Не совсем пробудившись от сна,

В полудреме вершины, как дети,

А над ними, как чаша, луна

Серебрится в предутреннем свете.

В золотую парчу облачась,

Свой наряд они сбросили старый.

Вот и козы проснутся сейчас,

И глаза приоткроют архары.

Им неведомы дымы костров

И дыханье пустынного зноя, —

Только трав они знают покров,

Первозданную прелесть покоя.

Не страшны им зимой холода,

Не боятся с охотником встречи,

И лишь небо поймет без труда

Их забытое нами наречье.

И не только в горах пешеход,

Но приходит в восторг даже птица,

Увидав, как пылает восход

И цветочная свежесть струится.

О, не гасни, заря, среди скал

И сияй этим птицам и травам!

Чтобы стих на вершине звучал,

Должен быть он, как ты, величавым.

Если б стал я нагорной рекой,

Если б доля скалы мне досталась,

Не хотел бы я жизни другой,

Может быть, не пришла бы и старость.

Здесь, в горах, обитают цветы,

Человечьих не зная ладоней,

Реют звуки такой чистоты,

Что становишься сам окрыленней.

По тропе, где деревья сплелись,

Поднимусь и на камень присяду…

Озари меня, горная высь,

Животворную дай мне прохладу!