Крапива жжется,

не скули — что жжется.

Ну кто тебя просил

хватать рукой?

А боль уймется,

скоро все уймется,

но не проси

судьбу, чтоб твой покой

она хранила,

чтоб тебя хранила,

как слух хранят,

когда гремит гроза,

как жизнь, как силы, —

из последней силы,

и как зеницу ока,

как глаза.

Пусть все коснется

нас, как всех коснется,

оставит смех и горечь

на губах.

Сквозь тьму колодца,

глухоту колодца

свет, запах не пробьется,

пуля, страх.

Где запахи цветенья —

без цветенья?

Чем нам дышать?

Что ветер принесет?

Река забвенья,

быстрина забвенья

дней наших баржи

дальше понесет.

Крапива жжется,

не скули — что жжется.

И у крапивы есть

свой странный май.

А боль уймется,

навсегда уймется,

и все тогда пройдет,

и все — прощай.