневую тряпку. Он размотал ее.

Он увидел ссохшуюся, полуразложившуюся человеческую голову. На ней еще сохранились остатки светлых волос.

Анна рыдала, спрятав лицо в ладони. Малко, словно сомнамбула, закрыл мешок и взял карабин. Он побледнел.

Колдун смотрел на происходящее, оставаясь непроницаемым ни для морали, ни для упреков. Молчание длилось долго. Впервые за все время, что Малко занимался этим делом, события опередили его. Что скажешь и что сделаешь в настолько чуждом мире? Драться? Попытаться объяснить?

Голова шла кругом, и он только произнес устало:

— Объясни им, что за мной много людей. Что, если они еще притронутся хоть к одному белому человеку, они все будут безжалостно убиты.

Анна перевела. Колдун, который краем глаза следил за Малко, немного успокоился.

— Я хочу посмотреть место, где упали двое мужчин, — сказал Малко.

По крайней мере он выполнит до конца свою миссию.

Колдун сразу же согласился и, очень счастливый, пустился в переговоры. Даже находясь в окружении вооруженных людей, он боялся расправы.

— Туда сегодня ночью ехать нельзя, — перевела Анна. — Если мы захотим, завтра он проводит нас в свою деревню. Встреча здесь же на восходе солнца.

— Передай ему, — ответил Малко, — что, если с нами что-нибудь произойдет, его деревня исчезнет с лица земли.

Анна грустно улыбнулась:

— Нам больше нечего бояться. Он понял, что живой белый человек стоит дороже, чем мертвый.

Колдун поклонился и ушел, мягко ступая по дороге, оставив кожаный мешок у ног Малко. Весь его черный эскорт последовал за ним, и через несколько секунд они исчезли в темноте.

Базилио забрался в «лендровер». Анна развернулась, и они молча поехали. Мешок с головой лежал на заднем сиденье рядом с Малко.

Они вернулись в свой лагерь. Все было на месте. В полной тишине под кровом палатки Малко и Анна растянулись на своих раскладушках.

Малко лежал с открытыми глазами, размышляя. Все эти передряги, все эти смерти ради затвердевшей человеческой головы. А Дэвид Вайс, ждущий в Вашингтоне, в своем кабинете с кондиционером, надеется, что ему привезут этих двух заблудших овец! Он, должно быть, предвидел все возможные варианты, только не такой.

Малко ненавидел Африку. Всю Африку, кроме Анны. Без нее его ждала неминуемая смерть в джунглях. Это необыкновенная девушка.

Она лежала на такой же, как и он, кровати. Лампа с рефлектором слабо освещала их.

— О чем ты думаешь? — спросила она.

— О них.

Малко оценил ее деликатность. Анна ни разу не спросила его о том, откуда взялись двое разыскиваемых ими людей.

Он вдруг почувствовал, что не хочет с ней расставаться! Впервые в жизни он встретил женщину, в которой сочетались уравновешенность, желанность и энергичность. Анне он мог сказать обо всем, и она всегда оставалась бы рядом с ним.

— Поедем со мной, — внезапно предложил он. — Мы можем уехать вдвоем в мой замок.

— Я провожу тебя до места, иначе ты туда не доберешься. Потом я вернусь домой.

— Это глупо.

— Сначала нужно меня выкупить у моего отца, — сказала Анна с улыбкой.

— Сколько?

— О, за меня, так как я уже не девушка, возьмут не так уж и дорого: одна корова, два барана, десять эмалированных тазов, бубу и набедренные повязки.

Он вскочил со своего ложа и забрался к Анне, заключив ее в объятия.

— Это недорого. Я согласен.

— Я стану для тебя обузой.

Они долго лежали, обнявшись и прислушиваясь к множеству ночных звуков. Нет ничего более шумного, чем тропический лес. У них не было желания заниматься любовью. Голова в мешке лежала под кроватью Малко. По волосам он догадался, что она принадлежала Кини.

Можно подумать, что находишься в Швейцарии, среди ее зеленеющих холмов. В Швейцарии, полной крокодилов и гигантских деревьев. И без автомагистралей. Они ехали по дороге, покрытой грязью и размытой первыми дождями. «Лендровер» продвигался вперед, как краб, колеса буксовали, скорость не превышала пяти километров в час. Чуть быстрее — и машину заносило, можно было свалиться с откоса. Это означало бы, что возвращаться придется пешком. В некоторых местах гигантские термитники преграждали им путь.

Малко боролся, крепко держа руль, ставший скользким от пота и влажного воздуха. Он понимал, что, если он отпустит руль хоть на секунду, рука его будет сломана. Проводник из племени, малыш Моссо, устроился сзади, рядом с Базилио, бросавшим на него время от времени угрожающие взгляды. Дело было в том, что мальчик появился в поясе, который носят тутси. Именно из-за этих поясов негры из племени уту развлекались тем, что отпиливали большие берцовые кости у всех тутси, которых им удавалось поймать.

Они имели свои комплексы.

— Смотрите!

Через стену деревьев Анна заметила зеленую поверхность Танганьики.

Она обменялась несколькими словами с Моссо и объявила:

— Мы подъезжаем. Деревня на берегу озера.

Дорога превратилась в наполненный грязью желоб, круто спускающийся к воде, спокойной и опасной. Это напоминало лыжную трассу для прыжков с трамплина в Норвегии.

Мотор взревел. Малко перешел на первую передачу. Несмотря на маневр, «лендровер» только прибавил скорость. Анна потянула ручной тормоз. Им помог бы только якорь.

Озеро приближалось. «Лендровер» превратился в сани. В конце спуска виднелась зеленая вода Танганьики с крокодилами. Моссо закричал и выпрыгнул вбок, при этом он стукнулся о ствол толстого мангра.

До берега оставалось двадцать метров.

— Анна, прыгай! — приказал Малко.

— Нет!

Раскачиваясь, словно корабль, «лендровер» приблизился к самому берегу. Расширяясь, дорога сворачивала налево и оканчивалась поляной.

Малко повернул руль влево. «Лендровер» продолжал скользить вперед, не слушаясь водителя. Затем машина вдруг резко развернулась на сто восемьдесят градусов. Под колесами теперь вместо жидкой грязи была твердая почва. Центробежная сила бросила Анну на Малко. Голова ее попала ему прямо в живот. Базилио вылетел из машины.

Они прибыли на место и увидели деревенскую площадь. Подошел выпрыгнувший на спуске мальчик, весь покрытый красноватой грязью. Малко выключил мотор.

Шаман уже находился здесь. На нем больше не было головного убора с перьями попугая, но бедра его по-прежнему оборачивала шкура. Вокруг шамана сидели трое вчерашних негров уту. Шаман поприветствовал гостей и предложил им присесть на ствол дерева, служивший скамейкой. Деревенька оказалась небольшой. Около двадцати жалких лачуг, сделанных из досок, листьев и красной глины. Самая большая их них, вероятно, принадлежала колдуну. Над овальным входом висела маска из обожженной глины. В более цивилизованной деревне хижину шамана назвали бы «очагом культуры». Чтобы приехать сюда, Малко пришлось подавить в себе чувство отвращения, но он хотел убедиться в том, что от спутника не осталось никаких следов.

Колдун, державшийся очень светски, рявкнул какое-то приказание, и тут же прибежал маленький негритенок, неся большой кувшин, наполненный кофе. Напиток разлили в чашки из скорлупы кокосового ореха. Затем, серьезный, как папа римский, негр вынул из кармана баночку и добавил в свой кофе несколько капель какой-то жидкости. Баночку пустили по кругу. Когда очередь дошла до Малко, он отшатнулся: в пузырьке находилось вещество с очень сильным лекарственным запахом. Анна объяснила:

— Это у них вместо коньяка. Они обожают это.

Но и без пахучей жидкости кофе оказался тошнотворным. Малко разгрыз несколько зернышек капока, не выдавая своей брезгливости, и огляделся. Где-то рядом погибли Кини Нессер и Фредерик Айер. Съедены! Немыслимо! С порогов своих хижин на приезжих тупо глазели несколько женщин и стариков. Удивительная вещь — поблизости не видно ни одного ребенка.

Малко понял — с него хватит!

— Попросите его показать нам то место, куда упали наши друзья, — сказал он.

Анна перевела, и колдун встал. Они отправились цепочкой к берегу озера, где над водой возвышалось нечто вроде деревянных мостков с полудюжиной пирог. Колдун остановился и указал рукой на точку метрах в пятистах от берега…

— Это там, — перевела Анна.

Малко пристально всматривался в неподвижную зеленую воду озера, поверхность которой не нарушала даже рябь. Зато заболоченные берега кишели крокодилами.

— Я могу съездить туда? — спросил он.

Это было глупо, он ведь не мог нырнуть. К тому же пироги, привязанные к мосткам, казались страшно неустойчивыми. Но это было сильнее его.

Когда вопрос Малко перевели, колдун сделал знак двум неграм.

— Останься на берегу, Анна, — сказал Малко. — Нет смысла подвергаться бесполезному риску.

Но молодая женщина уже сидела в лодке.

— Не говори глупостей. Как ты будешь с ними разговаривать?

Стоя на коленях в центральной части пироги, Малко и Анна молча смотрели на двух гребцов. Колдун сидел в носовой части. Вдруг он издал гортанный звук, и негры перестали грести.

— Это примерно здесь, — сказала Анна.

— Тут глубоко?

Анна перевела, и колдун кивнул.

— Он говорит, что озеро очень глубокое, глубина начинается от самого берега. Дна они никогда не видели, потому что оно затянуто тиной. И никто не ныряет, они верят, что в озере водятся привидения. Похоже, что аппарат, на котором летели эти двое, очень быстро погрузился. Потому-то один из них и утонул.

— Ладно, давайте вернемся.

Спутник останется на вечные времена на дне Танганьики, охраняемый привидениями. Сверхсекретные пленки, на которых запечатлены изобретения китайцев, хранятся в надежном месте. В длину озеро достигало шестисот километров, а глубина — тысяча пятьсот метров…

Они молча вернулись в деревню.

Глядя на колдуна, Малко испытывал сильнейшее желание пнуть его хорошенько в живот.

— Поехали отсюда, — сказал он. — Меня тошнит от этого места.

Анна уже давала указания, как вытащить «лендровер». Отовсюду выходили негры с криками и смехом. Они привязали к бамперу веревку и стали втаскивать машину на склон. Анна села за руль, а остальные чуть ли не на четвереньках карабкались по грязной дороге. По пути им встретился слепой негр-альбинос с ребенком-поводырем. Наследственный сифилитик, любимец всей деревни.

Наконец они поднялись на высокий берег. Негры провожали их ничего не выражающими взглядами. Малко в последний раз обернулся посмотреть на озеро. Эта вода, такая спокойная и зеленая, наводила на него ужас.

Дорога была совершенно пустынна. Через пять часов они добрались до своего лагеря. Чувствуя себя абсолютно разбитыми, Малко и Анна сразу же свалились на постели. Наступила ночь.

— А что теперь? — тихо спросила Анна.

— Теперь… Остается только вернуться. Малко сел на своем ложе и улыбнулся.

— Ты знаешь, что за твою голову назначено вознаграждение? — сказала она ему. — И что вся бурундийская армия разыскивает тебя? Их по крайней мере человек восемьсот… Основные дороги, конечно же, под контролем.

— Наш единственный шанс, — решил Малко, — это Конго. Меня должен встретить Аллан Пап. В противном случае тебе придется подарить мне полдесятины земли под раскорчевку…