Орбита Терры
Смертельный свет “Первобытного” поглотил ночные небеса Терры. Со стен Императорского дворца он выглядел ослепительной вспышкой, которая непрерывно пульсировала, как испорченное пикт-изображение. Она отбрасывала танцующие тени в дымившие копи Атлантии. На вершинах Гималазии кибер-кочевники проснулись и, увидев, как свет корчился за облаками, зашептали старые легенды о небесных драконах, проглотивших солнце. На Луне последние генетические мастера наблюдали, как зазубренная звезда разорвала лицо материнской планеты.
Но взрыв не прошёл бесследно, а поглотил высокую и низкую орбиту. Док “Ганнем” исчез. Вращавшиеся стометровые обломки врезались в ближайшие небольшие космические станции и разорвали их на части. Расцвели новые огни. Облака мусора водопадом хлынули сквозь сферу Терры. Корабли перекручивались и пылали, пытаясь сбежать от взрывной волны. Сотням это не удалось. Вихри осколков разрывали броню системных мониторов и военных кораблей. Газ и огонь вырывались в вакуум. Обломки закружились к планете внизу, падая и пылая.
Сигнальная башня 567-Бета
Отравленные пустоши Гоби, Терра
– Что это? – спросил Инкарн. Он задрал лысую голову, когда над ними замерцал свет.
– Что-то, что нас не касается, – ответила Мизмандра. Она кивнула на серебристые предметы, подсоединённые к множеству шестерёнок и проводков. Из подключений повалил дым. – Сработало?
Инкарн посмотрел на неё, скривив губу.
– Сработало. Находись ты в Императорском дворце, то от ужаса и пошевелиться не смогла бы.
Она нахмурилась, не отводя взгляда от коробочки техно-арканы.
– Странно, не так ли? Они оставили главный канал системы аварийного предупреждения именно здесь и почти без охраны. Очень любезно с их стороны.
Инкарн пожал плечами.
– Что говорит Легион? То, что ты считаешь силой – слабость. Получить здесь доступ несложно, но так ты только приведёшь всех в полную боевую готовность. Какой нападавший захочет предупредить врага о нападении?
Он ухмыльнулся. Жест напомнил ей оскал слепой рыбы в пещерных озёрах родного мира.
– Есть и другие, не так ли? – спросил он, кивнув на пульсирующий сверху свет. – Другие ячейки зажигают свои небольшие костры хаоса? Сколько, по-твоему, Легион активировал их?
– Не знаю, – пожала плечами Мизмандра. – Достаточно для достижения цели.
– И эта цель?
– Время истекло, – раздался сверху голос Фокрона. – Переходите ко второму этапу и готовьтесь уходить.
Инкарн моргнул и подошёл ближе к открытым распределителям. Он снял правую перчатку, протянул руку и погладил каждый хромовый предмет, прильнувший к шестерёнкам и проводкам. Высокая вибрирующая нота разлилась в воздухе. У Мизмандры заныли зубы.
– Готово? – спросила она.
Инкарн кивнул, натягивая перчатку. Она заметила, что у него нет ногтей, а мизинец, похоже, имел дополнительный сустав. Она вылезла из шахты. Фокрон и его братья ждали её. Она посмотрела на него. До сих пор она знала план в деталях, но теперь оказалась перед неизвестным будущим.
– Взрываем? – спросила она, глядя на забрызганные кровью стены башни.
Фокрон покачал головой.
– Оставляем.
Мизмандра внимательно посмотрела на него.
Легионер наклонил голову. Лицо оставалось абсолютно неподвижным. Кожа на голове была гладко выбрита. В глаза бросалась только линия чешуек, спускавшаяся по правому слёзному каналу на щеке. Он выглядел точно также как и десятки других, которых она встречала. Это до сих пор смущало её.
– Они смогут немало узнать о нас, если мы просто уйдём, – сказала она.
– Это и нужно, – ответил Фокрон, отвернулся и надел шлем.
Мизмандра моргнула, а затем надела собственную маску. Один из воинов стоял у двери и всматривался в горизонт. Другие быстро проверяли оружие. За ней из дыры в полу вылез Инкарн и начал отряхиваться.
Фокрон посмотрел на всех, кивнул и повёл в пустоши Терры. Огонь разрывал рассветные небеса над его головой. За ними в подвале башни устройства из хрома выкрикивали в бесконечном цикле одно и то же слово, вбивая его в вокс-траффик Терры, словно удары кулака.
–Луперкаль! Луперкаль! Луперкаль!– кричали они без конца.
Орбитальная платформа“Арка”
Низкая орбита Терры
Сигналы тревоги разносились по Терре. Они ревели со шпилей башен улья и эхом отзывались в городе Зрения. Руки замерли во время работы. Миллиарды глаз посмотрели в небеса. Солдаты и ополченцы хватали оружие, в то время как офицеры приказывали занять позиции. Те, кто наблюдал за небом, видели свет, падавший, словно звёзды. Защитные батареи активировались и начали отслеживать цели в небесах. Правоохранители и гражданские маршалы хлынули на проспекты, туннели и улицы огромных городских агломераций, встречая паникующие толпы, вопившие о пришествии магистра войны.
Орбитальная платформа “Арка” – или “Arcus” на высоком готике – венчала небеса над европейской зоной Терры, когда Тронный Мир содрогнулся от криков. Кестрос мчался к пусковым палубам в свете мигавших тревожных огней. Его отделение следовало за ним. Впереди с лязгом поднялась противовзрывная дверь. Их ждали три десантно-штурмовых корабля. Жёлтые корпуса казались чёрными в пульсировавшем красном свете. Он видел на бегу, как отсоединяли топливные шланги. Он мельком заметил Нестора из 65-го отделения, влетевшего в отсек второго корабля. Младший сержант потратил секунду, чтобы кивнуть. Затем Кестроса окутала темнота корабля, и зафиксировали магнитные ремни безопасности. Рампа начала закрываться, когда последний воин отделения забежал внутрь.
Шум двигателей вырос. Экран внутри шлема показывал данные о задании. Полная боевая тревога, максимальный уровень угрозы на поверхности и на орбите. Силы реагирования состояли не только из трёх десантно-штурмовых кораблей и несколько отделений. Целая рота высаживалась сквозь нижние слои атмосферы. От этой информации Кестрос на миг замер. Его ударная группа был одной из двухсот, размещённых на орбитальной платформе “Арка”. Больше семисот Имперских Кулаков бросятся вниз к лицу Терры, словно пикирующие соколы. И он был первым, наконечником стрелы.
Несмотря на происходящее Кестрос улыбнулся. Он возвращается на родную планету и снова идёт на войну.
Рампа закрылась, и он почувствовал, как корабль покачнулся, когда пусковые опоры сжали борта. Двери в палубе открылись. Внизу скользила ночная сторона Терры. По всему подбрюшью “Арки” открылись десятки других люков запуска. Двигатели вспыхнули. Ревущие конусы огня вырвались в ангары. Пусковые опоры с кораблём Кестроса задрожали. Нагрузка увеличилась. Поршни сжались. Опоры резко разошлись, корабль упал и помчался сквозь облака и ночь.
Крепость Бхаб
Императорский дворец, Терра
“Началось”? – подумал Архам, и эта мысль принесла тишину в какофонию звуков. Мог ли это быть первый удар в сражении, которое закончит войну. Эти мгновения звука и шока могут стать полным и окончательным концом всего. Возможность подобного развития событий проходила сквозь него, тяжёлая и холодная.
Вой сирен сотрясал воздух. Голопроекторы прокручивали тактические и стратегические данные. И среди всего этого в вокс-связи раздался триумфальный крик.
–Луперкаль! Луперкаль! Луперкаль!
Этого не могло быть…
Архам чувствовал, что выкрикивает приказы, рассекает кризис на части, следуя всей логике и опыту шестнадцати десятилетий, уменьшая бедствие до малейших крупиц действия.
Это могло быть?
–Луперкаль! Луперкаль!
“Первобытный” уничтожили две с половиной минуты назад, но с этого момента хаос нахлынул на них, как цунами. Корабль взорвался не с силой единственного реактора, а с мощью десятка боеголовок “Новы”. Половина небес исчезла в огне. Суда беспорядочно метались на охваченных хаосом орбитах Терры. Уже произошло двадцать пять катастрофических столкновений.
– У нас нет сообщений от…
– … они ожидали, что мы собьём корабль…
–… Дамокл сообщает о беспорядках на всех уровнях, жертвы…
–…Луперкаль!
Он отгородился от вихря шума и повернулся к Халику. На лице старого сенешаля не дрогнул ни мускул, когда он посмотрел на Архама.
– Триста четвёртая рота в воздухе? – спросил он и получил кивок подтверждения.
– Они направляются в Дамокл. Непосредственное развёртывание, максимальная скорость.
– Уровень применения силы? – уточнил Халик.
– Подавление и зачистка, – ответил Архам и вернулся к происходящему. Его внимание привлекло изображение на одном из гололитических экранов.
– Беспорядки в улье-конурбации Корона…
– Ионический бассейн в огне…
– Взрывы макроплазмы в атлантических населённых зонах…
Это могло быть.Он чувствовал, как кожа покрылась мурашками под доспехом и слова, которые он собрался сказать, застряли в пересохшем горле.Вторжение началось. Здесь. Изнутри.
Сигналы тревоги поступали со всей восточной половины планеты.
– Главный вокс-канал заглушен!
–Мы пришли за тобой…
–… методы действия восьмого легиона…
– Они используют базовый сигнал четвёртого легиона…
Но если враг пришёл, то почему он видел только пламя внутри стен, стрелы падают из ночи, провоцируя панику и разжигая пожары, пока за воротами и парапетом…
– Что происходит на Внешних защитных сферах? – спросил он, но и сам видел ответ, мерцавший на краю проекции Солнечной системы.
В последнем донесении говорилось, что они занимались судами-нарушителями, но задержка сигнала к настоящему времени составляла двести сорок шесть минут.
Больше чем четыре часа. Четыре часа, за которые армада могла выйти из варпа и атаковать.
– Госпожа, – позвал он, шагая вперёд и быстро просматривая тактическую информацию. – Из остальной системы поступили предупреждения?
Армина Фел, астропат-адъютант Рогала Дорна, следовала за ним, тонкие руки и ноги женщины дрожали под зелёным шёлком одежд, когда она двигалась.
– Нет, – ответил она. – Ничего не поступило.
“Первая аксиома защиты”, – подумал он, – “состоит в том, чтобы понять против чего ты защищаешься”.
–… Луперкаль!
– Сигналы тревоги звучат на Северных уровнях Дворца.
– Космопорт Дамокл не отвечает.
Архам видел линии обороны, которые Дорн разместил вокруг Терры, стационарные опорные пункты вокруг планет и лун, отмели древних обломков и минные поля. Он видел пять группировок Имперских Кулаков, развёрнутых от Терры к Марсу, Юпитеру и Нептуну и до Плутона. Каждая группировка была готова выдвинуться навстречу врагу, когда предатели ворвутся в систему. Вот только туда ли они смотрят.
– Госпожа, – тихо произнёс он, чтобы слышала только астропат. – Отправьте сообщение лордам-кастелянам Камба-Диасу, Эффриду и Халбрехту, а также первому капитану Сигизмунду.
– Повелитель? – спросила Армина Фел, и её голос вернул его взгляд от уменьшенной сферы Солнечной системы. Она смотрела на него, пустые глаза выглядели широкими ямами в маске контроля. Он никогда не видел у неё такого выражения лица. – Повелитель, – повторила она, – сигнал?
Он вздохнул.
– Огонь на горных вершинах, – ответил он и замолчал.
Она склонила голову и затем снова посмотрела на него.
– Правда? Это оно? – спросила она, и на секунду Архаму показалось, что он увидел, как задрожали её щёки. – Это – вторжение?
Архам смотрел на неё и не мог подобрать слов для ответа.
– Нет, госпожа, не сегодня. – Голос прорезал шум зала. Архам повернулся и все глаза в штабе повернулись с ним. Рогал Дорн с непроницаемым лицом быстро шагал вперёд.
– Не будет никакого сигнала, – произнёс примарх. Он посмотрел на адмирала Су-Кассен. – Отправьте сообщение Гектору на “Причину Истины”. Он принимает орбитальное командование. Терранский флот выстраивается в две линии. Его орудия перекрывают внешние подходы и цели на поверхности. Затем осмотрите все корабли, уцелевшие в зоне обломков. Без необходимости огонь не открывать. Если корабль не отвечает – берите на абордаж, а не сбивайте.
Дорн посмотрел на кричавшие вокс-динамики.
–Луперкаль! Луперкаль! Луперкаль!
– Магос Красикс, – сказал он, не глядя на старшего техножреца, – отключите их.
Секунду спустя вокс замолчал.
– Это – тёмный момент, но не пришествие магистра войны. Оставайтесь сильными, верно исполняйте свой долг и это пройдёт.
Тишина, наступившая после его слов, сменилась возбуждённым шёпотом отданных и полученных приказов.
Архам встал рядом со своим повелителем, разум продолжал анализировать последние секунды и просеивать обрывки информации. Он оказался неправ и рассмотрит причины позже. Но сейчас это неважно. Даже если вторжение не началось, они находились посередине кризиса. И было что-то ещё, скрывавшееся за завесой шума и разрушения. Он вытащил инфопланшет из тактического когитатора и начал поворачивать циферблаты на корпусе. Сигнал и данные о безопасности прокручивались по экрану. Инстинкт не подвёл его – он просто искал не в том направлении.
– Первая аксиома, Архам, – тихо сказал Дорн, Архам поднял взгляд и увидел, что примарх смотрит на него. – Ты прав. Мы защищаемся не от атаки кораблей или солдат. Мы сражаемся…
– С анархией, – произнёс Архам.
Дорн кивнул.
Архам бегло просматривал информацию в инфопланшете. – Всё произошедшее: прорвавший кордон корабль, орбитальный водопад, что бы ни случилось с Дамоклом, взрывы, беспорядки, активация сигналов предупреждения, проникновение в систему коммуникаций – всё это ничего не значит. Ничто из этого не даёт стратегического преимущества. Кроме…
– Кроме того, что ослепляет нас, – закончил Дорн. Примарх осматривал штаб так, словно проводил рутинную проверку. Паника покинула помещение, её сменила напряжённая сосредоточенность. Это произошло, когда Дорн заговорил, примарх излучал спокойствие, словно лёд холод. Это напоминало плащ, которым он обернул мир вокруг себя.
– Полярные орбитальные батареи просят разрешения открыть огонь, – сказал один из офицеров, повернувшись к Су-Кассен и примарху.
– Когда появится цель для стрельбы, я сообщу им, – слегка улыбнувшись, ответил Дорн. Офицер кивнул и Архам почти почувствовал, как ещё один слой страха исчез из зала. Дорн чуть-чуть повернул голову и продолжил говорить тем же самым тихим тоном, как прежде, чтобы его слышал только Архам. – Вопрос, что мы тогда не должны видеть?
Архам бегло просматривал поток поступавших сообщений. Что он посчитал незначительным или упустил? Столько всего. Паника просачивалась в крупные агломерации населения, пока звучали сигналы тревоги. Военные гарнизоны по всей планете пришли в полную боевую готовность. Дамокл разрывал себя на куски.Мы пришли за тобой– смертоносный клич Повелителей Ночи – звучал эхом криков. Что это значит? Он чувствовал, как запутывается в вопросах и остановился. Дело не в том, что он видел. Дело в том, что он не позволял себе видеть.
Он замер. Кожа похолодела под доспехом. Он оглянулся на запутанный поток информации и увидел. Это было там, затерялось среди вокс-журналов, которые прокручивались на пикт-экранах. На них высвечивались все проверки и подтверждения от всех подразделений под командованием Преторианца. Только за последние несколько минут поступили сотни тысяч сигналов. Но он знал, что искал: выпавший пазл, пропущенную часть картины.
Он нашёл. Кожа похолодела ещё сильнее.
– Повелитель, – произнёс он, сохраняя голос тихим и контролируемым. – Отделение “Лабрис” прибыло в купол Просвещения с первыми предупреждениями, затем разделилось, перекрывая подходы к Северным районам. Оставленное в куполе подразделение должно было выйти на связь сто восемьдесят восемь секунд назад. Они не сделали это. Датчики зарегистрировали вибрацию и звуковые колебания. Также они зарегистрировали глухой взрыв в ведущих к Инвестиарию туннелях пятьсот три секунды назад.
Лицо Дорна оставалось совершенно бесстрастным, когда он повернулся и направился к двери, плащ колыхался за спиной. Двери открылись при его жесте.
– За мной, – произнёс он, шагая всё быстрее.
– Повелитель…
– Немедленно.
Архам подчинился, на ходу надев шлем. Бионика шипела и лязгала, синхронизируясь с шагами. Пять других хускарлов в зале последовали за ним, держа оружие наготове. Дорн впереди уже превратился в размытое золотое пятно. Вой сирен эхом вторил звукам ног, когда они побежали.
Вопросы сыпались на Архама, даже когда он снял с пояса “Клятвослов”.
Как это произошло так быстро? Как это возможно? С чем они столкнулись?
Но громче вопросов была память, её образы и голоса стали столь же живыми, как стук крови в ушах.
–Ты знаешь старую терранскую загадку о башне? – спросил Дорн все те десятилетия назад, в морозной пустыне на пронизывающем ветру. Архам покачал головой, и Дорн мрачно улыбнулся. – Загадка такая. Встань на башню и увидишь далеко. Подними башню выше и увидишь всю землю. Высоко или низко, что не увидит смотрящий вдаль глаз? – Дорн рассмеялся, веселье на миг осветило его лицо. – Не самая лучшая игра слов, но суть в том, что ты слышишь, не так ли?
Архам кивнул и ответил.
– Если ты наблюдаешь с башни, то есть одна вещь, которую ты не видишь, ты не видишь, что у тебя под ногами. Не видишь саму башню.
Архам вспомнил эти слова и продолжал бежать по Императорскому дворцу. Вой сирен следовал за ним, словно смех старых кошмаров, пришедших в пробудившийся мир.
Инвестиарий
Императорский дворец, Терра
Силоний укрылся в тени недалеко от стены Инвестиария. Румянец рассвета показался на чёрном куполе неба, и падавшие угольки огня тянули за собой полосы пламени между грязными облаками. Порывы холодного ветра врывались в открытый круг Инвестиария, разрезая звуки сирен. Он чувствовал запах пыли и замерзавшей росы. Он посмотрел вверх.
Огромные фигуры вырисовывались на фоне ночного неба. Тени цеплялись за неровности лиц, а рассветный свет играл на гранях оружия. Их было восемнадцать, стоявших кольцом вокруг внешнего периметра Инвестиария. Девять покрывали саваны, но белый мрамор остальных девяти выглядел бледным и гордым в лучах восходящего солнца.
Силоний посмотрел на ближайшую статую. Пара сложенных за спиной крыльев и меч в руке, направленный острием вниз.
“Сангвиний”, – подумал он. – “Отец Ангелов”.
Он посмотрел на самую дальнюю статую. В километре от него Лев Эль’Джонсон смотрел за горизонт. Это место некогда было сердцем Великого крестового похода. Принесённые здесь клятвы выковали самую великую человеческую империю в истории. Теперь эта империя горела и идеалы, которые воплощали статуи, обратились в пепел. И всё же статуи восемнадцати примархов ещё стояли, словно разорванный Гором круг каким-то образом снова мог стать единым.
Он едва не рассмеялся от этого.
Он замер, по коже побежали мурашки.
Он не один в этой широкой пустоте. Он не видел их, но не сомневался, что они там. Он чувствовал их запах, как слабый аромат в воздухе и слышал их звуки, скрытые ветром и шумом далёких сирен.
Он помедлил, а потом скользнул в тени, пока не оказался у основания статуи Сангвиния. Он остановился, склонил голову и прислушался. Медленно он начал красться вокруг статуи.
– Не двигайся, – раздался голос сверху и за спиной. Он подчинился и замер. – Хорошо, – сказал голос. Говоривший находился в шести метрах выше и в двух сзади. Хорошая позиция, трудно добраться, чтобы в тебя не выстрелили и не разнесли на куски. – Пароль.
Он помедлил. До сих пор воспоминания были точными и ясными, но сейчас он почувствовал, как другие стали появляться из мглы. Новое понимание занимало место в мыслях.
– Калисто, – наконец ответил он и замолчал. – А вы? Какой отзыв?
– Геката, – произнёс голос, и он услышал тихий шум нескольких фигур, двигавшихся рядом.
Опустившаяся у основания статуи фигура, словно расплывалась во мраке. Силоний мельком увидел части лёгкой разведывательной брони, инфракрасные визоры и оружие. Он посмотрел на себя и понял – не отражение, а тень, отбрасываемая одинаковыми очертаниями.
– Параметры миссии? – спросил он.
– Эвридика, – ответила затенённая фигура.
Силоний почувствовал паузу в мыслях, когда слово меняло направление основных действий.
– Подтверждено, – сказал он. – Ваши сила и статус?
– Теперь семь. Ты – последний. Трое других встретились с нами двести десять секунд назад. Если придёт кто-то ещё, то они вышли за пределы параметра. Скоро здесь будут Кулаки.
– Тогда мы должны закончить, прежде чем они придут, – сказал Силоний и начал снимать взрывчатку со спины.
"Архам, магистр хускарлов VII легиона"
