Я расскажу о сущности искусства…

Я поднял птицу мертвую с земли,

Увидев кровь,

Бегущую из клюва,

И сломанные крылышки в пыли.

Земля пестрела реками, лесами,

Но жаворонок,

Павший на жнивье,

Игрушечными черными глазами

Смотрел на небо,

А не на нее.

Я понимал, что смерть его подсудна.

Я с ним пошел.

Я тих и странен был.

Прохожих останавливал повсюду

И спрашивал я: «Кто его убил?»

Мне отвечали старики и юноши

У горных пастбищ,

У долинных рек:

«Да разве можно, друг, стрелять в поющего?

Да как ты мог подумать? Это — грех…»

И лишь в Мухрани объяснил мне старец,

Что смерть такая —

Плата за полет,

Что если петь о солнце птица станет,

Она летит к тому,

О чем поет.

Внизу снега, внизу желтеет жатва,

Внизу — птенцов горластая семья,

А в синем небе жаворонку жарко

От молодости, солнца и себя.

Уже, в пространстве синем затонувший,

Не виден он…

Летит он в высоту,

Но вот, от счастья небом захлебнувшись,

Он падает и гибнет на лету!

…Вокруг темнело,

Облака разбухли,

И слышались раскаты вдалеке.

Стоял я тихо в трепетном раздумье

С бестрепетною птицею в руке.

И знал я, что пора настанет, —

Пускай за это жизнью заплачу, —

Но лишь над миром снова солнце встанет,

Я руки распахну и полечу!

Ни разу ни на что не оглянувшись,

Я полечу!

Пусть плачут обо мне, —

Как жаворонок, солнцем захлебнувшись,

Умру я в небе с песней о земле!