Сценарий фильма "Титаник" на русском языке
Сценарий "Титаника" ("Titanic", 1997) был написан режиссером Джеймсом Кэмероном в первой
половине 90-х, фильм "Титаник" вышел на экраны в 1997 году. От вышедшего фильма сценарий
отличается наличием сцен, которые были вырезаны или сокращены при монтировании
окончательной версии.
Значительное число эпизодов, не вошедших в фильм, объясняет некоторые нестыковки в
смонтированных сценах. Вошедшие сцены старались не переснимать в последний момент перед
выходом фильма. Например, вырезанная сцена с Роуз, разбушевавшейся в своей спальне,
объясняет, почему плачущая бегущая по палубе девушка была так растрепана, хотя за столом мы
видим ее аккуратно одетой и причесанной. Отдельные моменты упущены при монтаже - например,
сцена с Бейкером Джоухином на корме корабля. До разлома корпуса пьяный Джоухин находится
уже по внешнюю сторону перил кормы - он никак не мог удержаться там даже будучи трезвым, если
корма весом в тысячи тонн упала из вертикального положения в горизонтальное.
Если бы все запланированные в сценарии сцены вошли в "Титаник", то он бы растянулся не на три,
а примерно на четыре с половиной часа. Но стремление режиссера не делить фильм на серии
вполне объяснимо - история распалась бы на куски и перестала быть более цельной. К тому же,
разбивать фильм пришлось бы в самый неподходящий момент - на середину фильма приходится
сцена столкновения корабля с айсбергом. Весь накал напряжения, которого так стремился достичь
Кэмерон, был бы испорчен этим делением. Поэтому режиссер избавился от всего, от чего только
мог, как от лишнего балласта, чтобы сократить фильм и не потопить основную сюжетную фабулу.
В окончательной версии фильма некоторые реплики Кэмерон передает другим персонажам, многие
мелкие сцены затопления корабля перемешаны и раздроблены для достижения той же цели -
большей напряженности и динамичности целого.
В сценарии герои "Титаника" обрисованы более детально, в чем-то даже более реалистично. Мы
узнаем, что первоначально Кэмерон создал образ Джека Доусона менее идеализированным, что
более похоже на бродягу-сироту из 3-го класса; образ Роуз оказывается более импульсивным, что
больше соответствует ее 17-летнему возрасту. Мы наблюдаем, что история любви Джека и Роуз
развивалась более последовательно.
Cтановится более очевиден и мотив подводных работ Брока Лавита, и сам образ Лавита и его
помощников. А в заключении мы узнаем, что старушка бросает в воду "Сердце океана" не одна, а
при свидетелях, которые хотели завладеть сокровищем. А также понимаем, что Роуз делает это не
только по причине старческого чудачества, но и ради того, чтобы благополучно сложилась еще одна
любовная история.
Текст сценария "Титаник" позволяет познать, насколько глубок был замысел Кэмерона, и насколько
конечный фильм соответствует и не соответствует этому замыслу. Кэмерон здесь еще проходит
становление как драматург-архитектор, в "Титанике" проявляется еще много его слабых сторон. Но
при этом история, созданная режиссером-сценаристом, необычайно захватывает, вовлекает нас в
события отчасти правдивые, отчасти вымышленные. Скорее всего, "Титаник" останется
единственным фильмом Кэмерона, созданным по следам реальных исторических событий.
Сценарий "Титаника" переведен на русский язык в 2004 году.
Автор статьи: Кошечкина Евгения
"ТИТАНИК"
Сценарий Джеймса Кэмерона
1. Мрак.
Мрак. Затем появляются два тусклых приближающихся источника света... они становятся все ярче и
превращаются в две глубоководных субмарины, спускающиеся к нам словно специальные
грузоподъемники.
Одна из субмарин похожа на сияющий огнями космический корабль с острыми манипуляторами, она
опережает другую и продолжает приближаться, пока не заполняет кадр.
Наклоняясь, мы следим, как они опускаются всё ниже и ниже в беспредельный мрак, становясь
сначала светлячками, потом звездами. Затем они исчезают.
2. Экстерьер – интерьер. «Мир-1». В глубинах северной Атлантики.
Въезд: мы в одной из опускающихся субмарин под названием «Мир-1».
Развернуть по окружности камеру: видны хозяева субмарины.
Внутри - тесная семифутовая сфера, заполненная оборудованием. Младший лоцман Анатолий
Михайлович сидит, согнувшись над панелью управления... и ненавязчиво напевает что-то на
русском.
Рядом с ним – Брок Лавит. Это сильно загорелый мужчина, ему больше сорока. Брок любит носить
свой Номекс-костюм расстегнутым и демонстрировать седовласую грудь, покрытую золотом,
добытым с легендарного затонувшего корабля. Он - ловец, морской охотник за сокровищами, ас по
подъему затонувших судов, частично историк, частично искатель приключений, а также добытчик-
комиссионер. В данный момент он поворачивается лицом к поглотителю СО2, быстро засыпает и
храпит.
С другой стороны, заполнив остальное пространство, расположился бородатый толстяк по имени
Льюис Бодин, который тоже спит. Льюис работает с пультом управления и является авторитетным
экспертом «Титаника».
Анатолий бросает взгляд в нижний гидролокатор и делает корректировку балласта.
3. Экстерьер. Морское дно.
Плоский, мертвенно-бледный пейзаж становится более различим в свете, падающем сверху, когда
«Мир-1» входит в кадр и опускается на морское дно, взбаламутив его поверхность движением
двигателей. После двухчасового свободного падения «Мир-1» с громким стуком ударяется о дно.
4. Интерьер. «Мир-1».
При посадке Лавит и Бодин судорожно просыпаются.
АНАТОЛИЙ (с сильным русским акцентом):
— Прибыли.
5. Экстерьер – интерьер. «Мир-1» и «Мир-2».
Несколько минут спустя две подводные машины просматривают морское дно с помощью звукового
гидролокатора и других приборов.
6.
В свете субмарин становится различим невыразительный серый ил, покрывающий дно. Бодин
смотрит на дисплей гидролокатора, где видны очертания огромного объекта. Анатолий управляет
субмариной, лежа ничком. Его лицо прижато к центральному порту.
БОДИН:
— Немного левее. Он прямо напротив нас, в 18 метрах. 15. 13... сейчас ты его увидишь.
АНАТОЛИЙ:
— Ты его видишь? Я не вижу... а, вот!
Из темноты подобно призрачному видению появляется нос корабля. Его острие надвигается прямо
на нас; кажется, он, как и дно, изборожден осадочной породой. Корабль возвышается над морским
дном, сохранившись точно в таком положении, как опустился 84 года назад. «Титаник». Или то, что
от него осталось. «Мир-1» поднимается и проплывает над перилами носа, невредимыми за
исключением каменных наростов, задрапировавших их подобно смутировавшему испанскому
лишайнику.
Ужать: изображение на мониторе портативной видеокамеры. Лицо Брока Лавита заполняет черно-
белый экран.
ЛАВИТ:
— Это каждый раз поражает меня.
За плечом Анатолия становится заметным и выходит на передний план изображение: освещенные
вдали перила бака. Анатолий поворачивается.
АНАТОЛИЙ:
— Сам виноват, потому что обворовываешь мертвецов.
Расширить, показывая, как Брок поворачивает камеру на себя, перемещая ее в руке так, что она
оказывается направленной на его лицо.
ЛАВИТ:
— Спасибо, Толя. Ты работаешь тут со мной.
Брок снова серьезно, задумчиво и пристально смотрит на передний план, держа камеру на
вытянутых руках обращенной на себя.
ЛАВИТ:
— Это поражает меня каждый раз... видеть печальные руины великого корабля, сидя здесь, где он
затонул в 2:30 утра 15 апреля 1912 года, после долгого погружения с поверхности.
Анатолий вертит глазами и бормочет на русском. Бодин хихикает и смотрит в гидролокатор.
БОДИН:
— Вы переполнены дерьмом, босс.
7.
«Мир-2» опускается вниз, к правому борту кормовой части мимо огромного якоря, в то время как
«Мир-1» проходит к как будто бесконечной палубе бака с массивными якорными цепями и
блестящими бронзовыми брашпилями, все еще лежащими в два ровных ряда. Подводные машины в
22 фута длиной похожи на белых жуков, ползающих по гигантским обломкам корабля.
ЛАВИТ (за кадром):
— Девятое погружение. Мы вновь на палубе «Титаника»... глубина две с половиной мили. Давление
три тонны на квадратный дюйм, и если покрытие не выдержит, этого достаточно для того, чтобы нас
раздавить как муравья, на которого находит товарный поезд. И если иллюминаторы толщиной в
девять дюймов треснут, то это будет Сайонара в две микросекунды.
8.
«Мир-2» садится на шлюпочную палубу и следует по руинам офицерских отсеков. «Мир-1»
приземляется неподалеку на крышу палубной надстройки.
ЛАВИТ:
— Ладно. За работу.
Бодин мягко передвигается к паре трехмерных электронных линз и захватывает пульт управления
робота.
9. Вне субмарины.
Маленький оранжево-черный робот, называемый «Ищейка», поднимается из люка и выплывает
вперед.
БОДИН (за кадром):
— Следуем за «Ищейкой».
«Ищейка» удаляется от субмарины и разматывает позади себя соединяющий шнур, напоминая
игрушку йо-йо. Ее двойные видеокамеры на шарнирах похожи на глаза насекомого. Робот ныряет в
открытую шахту, которая когда-то была прекрасной парадной лестницей первого класса.
«Ищейка» спускается на другие палубы, затем движется боком в гостиную первого класса. Камера
показывает, как она перемещается по изобилующему пещерами интерьеру. В свете прожекторов
движутся остатки богато украшенной резьбы по дереву ручной работы, которая придавала кораблю
изящность. Очертания расплылись от медленного разложения и упавших проржавевших
образований. Сталактиты ржавчины свисают так, что временами кажутся настоящим гротом. Затем
сцена смещается, и контуры призрачного подводного дворца становятся видны снова.
Монтаж сцен:
«Ищейка» проходит призрачные картины роскоши «Титаника»:
10.
Рояль, ударившийся боком о стену, сохранился в удивительно хорошей форме. В свете прожекторов
различимы черные и белые клавиши.
11.
Люстра все еще свисает на проводе с потолка... и сверкает, пока «Ищейка» перемещается вокруг
нее.
12.
На полу играют блики, освещая бутылку шампанского, потом несколько приборов сервиза «Уайт
Стар Лайн»... высокую женскую туфельку «гренни». Затем что-то жуткое: нечто, похожее на
детский череп, оказывается фарфоровой головой куклы.
«Ищейка» входит в коридор, который сохранился лучше. Повсюду все еще висят на своих ржавых
петлях двери. Богато украшенная часть обшивки, настенные канделябры... намек на великолепие
прошлого.
13.
Робот поворачивается и движется через черный дверной проем, входя в комнату Б-52, - гостиную в
наборе комнат с прогулочной палубой, одну из самых роскошных кают «Титаника».
БОДИН:
— Я в гостиной. Курс в спальню Б-54.
ЛАВИТ:
— Избегай пола. Не буди его, как ты это делал вчера.
БОДИН:
— Стараюсь, босс.
В свете ламп видны сверкающие медные детали почти полностью сохранившегося камина. По нему
ползет краб-альбинос «Галатея». Неподалеку - остатки тахты и письменного стола. «Ищейка»
пересекает руины некогда изящной каюты по направлению к другой двери и протискивается через
дверной проем, задевая ржавчину и куски дерева, болтающиеся с обеих сторон. Робот выходит из
облака ржавчины и продолжает двигаться.
БОДИН:
— Я пересекаю спальню.
Остатки кровати с балдахином. Разбитые стулья, комод с зеркалом. Сквозь разваленную стену
ванной комнаты виден фарфоровый стульчак. Ванна выглядит почти как новая, сверкая во тьме.
ЛАВИТ:
— О-кей, я хочу посмотреть, что под той гардеробной дверью.
Несколько ракурсов: робот выпускает свои руки-манипуляторы и начинает переворачивать
обломки. Поднята лампа, ее керамические цвета так же ярки, как в 1912 году.
ЛАВИТ:
— Полегче, Льюис. Бери ее медленно.
Льюис хватает гардеробную дверь, наклонно лежащую в углу, и тянет ее с помощью манипулятора
«Ищейки». Она неохотно движется в облаке ила. Под ней различим какой-то темный предмет. Ил
оседает, и камеры «Ищейки» показывают им, что находится под дверью...
БОДИН:
— Ого, вы видите то, что вижу я?
Наезд: Лавит смотрит на мониторы. По выражению его лица кажется, будто он увидел Священный
Грааль.
ЛАВИТ:
— О-о, цыпа, цыпа, цыпа.
(хватает микрофон)
— Сегодня день зарплаты, ребята.
На экране в сиянии прожекторов виден предмет их поиска: маленький стальной сейф с кодовым
замком.
14. Экстерьер. Кормовая палуба «Келдыша». День.
Сейф, поднятый из воды под полуденным солнцем, опускается на палубу корабля с помощью троса
лебедки.
Мы на русском исследовательском судне «Академик Мстислав Келдыш». Собралась толпа,
включающая большую часть команды, младший экипаж и фальшивомонетчика по имени Бобби
Бьюел, который является представителем партнеров. Здесь также бригада документальной
видеосъемки, нанятая Лавитом, чтобы запечатлеть момент его славы. Все они толпятся вокруг
сейфа на фоне того, как «Мир-2» опускается в стапель с помощью массивной гидравлической руки.
«Мир-1» с Броком Лавитом и Льюисом Бодином уже возвращен, Бодин прыгает к сейфу как ребенок
рождественским утром.
БОДИН:
— Ну, скажи, кто самый лучший?