О, не напрасно, нет, гремели пушки в поле,

и наша кровь лилась, и шли мы умирать.

О, не напрасно, нет, сама, по доброй воле,

иконки и кресты с детей снимала мать!..

Гул на шоссе шагов… машины перебои…

С трибун приветствуют задымленных бойцов…

Все — как чудесный сон, возникший предо мною

в забое, в полутьме, под песню обушков…

И девушки идут, и жены выступают,

и детвора бежит, — восторг в глазах горит…

И ночь скрипит, скрипит, промозглая, слепая,

и поднят мрак ее на лезвиях зари…

О, не напрасно, нет, гремели пушки в поле,

и наша кровь лилась, и шли мы умирать.

О, не напрасно, нет, сама, по доброй воле,

иконки и кресты с детей снимала мать!..