Тоннель временами петлял из стороны в сторону, но всё время уверенно шёл вниз. Воздух здесь был несвежий, спёртый, а временами пахло просто отвратительно. В некоторых местах Цыга останавливался и светил фонарём вверх. Туда уходили точно такие же колодцы, через какой они спустились из Приюта контрабандистов.

– Кажется, тут дом Барлинга, – сказал в одном месте Цыга. – У многих домов в нашем городе имеются свои выходы под землю. Только они хорошо замаскированы. Чужие о них, разумеется, не знают.

– Ой, я вижу свет! – воскликнула Энн. – Наконец-то! Здесь под землёй так ужасно.

Да, вдалеке уже мерцал дневной свет. Он проникал из небольшой полукруглой пещеры. Та находилась на склоне горы, и именно здесь заканчивался тоннель. Дальше был только крутой обрыв вниз, к болоту. Ребята вышли из пещеры и собрались на нешироком уступе, от которого вверх и вбок вела еле угадываемая тропинка.

– Нам нужно пройти по этой тропинке до городской стены, – показал рукой Цыга, убирая в карман фонарик. – Там стена невысокая, она наполовину разрушена, и мы легко перелезем через неё в город. Как насчёт Тимми, Джордж, он умеет лазать по скалам? Ведь если сорвётся, то будет катиться до самого болота.

Джордж вытянула шею и осторожно посмотрела вниз. Болото выглядело крайне неприветливо. Джордж очень надеялась, что Тим туда не сорвётся. Конечно, собака – не горный козёл, чтобы уверенно скакать по камням, но с какой радости ей спотыкаться на ровном месте?! Тропинка, к счастью, оказалась достаточно ровная и вполне проходимая. Отдельные острые камни и уступы не в счёт.

Перепрыгивая с камня на камень, подталкивая впереди идущих и подтягивая тех, кто идёт следом, ребята выбрались на вершину утёса, откуда уже начиналась городская стена. Она была тут действительно невысокая. Цыга мигом вскарабкался на неё. Этот парень и правда лазал как обезьяна!

– Джулиан, а ты помнишь, как ловко он забрался на крышу школы в позапрошлом семестре? – спросил Дик брата. – Все очень испугались, что он сорвётся и упадёт, но он не упал. А потом прикрепил наш флаг к дымовой трубе и так же ловко спустился.

– Давайте поднимайтесь сюда! – прокричал сверху Цыга. – На улице никого. Скорее, пока нас никто не увидел!

Ребята быстро перебрались через стену и вскоре очутились на одной из узеньких городских улиц. Тим радостно бегал туда-сюда и старательно обнюхивал все столбы и углы домов. Теперь ребята могли не торопиться, а спокойно пройтись по городу. Утренний туман давно рассеялся, ярко светило солнце, весь город и все его окрестности, включая линию побережья, лежали как на ладони.

Кастауэй действительно был очень старый город. Старый и в том смысле тоже, что дома были дряхлые, обветшалые. Некоторые готовы были прямо на глазах развалиться, но люди в них жили, занимались домашними делами, готовили еду – об этом свидетельствовал дым из труб. Магазинчики были крошечные, с маленькими витринами в окнах и с круто нависающими карнизами крыш. Перед одной из витрин ребята остановились.

– Не оборачивайтесь! – раздался вдруг шёпот Цыги. – Это Блок! Сделайте вид, что вы его не заметили, а если он подойдёт, притворитесь, будто не знаете собаку. Даже если Тим будет прыгать и лизаться, пытайтесь отогнать его прочь, говорите, что он бродячий. Мол, вы ему бросили кусок хлеба, вот он и не отстаёт.

Ребята дружно уставились в витрину. Тиму это не понравилось. Он решил, что о нём незаслуженно забыли, подошёл к Джордж и ткнулся носом в её руку. Джордж убрала руку. Тогда пёс потрогал хозяйку лапой.

– Опять эта собака! – делано возмутился Цыга. – Кыш, пошла, отвали! Чего ты к нам пристала? Нечего за нами ходить! Пошла прочь!

Тим решил, что это какая-то новая игра и громко залаял. Он начал прыгать вокруг Цыги и Джордж и пытался лизнуть их в лицо.

– Отвали! – крикнул Цыга, отталкивая собаку.

Блок был уже рядом, абсолютно спокойный, с непроницаемым, как маска, лицом.

– Собака к вам пристаёт? – глухо и без всякого выражения спросил он. – Вот я сейчас её камнем.

– Да вы что! – так и взвилась Джордж. – Камнем? Идите куда идёте. Это какая-то бродячая собака, она походит-походит за нами и отстанет.

– Джордж, не надо так громко. Блок не слышит тебя, – сказал Цыга. – Он глухой.

Но, к ужасу девочки, Блок нагнулся и действительно поднял с земли булыжник, намереваясь отпугнуть им собаку. Джордж, как пантера, бросилась на дворецкого и выбила камень из его рук.

– Не смейте! Не смейте, кидать в собаку камни! – исступлённо закричала она. – Я на вас буду жаловаться в полицию!

– Тихо, тихо, – послышался сзади чей-то вкрадчивый голос. – Что за шум, а драки нет?

Ребята обернулись и увидели очень высокого человека с сильно вытянутым лицом и длинными волосами. Всё остальное в нём соответствовало общему облику – длинный нос, острый, выступающий подбородок, узкие щёлки глаз. «Этот человек острый как игла!» – вдруг подумалось Энн.

– О мистер Барлинг! Здравствуйте, мистер Барлинг! – быстро проговорил Цыга прохожему. – Да нет у нас никакого шума. Драки тоже. Всё нормально. За нами шла бродячая собака, а этот… мистер Блок хотел её отогнать, хотел бросить в неё камень, а… Джордж очень любит собак, вот и всё.

– Понятно. А кто эти дети? – мягко спросил мистер Барлинг, разглядывая незнакомых ребят через щёлки своих глаз.

– Наши гости. Они гостили у своего дяди, только их дом… Дом папы Джордж… Они живут недалеко от Киррина… Их дом сильно пострадал во время бури, и тогда они приехали сюда.

– Ты сказал – Киррин? – переспросил мистер Барлинг, явно заинтересовавшись. – Это такой маленький приморский городок? Там ещё живёт один известный учёный, коллега мистера Ленуара, – так?

– Так. Он мой папа! – гордо ответила Джордж. – Вы знаете папу?

– Я немного наслышан о его проектах. Мистер Ленуар, полагаю, хорошо с ним знаком?

– Нет, не очень. Мне кажется, что не очень. Они только переписываются. Но папа мистеру Ленуару звонил. Он спрашивал его, не можем ли мы приехать сюда на некоторое время. Пожить, пока ремонтируют наш дом.

– О да. И мистер Ленуар, разумеется, любезно согласился принять всю вашу компанию, – сказал мистер Барлинг, а потом обратился к Цыге и ужасно противным, сладким голосом произнёс: – Твой отец очень добрый и великодушный человек, Пьер!

Ребята уставились на мистера Барлинга, не понимая, как можно говорить такие приятные вещи таким гнусным голосом. Всем стало как-то не по себе. И без того было ясно, что мистер Барлинг сильно недолюбливает мистера Ленуара. Ребятам тоже отчим Цыги не очень-то нравился, но мистер Барлинг им не понравился в сто раз больше.

К счастью, в этот момент Тим увидел другую собаку и радостно побежал за ней. Блока уже рядом не было, он незаметно отошёл и теперь уходил всё дальше и дальше. Мистер Барлинг тоже попрощался, чему дети были только рады. Они поспешили за бегущим впереди Тимом, на ходу обсуждая эти две неожиданные встречи.

– Мне кажется, Блок в самом деле собирался кинуть камень в собаку. И кинул бы, если бы ты, Джордж, не помешала ему, – сказал Джулиан. – Как ты набросилась на него!

– Так ему и надо, – ответила Джордж. – Я не могла допустить, чтобы кто-то перебил Тиму лапу. Нам и так не повезло, что мы столкнулись с этим человеком.

– Ты имеешь в виду Блока? – спросил Цыга. – Это просто случайность. Вряд ли мы встретимся на улице ещё раз. И даже если это произойдёт, мы всегда сможем сказать, что собака нас узнала и снова увязалась.

Продолжив прогулку по городу, по его узким и крутым улочкам, ребята вскоре утомились и решили отдохнуть в небольшой кофейне. Там они выпили по чашечке горячего, дымящегося кофе и съели по сладкой булочке. Тимоти проглотил даже две булочки, и ему было мало. После кофейни Джордж зашла в лавку мясника и купила для своего друга килограмм отличных мясных костей. Она намеренно поинтересовалась у Цыги, в какую лавку ходит их дворецкий, и пошла в ту, куда Блок никогда не заглядывал. Ей не хотелось, чтобы мясник случайно проговорился, что дети покупали у него кости для собак.

Обратно в Приют контрабандистов ребята вернулись тем же путём, что и ушли. Сначала они спустились по тропинке к входу в пещеру, затем по тоннелю добрались до колодца, расположенного под комнатой Мэрибелл, а потом вскарабкались по верёвочной лестнице. Джулиан и Дик поднялись первыми, пока Джордж сажала Тима в корзину и привязывала верёвку. Тимоти опять тихо заскулил, когда корзину начали поднимать и она снова стала стукаться о стенки колодца. Джулиан и Дик изрядно попотели, вытаскивая собаку наверх. Дрожащими от усталости руками они ловко развязали корзину и выпустили пса на волю.

До обеда оставалось десять минут.

– Быстрее закрывайте люк и кладите ковёр на место, а потом бегите мыть руки! – скомандовал Цыга. – А я пока отведу Тима к себе в комнату и снова запущу в тоннель. Джордж, где те кости, которые ты ему купила? Я положу их ему. Пусть грызёт, когда захочет.

– И не забудь поставить миску с чистой водой, а ещё постели какой-нибудь коврик, на котором он будет спать, – настаивала Джордж. – Я, кажется, об этом уже просила.

– А я, кажется, уже сделал, – улыбнулся Цыга. – Не волнуйся, Джордж. Так, постойте! Мебель мы задвигать не будем. Скажем, что играли в одну игру, для которой нам нужен был ковёр. А то замучаемся каждое утро двигать это туда и обратно, когда придёт время выгуливать пса. Но навести порядок всё-таки надо.

Едва они успели прибраться, как Блок принёс обед. На этот раз ему помогала Сара. Ребята охотно сели за стол. Они чувствовали себя голодными, несмотря на то, что в городе перекусили. Блок разливал в тарелки суп.

– Надеюсь, собака к вам больше не приставала, – проговорил он своим сухим ровным голосом и косо посмотрел на Джордж. Блок явно не забыл, как эта девчонка ударила его по руке, выбив из неё камень.

Цыга покачал головой и показал рукой «нет». Не было смысла открывать рот и произносить «нет» вслух, потому что Блок всё равно бы ничего не услышал. Сара между тем убрала суповые тарелки и принялась подавать второе.

Кормили в Приюте контрабандистов очень вкусно, и все порции оказались на удивление большими. Сегодня они были съедены до последнего кусочка. Аппетитом не могла похвастаться только Мэрибелл, а вот Джордж старалась при первой возможности поделиться кусочком с Тимом, который сидел под столом, положив голову ей на колени. Жизнь налаживалась!

Так прошло несколько дней. Несколько дней вполне беззаботной и счастливой жизни. Каждое утро Тимоти ходил на длительную прогулку. Ребята уже привыкли к такой процедуре выгуливания. Они легко спускались и поднимались по верёвочной лестнице и без больших хлопот спускали и поднимали в плетёной корзине Тима.

Во второй половине дня они обычно играли в разные игры и в карты у Цыги или Мэрибелл или читали. Тимоти почти всегда был рядом, благо что звонок исправно дребезжал, когда кто-то заходил в коридор.

Вечером наступало самое интересное. Требовалось переправить Тимоти в комнату девочек, потому что по прихоти хозяйки пёс должен был спать у неё в ногах. Происходило это в тот момент, когда мистер и миссис Ленуар садились ужинать, а Блок и Сара им прислуживали. Дети ужинали на час раньше, так что мистер и миссис Ленуар выходили в столовую по своему распорядку. Это было самое удачное время, чтобы перебежать с Тимом из одного крыла здания в другое.

Тиму всегда нравилась эта ежевечерняя пробежка. Он радостно вилял хвостом, останавливался, чтобы обнюхать какой-нибудь ещё незнакомый угол, но честно нырял под кровать, едва оказывался в комнате девочек, и лежал там, пока не наступало время спать. Лишь после этого он перебирался на кровать Джордж и разваливался у хозяйки в ногах.

На ночь Джордж и Энн всегда запирали свою комнату на ключ. Они опасались, как бы Сара или даже миссис Ленуар не решили вдруг посреди ночи их проведать, чтобы, скажем, подоткнуть одеяло. К счастью, никто не приходил, и Джордж скоро успокоилась. С собакой в ногах она чувствовала себя как дома.

А вот утром возвращать Тима в комнату Цыги было куда менее весело. Делать это приходилось ещё до того, как все встанут. К счастью, Джордж умела просыпаться в любое время, на какое она заводила свой внутренний будильник. Так что каждое утро ровно в полвосьмого она вставала, брала Тимоти за ошейник и бежала с ним к комнате Цыги. Тот сразу же выпрыгивал из своей постели. Его будил звонок, сигнализирующий о том, что кто-то проник в коридор. Схема работала как часы.

– Надеюсь, вам по-прежнему нравится у нас, – каждый раз говорил мистер Ленуар, встречаясь с ребятами где-нибудь в доме. И они нарочито кивали:

– О да, мистер Ленуар, очень нравится. Спасибо!

– Мы прекрасно проводим время, – добавлял Джулиан. – Это самые спокойные каникулы в нашей жизни.

О, если бы он знал, что скоро этому спокойствию придёт конец!