Осенний лист на длинном черенке

Поник, подумал… и слетает в воздух.

А степь в рассветном голубом дымке

Примолкла, долгий предвкушая роздых.

Давно пшеница убрана в полях.

Стерни колючки в пахоте размякли.

Скирды в низинах — на манер папах

Из серебристо-серого каракуля.

И, пробиваясь нехотя из мглы,

Лучи ложатся — все спелей, багряней,

Они как будто слишком тяжелы

Для зябкой, паутинно-тонкой рани.