Маленькое неприметное здание консульства Бурунди в Элизабетвиле затерялось в глубине аллеи из бугенвилий, в районе, где сосредоточились посольства. Когда-то это был райский уголок. С тех пор как произошло то, что позже стали называть «событиями», большинство роскошных вилл стояли пустые, разграбленные и заколоченные. Блестящие дипломаты заменены лицами неопределенной национальности с таинственными интересами: здесь были ярко представлены все, кто на пяти континентах считались шпионами.

Малко всего этого не знал. У него была только одна мысль: как можно скорее покинуть зловещий Элизабетвиль.

Он толкнул дверь консульства и оказался в темном, без кондиционера зале. Под потолком крутился засиженный мухами вентилятор, бесполезно перемешивая горячий и тошнотворный воздух.

Три негритянские семьи вели бесконечный пустой разговор с единственным служащим в окошечке, который даже не повернул головы в сторону Малко.

Через четверть часа Малко, изнемогая от жары, подошел к окошечку.

— Вас зовут Инга?

Негр поднял полусонные глаза и певуче ответил по-французски:

— Да, это мое имя.

— Я друг Аллана, — сообщил Малко. — Мне нужно с вами спокойно поговорить.

Негр моргнул.

— У меня много работы. Быть может, завтра или послезавтра.

— Сейчас. Я жду вас в баре «Колониаль», — сухо сказал Малко. — У меня не слишком много времени.

Не дожидаясь ответа, он вышел. Жадность Инги не вызывала сомнения.

Отель «Колониаль» находился в трехстах метрах от консульства. Туда можно дойти пешком.

Инга действительно появился в отеле через двадцать минут. Малко выбрал столик в глубине зала под вентилятором.

Негр спокойно сел. Он просто-напросто закрыл консульство, оставив на улице несчастных, ждавших приема с утра. В Африке чиновник — король.

— Так-так, — сказал он протяжным голосом. — Вы друг месье Аллана?

— Да. Он мне сказал, что вы могли бы оказать мне услугу.

Лицо Инги было непроницаемо. Негры порой способны на беспредельную хитрость.

— Мне нужна виза в Бурунди, — сказал Малко.

— Ну, это очень долго, — ответил Инга. — Быть может, два месяца. Нужно написать в Бужумбуру.

Малко посмотрел на него:

— Мне это нужно в течение трех дней. Это легко, потому что вы выдаете визы. Достаточно поставить штамп в мой паспорт. Штамп за десять тысяч франков.

— Но… это опасно.

— А я еще более опасен, — сказал холодно Малко. — Мне нужно уехать как можно быстрее.

Негр снизу посмотрел на него. Ему не нравились золотистые холодные глаза собеседника.

— Не знаю, смогу ли я. Сейчас мне нужно вернуться, так как вот-вот придет шеф.

Шеф как раз занимался любовью со своей сожительницей. Негр, сохраняя достоинство, не захотел продолжать разговор. Малко не настаивал.

Он вытащил паспорт и протянул его чиновнику под столом, вложив в него пять тысяч бельгийских франков.

— Я зайду за ним завтра утром.

Инга положил паспорт в карман и глотнул пива «Полар».

— Почему вы так торопитесь, месье? Малко, превосходно играя свою роль, ответил:

— У меня дело в Бужумбуре. Я не хочу, чтобы оно ускользнуло от меня.

Инга кивнул, допил пиво и встал. Он вышел из бара с паспортом Малко в кармане.

Перейдя танцующей походкой знойную улицу и скрывшись от посторонних взглядов, он вытащил билет в пять тысяч франков и, сложив его вчетверо, засунул в ботинок.

Придя в консульство, Инга заперся в кабинете и принялся за работу.

Сначала он тщательно снял копию с паспорта Малко и вложил ее в конверт вместе с запиской, предназначенной комиссару Никоро, шефу отдела безопасности. Инга, бывший школьный учитель, должен был заботиться о том, чтобы не пострадала его репутация. Никто не был твердо уверен, что консул, назначенный революцией, умеет писать, а также, что он не является постоянным осведомителем полиции.

Но, к счастью, Инга никогда не пренебрегал делами подобного рода.

Запечатав конверт, он позвонил по телефону. В течение четверти часа он говорил на суахили. Имя Малко несколько раз мелькало в разговоре. Собеседник горячо поздравил Ингу. Он получит достойное вознаграждение. Благодаря таким людям, как он, ко всеобщему удовольствию организация функционировала безукоризненно.

Инга повесил трубку, перебирая в памяти, все ли он сделал, затем со спокойной душой решил отдохнуть.

Он отправился пешком в негритянский квартал. Войдя в свою ветхую глинобитную хижину, он первым делом спрятал деньги. Он бы, конечно, утаил часть денег, предназначавшихся партии, но это сделать было трудно, так как никто бы не поверил, что он ничего не взял за визу.

На следующий день Малко встал рано. По правде говоря, отель «Мемлинг» не особенно располагал к отдыху. Шума было не меньше, чем на базаре. Слуги проводили свободное время в коридорах, бесконечно переругиваясь, а жильцы громко спорили часов до трех ночи. Через фанерные перегородки слышимость была отличной.

Банк Восточной Африки находился почти напротив гостиницы. Малко первым делом отправился туда.

Чернокожий служащий быстро дал все интересующие его сведения. Для него уже поступил денежный перевод на сорок тысяч долларов.

Поль Уолтон был парнем серьезным.

— Переведите мне эту сумму на ваше отделение в Бужумбуре, — попросил Малко.

Он подписал несколько бумаг и вышел, сопровождаемый почтительными взглядами служащих.

Выйдя из банка, Малко сощурился. Солнце начинало печь немилосердно. Он остановил проезжавшее такси и попросил отвезти в консульство Бурунди. Лишь бы Инга не сдрейфил. Со времени встречи в Найроби он не видел ни Поля Уолтона, ни Аллана Папа. Теперь он сам полностью отвечал за миссию. Ведь Уолтон ему сказал, что это вопрос дней. Кто-то наверняка обнаружил бы космонавтов, если бы они были живы и если бы космическая капсула опустилась на землю.

Ему очень хотелось в этом деле иметь помощника, но Уолтон настроен решительно. Малко должен действовать в одиночку.

В конце концов, прикрытие, данное Папом, преследовало двойную цель. Во-первых, позволяло ему выполнить миссию. И, во-вторых, в случае беды Малко настолько бы вошел в роль торговца алмазами, что никто никогда бы не связал его деятельность с ЦРУ. Даже если бы он сам признался. Деньги, которые Малко получил, были посланы из Бейрута. Никто не смог бы установить их точное происхождение. ЦРУ там тоже имело хорошо устроенных, пользующихся достойной репутацией людей.

Все это могло по прибытии в Бужумбуру осложниться. Аллан Пап предупредил его, что организация Ари-Убийцы была мощной, имела отделения и сообщников во всей этой части Африки.

Наконец…

Теперь Малко считал командировки, которые ему остались до отставки. Еще пять или шесть, и его замок будет отреставрирован. Понадобится еще несколько «дел» для пополнения его сбережений, и тогда, если удача ему не изменит, он распрощается с разведкой.

В консульстве никого не было, кроме Инги, мирно сидевшего за грудой бумаг. Увидев Малко, он вынул его паспорт из ящика и протянул ему.

— Все улажено. Вы сможете находиться три месяца в Бурунди.

Малко рассмотрел визу. На эмблеме Бурунди ярко выделялись священный барабан и пальма.

Вторая банкнота в пять тысяч бельгийских франков незаметно перекочевала в руку Инги.

— Желаю вам счастливого пути, — сказал чиновник вежливо.

В самом деле, он сделал для этого все, что было нужно.

Покрытый потом, прилипнув к сиденью машины спиной, Жюлиус Нидер изнывал от жары. Он схватил бутылку виски, лежавшую на полу, и сделал несколько глотков.

Старый «москвич», взятый взаймы у негра — шофера такси, которому он когда-то оказывал услуги, невозможно вонял. Но обойтись без машины для выполнения секретной операции он бы не смог.

Жюлиус нащупал в глубине кармана последний банковский билет в тысячу франков. Нужно, чтобы эта операция удалась. В противном случае — нищета. Он был не очень известен в Элизабетвиле, развлекаясь такими пустяками, как вооруженные ограбления, или другими делишками. Паспорт на имя Жюлиуса Нидера давал некоторое спокойствие, ему не хотелось слишком рисковать и раскрывать свою личность, что привело бы к серьезным неприятностям.

Такси остановилось перед консульством Бурунди. Белокурый мужчина, вышедший из него, точно соответствовал приметам, кроме того, Жюлиус хорошо запомнил его в самолете. Он поспешно закрыл бутылку и завел мотор.

Такси-малолитражка стояло перед консульством. Через пять минут белокурый человек вышел из консульства и сел в машину. Жюлиус пропустил малолитражку метров на двести и. тоже тронулся.

Малко ждал такси на пороге гостиницы. Через два часа улетал его самолет из Н'жили, аэропорта Элизабетвиля. Он послал Папу каблограмму. Это его последний контакт с ЦРУ. У него больше не будет ни агента-резидента, который бы его встретил, ни места встречи. Колоссальное могущество ЦРУ не распространялось на Бужумбуру.

Молодая, очень красивая негритянка, одетая в разрисованное велосипедными колесами бубу, в белом платке на голове, проехала мимо Малко и соблазнительно подмигнула ему.

Подъехало такси, старый «пежо». Малко сел в него, не заметив машину с двумя пассажирами, которая тронулась следом. Человек, сидевший рядом с водителем, был Жюлиус Нидер. Он летел в Бужумбуру тем же самолетом, что и Малко.