30 марта

Жакмор мигом добрался до дороги и бодро зашагал, с удовольствием вдыхая свежий воздух. Новые бесчисленные запахи заполняли его ноздри и будили какие-то смутные воспоминания. Неделю назад он вобрал в себя всю полноту ментальной сущности черного кота, и теперь на каждом шагу его ожидали сюрпризы; он с большим трудом ориентировался в этом сложном и невероятно эмоциональном мире. В то же время было бы неверно считать, что его поведение в корне изменилось. Физическая сторона жизни и основные рефлексы так глубоко коренились в подсознании, что не могли полностью трансформироваться при контакте с привычками кота; ведь рефлексы животного были все-таки намного примитивнее, и этим также объяснялось их незначительное влияние на Жакмора; до чего же смешными казались ему теперь попытки заставить поверить себя и других, что ему хочется почесать ногой за ухом или улечься на живот, поджав ноги и подложив кулаки под голову. Но у психиатра возникало множество желаний, ощущений и даже мыслей, не особенно глубоких, но зато неизъяснимо очаровательных; вот, например, он учуял, что где-то недалеко рос куст валерианы. И все же Жакмор демонстративно отвернулся от него и двинулся в противоположную от деревни сторону по дорожке, ведущей к утесу. В те места его влекла только что возникшая отличная идея.

Жакмор добрался до крутого обрыва и легко отыскал едва заметную тропку; и не тропку даже, а так, след от камнепада. Он смело ринулся вниз, помогая себе при спуске руками и подставив спину пустоте. Когда несколько камней сорвалось из-под ног, Жакмор слегка взволновался, но продолжал уверенно двигаться вперед, радуясь ранее не наблюдавшимся гибкости и силе. Через несколько минут он уже находился у подножия утеса. На море был отлив, и между скал, выступавших из глубоких луж, появилась узкая полоска обкатанных камешков. Жакмор быстро пошел по ней к ближайшей луже. Выбрав удобное местечко, он уселся на корточки, засучив рукава. Его сжатые в кулак пальцы едва касались воды.

Прошло несколько секунд. И вдруг между водорослей мелькнула голова маленькой желтой рыбешки. На зеленом фоне ее трудно было разглядеть, но Жакмор все-таки различал трепет нежных жабер. Сердце его радостно забилось. Он молниеносно выбросил руку, схватил рыбку и поднес к носу. Пахло изумительно. Облизнувшись, он открыл рот и без всяких колебаний откусил со смачным хрустом голову бьющейся в руке рыбки. Это было восхитительно. А ведь рыбы тут сколько душе угодно.