Обыкновенно люди считают мысль чем-то маловажным: потому они очень мало разборчивы при принятии мыслей. Но от принятых правильных мыслей рождается всё доброе; от принятых ложных мыслей рождается всё злое. Мысль подобна рулю корабельному: от небольшого руля, от этой ничтожной доски, влачащейся за кораблём, зависят направление и по большей части участь всей огромной машины. «Помышление преподобное соблюдёт тя» (Притч. II, 11), – говорит Писание; оно научает, чтоб самое «начало словес» наших было «истина». Что это за «начало словес», как не образ мыслей (Письма о подвижнической жизни. Письмо 201 «О наблюдении за своими мыслями»)[299].
Часто беседую с Вами об Истине. Мне хочется, чтоб Вы поняли, как важно наблюдение за своим образом мыслей, за своим разумом. Человек непременно водится своим образом мыслей: это – свет наш. С большою тщательностью надо бдеть за светом нашим, чтоб он не сделался тьмою, светом лживым, показывающим предметы не на их местах, не в их виде, одни вместо других. «Блюди, еда свет, иже в тебе тма есть» (Лук. 11:35). Надо, чтоб наш образ мыслей был проникнут Истиною. Кроме Христа, не понимаю и не знаю другой Истины. И не слепцы ли те, кто бы они ни были, которые в то время, когда предстоит им Христос в страшном величии смирения, вопрошают: что Истина? – Вникните глубоко в слова мои! прошу, умоляю Вас! умоляю Вас для Вашего же спасения… Истина засвидетельствована на Земле Духом Святым. Так говорили апостолы иудеям. Свидетель Христа-Истины – Дух Святый. Где нет свидетельства от Духа, там нет доказательств Истины. Желающий непогрешительно последовать Истине, должен пребывать в учении, запечатлённом, засвидетельствованном Духом Святым. Таково учение Священного Писания и Святых Отцов Восточной Церкви, единой святой, единой православной и истинной. Всякое другое учение чуждо Истины-Христа, Истины, сошедшей с неба, по несказанному милосердию Божию открывшейся человекам, «сидевшим во тьме и сени смертной», погрязшим в тёмной и глубокой пропасти самообольщения, неведения, падения, погибели (Письма о подвижнической жизни. Письмо 201 «О наблюдении за своими мыслями»).
Кто знает всё это со всей удовлетворительностью? Один Бог! Он, по свойству бесконечного, имеет обо всём совершенное понятие, чуждое всякого недостатка, и доказал Он такое понятие доказательством совершенным: сотворением из ничего бесчисленных миров, видимых нами и невидимых, ведомых и неведомых. Свойственно бесконечному оживлять несуществующее в существование, чего не сильны сотворить никакие числа, как бы ни были они велики. Доказательство беспредельности Разума, управляющего Вселенной, продолжает великолепно выражаться существованием всего существующего[300]. Малейшее количество законов творчества и существования, и то в некоторой степени, постигнуто человеками. Постигнуто ими и то, что всю природу объемлет превысшее человеческого постижения законодательство. Если нужен ум для постижения частицы законов, тем необходимее Он для составления их (Аскетические опыты. Т. II. Глава 5 «Судьбы Божии»)[301].
Из монастырского уединения смотрю на видимое нами великолепное и обширное мироздание – поражаюсь недоумением и удивлением. Повсюду вижу непостижимое! Повсюду вижу проявление Ума, столько превышающего мой ум, что я, созерцая бесчисленные произведения Его в необъятной картине мира, вместе не могу понять окончательно ни одного произведения Его, ни одного действия Его. Мне дана возможность созерцать только ту часть творения, которая доступна моим чувствам; мне дана возможность осязательно убедиться в существовании вещества, доступного для чувств моих по его свойствам, недоступного для меня по ограниченности моей[302]; мне дана возможность заключать со всею достоверностью по веществу, подверженному моим чувствам и исследованию, о существовании вещества, недоступного для меня по тонкости его; мне дано узнать, что природа управляется обширнейшим, премудрым законодательством, что законодательство это одинаково объемлет и громаднейшие и самомалейшие творения.
Ничто из существующего не изъято из подчинения законам. Мне дано узнать, узнать лишь отчасти и поверхностно, малейшую часть законов природы, чтоб из этого познания, составляющего плод тысячелетних усилий и славу ума человеческого, я заключил положительно о существовании Ума неограниченного, всемогущего (Рим. 1: 20). Возвещает Его, громко проповедует природа. Во мне, естественно, существует понятие о Боге: понятие это не может быть не запечатлено неомрачимым сознанием, которое почерпает душа из рассматривания природы чистым оком. Непостижима она для меня! Тем непостижимее делается она, чем я более ввожусь в постижение её! Должна быть она непостижимою, будучи произведением непостижимого Бога! Непостижимо для меня раскинут широкий свод небес, утверждены на своих местах и в своих путях огромные светила небесные: столько же непостижимо произрастает из земли травинка, небрежно попираемая ногами. Она тянет из земли нужные для себя соки, разлагает их, образует из них свойственные себе качество, вкус, запах, цвет, плод; возле неё другой стебелёк, из той же земли, из таких же соков, вырабатывает принадлежности совсем иные, последуя отдельным, своим законам, и часто возле вкуснейшей ягоды или благовоннейшего цветка произрастает злак, напитанный смертоносным ядом (Слово о человеке. Введение)[303].
Видимая тварь очень справедливо может быть названа одеждою Бога; невидимый Бог, облечённый в эту одежду, видится: в велелепоту облёкся ecu (Пс. 103:1). Великолепна видимая нами природа! Проповедует бытие Бога, проповедует она всемогущество, премудрость, благость Божии. И громадные создания, и создания мельчайшие имеют свои законы; открытие частицы этих законов служит славою для ума человеческого, который должен сознаться, что открытое им ничтожно пред не открытым. Открыта малейшая доля того, что возможно было открыть при ограниченных способностях человека; бесчисленное множество осталось сокрытым; бесчисленное множество сокрытого не может быть открытым по невозможности открытия.
Человеческий ум, измеривший и исчисливший пути планет в необъятном поднебесном пространстве, останавливается в недоумении пред ничтожною травкою, небрежно попираемою ногами. Он не может объяснить, в чём заключается жизнь этой травки, какие соки она тянет корнем своим из земли, как и чем разлагаются эти соки, дают произрастаниям различные виды, различные запахи, различные цвета, различные вкусы. Что значит луч солнечный? Что за явление – электричество? Подобных вопросов можно предложить бесчисленное множество. Мы видим действие; действие свидетельствует о существовании законов; законы закрыты от человеческого ума непостижимостью. И открытые законы, и открытое существование законов, превысших постижения, составляя труд и славу человеческого ума, свидетельствуют ясно, что они произведены и установлены высочайшим Умом. Необъятен этот Ум: потому что произведение его – природа – необъятно. Возвеличишася дела Твоя Господи, вся премудростию сотворил ecu (Пс. 103:24); одно безумие и сумасбродство могут провозглашать, что твари, существующие по мудрейшим законам, суть произведения случая, произведения безумия. Дела Ума оклеветываются в безумии безбожниками, хвалящимися умом своим, когда они откроют какой-либо закон из тех законов, составление которых они приписывают безумному случаю. Что может быть бессмысленнее клеветы, которая противоречит сама себе?
Величие дел Божиих, созерцаемое в видимой природе, приводит к славословию Бога: род и род восхвалят дела Твоя, и силу Твою возвестят. Великолепие славы святыни Твоея возглаголют, и величие Твое поведят (Пс. 144:4–6). Еже возможно разумети о Бозе, Бог явил есть им. Невидимая бо Его, от создания мира творенми помышляема, видима суть, и присносущная сила Его и Божество, во еже быти безответными (Рим. 1:19–20) всем, не познавшим и не признавшим Бога из созерцания видимых тварей. Видимая природа направлена в служение нам: направлены в это служение светила небесные, воздух и множество других газов, земля, моря, реки, животные, произрастания, металлы, минералы.
О странник земной! Взгляни на природу, на эту гостиницу и странноприимницу, в которую ты помещён на кратчайший срок, на срок земной жизни, – взгляни на неё из чистоты ума, образуемой добродетельною жизнью и устранением себя от жизни скотоподобной; взгляни на обилие благ, которыми ты обставлен! От такого воззрения естественно душа исполняется благодарения Богу. Это совершилось со всеми, созерцавшими природу из настроения, доставляемого христианскою жизнью. Предрёк о них пророк: «Память множества благости Твоея отрыгнут, и правдою Твоею возрадуются. Щедр и милостив Господь, долготерпелив и многомилостив: благ Господь всяческих, и щедроты Его на всех делех Его. Да исповедятся Тебе, Господи, вся дела Твоя, и преподобнии Твои да благословят Тя» (Пс. 144:7-10).
Увидеть Бога, ясно видимого в видимой природе, воздать Ему поклонение, славословие, благодарение предоставлено всем человекам: увидели Его весьма немногие; увидели Его те, которые не отъяли у себя способности к зрению рассеянною, чувственною жизнью, принятием ложных мыслей, которые не вступили под руководством этих пагубных руководителей в ложное направление и ложную деятельность, решительно враждебные Богу, отвергающие Бога в разнообразных формах отвержения (Аскетическая проповедь. Гл. 43)[304].
Искупитель возвратил человекам тот Светильник, который им дарован был при создании Создателем, которого лишились они при грехопадении своём. Этот Светильник – Дух Святый, Он Дух Истины, наставляет всякой истине, испытывает глубины Божии, открывает и изъясняет тайны, дарует и вещественные познания, когда они нужны для духовной пользы человека. Учёному, желающему научиться духовной мудрости, завещает апостол: «Аще кто мнится мудр быти в вас в веке сём, буй да бывает, яко да премудр будет» (1 Кор. 3:18). Точно! Учёность не есть собственно мудрость, а только мнение мудрости. Познание Истины, которая открыта человекам Господом, к которой доступ – только верой, которая неприступна для падшаго разума человеческаго, – заменяется в учёности гаданиями, предположениями. Мудрость этого мира, в которой почётное место занимают многие язычники и безбожники, прямо противоположна, по самым началам своим, мудрости духовной, Божественной. Нельзя быть последователем той и другой вместе; одной непременно должно отречься (Письма о подвижнической жизни. Письмо 194).
Христианство как дар всесовершенного Бога удовлетворяет преизобильно всех: вера от искренности сердца заменяет для младенца и простеца разумение, а мудрец, который приступит к христианству узаконенным образом (1 Кор. 3:18), найдёт в нём неисчерпаемую глубину, недосягаемую высоту премудрости. В христианстве сокровенно и истинное Богословие, и неподдельная психология, и метафизика. Только христианин может стяжать правильное познание, доступное человеку, о человеке, о духах святых и отверженных, о мире, невидимом телесными очами. Из просвещения, доставляемого христианством, образуется то воззрение на учёность человеческую, которое имеет на неё Бог. Премудрость мира сего – буйство у Бога есть. «Господь весть помышления мудрых, помышления, из которых составляется их учёность, яко суть суетна» (1 Кор. 3:19–20).
Помышления эти, или познания, относятся к одному временному и суетному, приводят имеющего их к тщеславию, к гордости, к самообольщению, к погублению жизни в заботах об одном тленном и преходящем, к греховной жизни, к отвержению и забвению Бога и вечности. Когда ж человек, не озарённый светом Христовым, дерзнёт рассуждать о предметах духовных, тогда ум его блуждает как бы в мрачной, беспредельной пустыне и вместо истинных познаний, к приобретению которых он не имеет никакой возможности, сочиняет мнения и мечты, облекает их в тёмное и хитросложное слово, обманывает ими себя и ближних, признавая мудрость там, где со всею справедливостью должно признать умоисступление и умоповреждение (Аскетическая проповедь. Гл. 23).
Монашество есть наука из наук. В ней теория с практикой идут рука об руку. Этот путь на всём протяжении своём освящается Евангелием; этим путём от наружной деятельности, при помощи небесного света, переходят к самовоззрению. Правильность самовоззрения, доставляемая Евангелием, неоспоримо доказывается внутренними опытами. Доказанная, она убедительно доказывает истину Евангелия. Наука из наук, монашество, доставляет – выражусь языком учёных мира сего – самые подробные, основательные, глубокие и высокие познания в Экспериментальной психологии и Богословии, то есть деятельное, живое познание человека и Бога, насколько это познание доступно человеку (Аскетические опыты. Т. 1. Гл. 46)[305].
…Обновлённое естество имеет благодатное знание и зрение зла, даруемое Богом; знание и зрение зла, не только не нарушающие целостности добра в человеке, но и служащие к строжайшему охранению человека от опытного познания зла, гибельного для человека (Аскетические опыты. Т. 2).
…Занятия умственные способны отвлекать человека от смирения и Бога, привлекать к самомнению и поклонению своему я (Письма к мирянам)[306].
Науки человеческие, будучи плодом падения, удовлетворяя человека, представляя ему Божию благодать и Самого Бога ненужными, хуля, отвергая, уничижая Святого Духа, стали сильнейшим орудием и средством греха и диавола для поддержания и укрепления падения (Аскетические опыты. Т. 1).
Пребывайте в пристанище Истины. Старается враг спасения человеческого выманить мысль нашу из пристанища Истины различными призраками Истины. Он знает силы этой сети. Эта сеть кажется ничтожной для неопытного глаза; ум приманивается к ней любознательностью, пышным святым наименованием, которым обыкновенно прикрыта пагуба. Так легковерный соловей, птичка, особенно любопытная, приманивается пищей, разбросанной под сеткой, и попадает навсегда в скучную неволю.
Пагубна мысль ложная: она вводит в душу омрачение, самообольщение, делает её пленницей миродержителя. «Истина сделает вас свободными» (Ин. 8:32), – сказал Спаситель; очевидно, что ложь лишает свободы, подчиняет области князя века сего. Желаю, чтобы вы были свободны, чтобы зрение души вашей было чисто и светло, чтобы разум ваш был проникнут светом Истины и изливал свет благодатный на всю жизнь вашу, на все дела ваши (Избранные письма. Письмо 139)[307].
Мысли и помыслы подобны рулю, который определяет курс корабля. Под «кораблём» святитель Игнатий понимал отдельного человека. Современная наука определяет мысли уже миллионов людей. Поэтому её можно сравнить с рулём, который определяет курс всего общества. Другие элементы общественной системы (экономика, политика, государство) можно сравнить с двигателем и корпусом корабля. Какими бы мощными ни были экономика и государство, курс общества будет определяться той «ничтожной доской, влачащейся за кораблём», которая называется наукой. Наука в данном случае понимается в широком смысле, включая в себя не только научные исследования, но также образование и культуру, которые доводят идеи науки до сознания миллионов людей.
Следует также обратить внимание на слова святителя Игнатия о том, что монашество есть наука из наук, поскольку органично соединяет в себе теоретическое познание и практику. Об этом органическом соединении теории и практики в монашестве писали и говорили многие Святые Отцы. Например, преподобный авва Нестерой: «В этом мире много родов знаний, такое же разнообразие их, как и искусств и наук. Но хотя они все или вовсе бесполезны, или служат для удобств только настоящей жизни, однако ж нет никакой, которая бы не имела собственного порядка своего учения и способа, по которому бы могла быть приобретена желающими. Итак, если те искусства имеют известные свои правила для усвоения их, то тем более учение нашей религии и монашеское звание, которое стремится к созерцанию невидимых тайн и ищет не настоящей корысти, а воздаяния вечной награды, имеет известный порядок и основание. Знание его бывает двоякое: первое практическое, т. е. деятельное, которое относится к исправлению нравов и очищению пороков; второе теоретическое, т. е. которое состоит в созерцании Божественных предметов и познании сокровеннейших истин»[308].