После обеда все собрались в комнате у мальчиков. Развернув на столе свиток, дети замерли. Они видели какие-то слова, написанные странными корявыми буквами, ещё там был знак компаса и буква «Е» на нём, которая явно обозначала «восток»[1]. И была таблица, разлинованная на восемь клеток, и в одной из них был проставлен крестик. Что это как не загадка?

– Я всё же полагаю, что это латинские слова, – сказал Джулиан. – Но даже если бы я смог их прочитать по отдельности, общий смысл высказывания мне не понять. Я слаб в грамматике. Нужен человек, который хорошо знает латынь.

– Джордж, твой отец знает латынь? – поинтересовалась Энн.

– Наверное.

Но никто, разумеется, не собирался обращаться за помощью к дяде Квентину. Во-первых, он может отнять свиток или возьмёт, чтобы разобраться, а потом забудет вернуть. Или, чего доброго, бросит его в огонь, решив по рассеянности, что это мусор. Учёные – такие чудаки.

– А мистер Роланд? – предположил Дик. – Как преподаватель, он не может не знать латынь.

– Не станем же мы обращаться с этим к постороннему человеку, – сказал Джулиан. – Сначала нужно хорошенько к нему присмотреться. Пока он производит приятное впечатление, но кто его знает. Ох, как же мне не терпится расшифровать всё это!

– Итак, что мы имеем… Наверху написаны два слова, – сказал Дик и попытался их прочитать: VIA OCCULTA. – Джулиан, что бы они могли значить?

Джулиан задумчиво наморщил лоб:

– Единственно, что приходит в голову… Что-то вроде тайного хода.

– Тайный ход! – мечтательно воскликнула Энн. – Было бы здорово, если так. Джулиан, а что это может быть за тайный ход?

– Энн, не смеши, ну откуда я могу знать?! – воскликнул Джулиан. – Я даже не уверен, что эти слова переводятся именно так. Я просто предположил.

– Если бы речь действительно шла о тайном ходе, то был бы план с указанием, как туда проникнуть, – сказал Дик. – Эх, Джулиан, какая досада, что мы не в состоянии ничего прочитать. Ну давай попробуй, ты же знаешь латынь лучше моего.

– Здесь такое старинное написание букв, что я и не знаю, – замялся Джулиан, внимательно вглядываясь в слова. – Нет, всё без толку. Мне с этим не разобраться.

За дверью послышались шаги, и в комнату вошёл мистер Роланд.

– Привет, ребята. А я-то гадаю – куда это вы запропастились? Не хотите прогуляться?

– Мы готовы, – ответил Джулиан, быстренько свернув свиток.

– А что это у вас? – поинтересовался мистер Роланд.

– Это св… – открыла было рот Энн, и тут ребята заговорили наперебой, чтобы Энн заткнулась и не разболтала очередной секрет.

– Прекрасный день для прогулки.

– Эй, пошли, одеваемся!

– Тим, Тим, где ты? – Джордж пронзительно свистнула.

Тим, дрыхнувший под диваном, стрелой вылетел оттуда. А Энн вся покрылась пунцовой краской стыда, понимая, почему все устроили такой гвалт.

– Вот дура, – тихо сказал Джулиан, проходя мимо. – Хуже малого ребёнка.

К счастью, мистер Роланд не стал уточнять про свиток. Он опустил голову и посмотрел на Тима.

– Пусть и он с нами пойдёт, – предложил мистер Роланд.

Джордж возмущённо вскинула голову на учителя:

– Конечно же пойдёт! Он всегда и всюду с нами!

Мистер Роланд покинул комнату, и ребята начали собираться. Что до Джордж – она была просто в ярости, что кто-то ещё смеет распоряжаться её собакой.

– А ты опять чуть не проболталась, – сказал Дик, обращаясь к Энн.

– Прости, я не подумала, – смущённо сказала та. – Но между прочим, мистер Роланд очень милый. И, может, нам стоит попросить его о помощи, чтобы он прочитал нам эти непонятные слова.

– Это уж позволь мне решать, – строго оборвал Энн Джулиан. – А ты держи рот на замке.

И все, включая Тимоти, отправились на прогулку. У мистера Роланда не было повода беспокоиться насчёт Тима, который явно сторонился его. И это было очень странно. Пёс не реагировал на учителя, даже когда тот пытался подозвать его.

– Обычно Тим так себя не ведёт, – заметил Дик. – Поверьте, он очень дружелюбный.

– Поскольку я вынужден жить с ним в одном доме, нам надо бы подружиться, – сказал мистер Роланд. – Эй, Тим, ко мне! Смотри, что я тебе дам, – печенье!

Услышав слово «печенье», Тимоти навострил уши, но всё равно даже не посмотрел на мистера Роланда. Поджав хвост, он побежал к Джордж.

Та похлопала его по загривку.

– Если человек не нравится, Тима не заманишь ни печеньем, ни даже косточкой, – сказала она.

Сокрушённо вздохнув, мистер Роланд сунул печенье обратно в карман.

– И вообще – ваш Тим какой-то странный, – заключил он. – Подзаборная дворняга. Лично я предпочитаю породистых.

Джордж просто позеленела от злости:

– Что значит странный? Вот уж кто странный – так это вы! И никакой он не подзаборный! Тим – лучшая собака на свете!

– Вы не очень-то вежливы, – произнёс учитель, поджав губы. – Я не позволю, чтобы мои ученики смели грубить мне, Джорджина.

Страшнее оскорбления, чем «Джорджина», и придумать было невозможно. Джордж надулась и отстала от компании вместе с Тимоти. У всех возникло чувство неловкости. Ребята знали про вспыльчивый нрав Джордж. Она была трудной девочкой. Но ещё они знали, что она изменилась в лучшую сторону с прошлого лета, став гораздо мягче и уступчивей. Будет обидно, если Джордж снова замкнётся, начнёт грубить и с кем-нибудь перессорится. Ведь на носу Рождество.

После этой неприятной сцены мистер Роланд начал игнорировать Джордж. Он ушёл вперёд с остальными ребятами, и они весело болтали о том о сём, а потом над чем-то смеялись. Учитель держал Энн за руку, и она шла рядом, радостно подпрыгивая.

Джулиану было ужасно жаль Джордж. Можно представить, как она сейчас злится, думая, что всем на неё наплевать, но ведь это не так. Нужно как-то разрядить ситуацию и замолвить словечко за Джордж.

– Мистер Роланд, – предложил Джулиан, – вы не могли бы называть мою кузину Джордж, потому что ей ужасно не нравится её имя. И ещё она очень привязана к Тиму и обижается, если кто-то говорит о нём плохо.

– Дорогой мой, – с притворным удивлением произнёс мистер Роланд, – я прекрасно понимаю твои благие порывы, но… – Тут в голосе его послышались стальные нотки. – Но я не нуждаюсь в советах учеников и буду поступать сообразно собственным суждениям. Я бы очень хотел иметь дружеские отношения с каждым из вас – рано или поздно так оно и будет, – но для этого Джорджина должна быть благоразумной. Вот вы трое умеете себя прилично вести, а она нет.

Джулиан густо покраснел, понимая, что его положили на лопатки. Он молча посмотрел на брата, ища у него поддержки. Дик одобрительно тронул его за плечо. Оба они знали, что Джордж может быть несносной, особенно если кто-то задевает её пса, но и мистеру Роланду ничего не стоило проявить снисхождение. Дик отстал от компании, поджидая Джордж.

– И не надо со мной идти, – вспыхнула Джордж. – Иди гуляй со своим другом мистером Роландом.

– И вовсе он мне не друг, не глупи.

– Вот ещё! – пробубнила Джорджина. – Я же вижу – вам весело, вы там над чем-то смеётесь, ну и пожалуйста. Мы с Тимом и без вас обойдёмся.

– Джордж, слушай, вообще-то у нас рождественские каникулы. Ну зачем нам ссориться? Ну?

– Не требуй, чтобы я обожала человека, который так относится к Тиму, – отрезала Джордж.

– Слушай, но ведь он только хотел дать ему печенье.

Джордж ничего не ответила, продолжая злиться.

– Джордж, пообещай не устраивать ничего до самой школы. Ты что, хочешь испортить нам каникулы? Ну пожалуйста, – примирительно попросил Дик.

Джордж насупилась, а потом сказала:

– Ладно. Постараюсь.

– Ну вот. Пошли к остальным.

Они догнали Энн, Джулиана и мистера Роланда, и Джордж пришлось сделать над собой усилие, чтобы убрать с лица недовольное выражение. Мистер Роланд понимал, что Джулиан попытался вразумить Джордж, и сразу же подключил девочку к беседе. Джордж не могла заставить себя улыбаться, но по крайней мере не грубила и отвечала вежливо.

– А эта не ферма ли Киррин? – спросил мистер Роланд, когда вдали показался дом стариков Сандерсов.

– Да, а вы там бывали? – удивился Джулиан.

– Нет, что вы, – поспешно проговорил учитель. – Я просто слышал про этот дом, вот и догадался.

– А мы утром ходили туда, – сказала Энн. – Там так интересно!

И она многозначительно посмотрела на ребят, надеясь, что, может, кто-то из них сам захочет рассказать про их утреннее приключение. Джулиан задумался. В конце концов, ничего страшного, если мистер Роланд узнает про тайники в камине, в прихожей и на втором этаже в шкафу. Ведь он всё равно сейчас познакомится с миссис Сандерс, и та наверняка захочет похвастаться книгой рецептов и расскажет, откуда она взялась. Единственно, о чём стоит умолчать, так это о свитке.

И Джулиан рассказал, как они провели утро на ферме Киррин и что с ними приключилось. Про всё, кроме свитка.

Мистер Роланд выслушал эту историю с неподдельным интересом.

– Удивительно, просто удивительно, – промолвил он. – Так вы говорите, что эти старики живут там совершенно одни?

– Обычно да, но в это Рождество у них будут гостить два художника, – вставил Дик. – Джулиан хочет пообщаться с ними. Между прочим, наш Джулиан отлично рисует.

– В самом деле? – вскинул брови мистер Роланд. – Интересно было бы взглянуть на эти работы. Но, полагаю, не стоит навязывать своё общение этим художникам. Возможно, им это будет неприятно.

Ну и заявочки! Конечно же в Джулиане сразу проснулся дух противоречия. Теперь уж он точно завяжет знакомство с художниками!

Прогулка завершилась благополучно, не считая того, что Джордж снова притихла, а Тимоти упорно держался подальше от мистера Роланда. Потом вся компания подошла к замёрзшему пруду, и Дик начал кидать палки для Тима. Тим пытался бежать быстро, чтобы схватить палку и принести её в зубах обратно, но его ноги смешно разъезжались на скользком льду, и все ухахатывались.

Ребята по очереди бросали палки, и Тим был рад поиграть с каждым. Когда же мистер Роланд кинул палку, Тим сделал такую морду, будто хотел сказать: «Штооо? Ты хочешь со мной поиграть? Нетушки!»