Знал Никита Моргунок

Правило простое,

Что медведь блинов не пек,

Волк двора не строил.

Удивился Моргунок,

Видит: на поляне

Ходят вдоль и поперек

С косами цыгане.

Косят, словно мужики,

Ряд за рядом ходят.

Только носят оселки

Не по форме вроде.

Пахнет медом и росой,

Добрая работа!

Самому пройти с косой

Моргунку охота.

Хороша, густа трава,

Самый срок и время,

Да забита голова

Думами не теми.

Так и так. Иду полдня.

Карточка в кармане…

— Воротите мне коня,

Граждане цыгане.

— Так и быть, — сказал один, —

Ты — мужик хороший.

Заявляю — отдадим,

Как признаешь лошадь.

Сено свежее пока

На покосе вянет,

На конюшню Моргунка

Привели цыгане.

Попросили Моргунка

Чуть посторониться, —

Конь выходит из станка,

Гладкий, точно птица.

Конь невиданной красы,

Уши ходят, как часы.

Конь хорош, и, что хорош,

Сам об этом знает.

— Ну, хозяин, признаешь?

Признавай, хозяин!

Попросили Моргунка

Постоять снаружи.

И выходит из станка

Конь второй — не хуже.

На спине играет дрожь,

Шея — вырезная.

— Ну, хозяин, признаешь?

Признавай, хозяин!

Попросили Моргунка

Отойти немного.

И выводят из станка

Жеребца, как бога.

Корпус, ноги — все отдай.

Шерсть блестит сквозная.

— Ну, хозяин, признавай,

Признавай, хозяин!

— Извиняюсь, не могу, —

Врать, мол, нет расчета.

— То-то, — пальцем Моргунку

Погрозили, — то-то…

Он оглобли подвязал

Кверху, для ночлега:

— Завтра, малец, на базар

За конем. С телегой.

— Дядь, зовут нас. Слышишь, дядь?

Дескать, места хватит.

— Не желаю ночевать

Я в цыганской хате.

Ночь. Затих в загоне скот.

Пахнет пыль золою.

И цыганское встает

Солнце над землею.

И звенит во тьме комар

Тоненько, знакомо,

Как остывший самовар

После бани, дома.

И, вздохнув, на правый бок

Повернулся Моргунок.

Но не спится Моргунку

И на правом на боку.

Комариный звон в тиши,

Замирая, тонет…

«До чего же хороши,

Боже ты мой, кони!»

И, вздохнув, на левый бок

Повернулся Моргунок.

Но не спится Моргунку

И на левом на боку.

И, подумав, Моргунок

Бородою к звездам лег.

Кони рядом. И спроста

Ненадежно спрятаны:

Из соломы ворота

Лыком запечатаны.

Моргунок лежит, сопя,

Рассуждает про себя:

— Лошадей цыгане крали?

— Крали.

— Испокон веков у всех?

— У всех.

— А у них теперь нельзя ли?

У цыган? Не грех?

— Не грех…

Не лежится на спине,

Точно спит на бороне.

Встал и бережно пошел

За сарай. До ветру, мол…

Слышит — близко за спиной

Осторожный шорох.

— Что за люди? Кто такой? —

Спрашивает сторож.

— Я до ветру, — как урок,

Отвечал Никита.

И для виду все, что мог,

Справил деловито.

— Значит, ходишь по часам?

— Надо, милый, надо…

— Эхе-хе-хе-хе!.. — А сам —

Задом,

        задом,

                задом…

Сапоги надел скорей,

Хоть на босу ногу,

И с телегою своей

Тронулся в дорогу…