Ударный флот VII легиона вонзился в пришедшие из тьмы искорёженные суда. Имперских Кулаков было мало – тридцать кораблей против более чем сотни, но количество не имело значения. Тридцать военных кораблей в золотисто-чёрной броне конусом ударили в потрёпанный флот. Бортовые батареи сбили немногочисленные активные пустотные щиты, лансы вывели из строя двигатели. Вражеские корабли продолжали движение, инерция толкала их вперёд, даже несмотря на безостановочное вращение.
Три корабля на острие строя Имперских Кулаков прорубались сквозь вражеские суда. Это были “Три Сестры Злобы”, а вела их – оставляя след от пламени двигателей, словно разрезавшую пустоту рану – “Лакримая”. Огонь разрывался за ней и её сёстрами, рассекая пустынный космос, пока она погружалась всё глубже и глубже в облако вражеских судов. Сёстры позади неё начали выпускать абордажные торпеды. Стаи серебряных стрел величиной со шпиль улья выскользнули из пусковых труб на снопах пламени. В грохочущей темноте своего полого сердечника каждая торпеда несла отряд воинов.
Внутри “Лакримаи” Сигизмунд молча стоял на границе пусковой палубы. Слова клятв отзывались эхом в разуме, пока он оборачивал и затягивал звенья цепи вокруг. Самый большой из вражеских кораблей рос перед его взором благодаря проецированию окуляра шлема. Это был огромный, уродливый кусок металла. Кратеры покрывали половину корпуса, словно он пережил основной удар шторма астероидов. Но, несмотря на повреждения, он всё ещё оставался военным кораблём. Прямо на глазах Сигизмунда по всей длине корпуса заговорили макробатареи. Мгновение спустя он почувствовал, как “Лакримая” задрожала от докатившейся взрывной волны.
Он затянул и закрепил последнее звено цепи, затем поднял клинок, привыкая к балансу в руке.
– Всё, теперь ты не выронишь его? – прорычал голос за спиной. Он оглянулся и свободный от поступавших данных глаз уставился на усмехавшееся лицо Ранна. Броня воина была чистой, но следы и вмятины сражений ещё омрачали жёлтый лак.
Сигизмунд кивнул Ранну, но не ответил, и встал с коленей. Он посмотрел мимо него. Сто Храмовников поднялись, как один. Избранные Ранна – его охотники за головами – стояли в свободном строю позади Храмовников. Воздух зазвенел, когда они начали бить кулаками по помятым щитам. Воздух завыл от растущего шума двигателей. Сервиторы и сервы отходили от десятка десантно-штурмовых кораблей. Топливные шланги отсоединяли от крыльев. Волны тепла замерцали над палубой, когда вспыхнули двигатели.
Сигизмунд посмотрел на ударную группу, останавливая взгляд на каждом легионере. Затем он поднял меч в приветствии, повернулся и шагнул во мрак десантно-штурмового корабля. Воины последовали за ним.
– Итак, этот день настал, брат, – проворчал за плечом Ранн, когда они поднимались по рампе корабля. Он услышал рычащую усмешку в словах.
Сигизмунд махнул рукой и люк начал закрываться. Корабль задрожал, усиливая давление на привязные крепления.
– Запуск, – произнёс он по воксу. Звук двигателей стал громче, и затем сила тяжести врезалась в воинов, когда корабль вылетел в космос.
– Все системы и связь функционируют в пределах надлежащих параметров.
Капитан Коро из Имперских Кулаков кивнул, показывая, что услышал монотонную речь главного магоса, но не отвёл взгляда от тактических экранов.
– Убедитесь, что приоритетный сигнал отдан для координации огня и связи с флотом лорда Сигизмунда.
– Уже задано и предопределено, – протрещал магос со своего места под потолком над головой Коро.
Двенадцать магосов контролировали работу главной системы связи Гидры. Подвешенные в паутинах кабелей вокруг механической колонны в центре зала и облачённые в рваные красные саваны они напоминали кукол, свисавших с ветвей дерева. У них не было индивидуальных имён и обозначение “главный” распределялось между ними. Вместе они занимались управлением огромных систем связи и сенсоров Гидры. Всё от вокс-связи до координации огня и показаний ауспиков проходило через этих двенадцать магосов. Сами данные, как и создававшие их системы, были рассеяны по всему спутнику, но здесь находилось место, через которое проходила вся информация. Оно располагалось под тарелкой огромной антенны, и являлось тихой гаванью для всех приходивших сюда голосов.
Коро посмотрел на сержанта. В зале управления находились десять элитных воинов его роты, молча расположившиеся вдоль стен и наблюдавшие.
– Всё перекрыто?
– Так точно, капитан. Один корабль пристыковался перед объявлением тревоги – корабль-монитор, доставивший астропатов с Терры. Но всё другое движение прекращено.
– Хорошо, – сказал Коро и посмотрел на тускло-серые противовзрывные ставни из пластали, которые закрывали вид на поверхность спутника.
Системы контроля поднимались над основным комплексом, и отсюда открывался прекрасный вид в космос. Иногда можно было увидеть свет слишком близко подошедшего флота. Коро много раз наблюдал, как его братья сражались в космосе. Но на этот раз… он услышал слова сигнала тревоги.
Огонь на горных вершинах.
Он почувствовал, как невольно сжались пальцы и понял, что обнажил зубы, глядя ставни.
Тревожная лампа замигала на краю зрения. Он нахмурился и посмотрел на одного из подключённых к панелям управления сервиторов, который поворачивал голову из стороны в сторону, как собака, нюхающая воздух:
– Внешние датчики обнаружили движение на поверхности, – прогудел сервитор.
– Какая зона? – спросил Коро.
Сервитор дёрнулся, пожевал ртом воздух и ответил:
– Эта зона. Снаружи главного поста системы связи.
Взгляд Коро застыл на противовзрывных ставнях. Мурашки побежали по коже. Сердца перешли на более низкий ритм, когда он достал болтер. Командное отделение уже двигалось с оружием наготове, рассредотачиваясь по залу.
– Статус внешнего автоматического оружия, – приказал он.
– Внешнее оружие с одиннадцатого по двадцать четвёртое активно, но не реагирует на прямые команды.
– Визуальное…
Ставни выбило внутрь.
Визор шлема Коро потемнел от вспышки взрыва. Мир, казалось, остановился, взрыв разворачивался перед ним со всей неторопливой изысканностью замедленной пикт-записи. Точка в центре ставня засветилась красным, затем жёлтым, затем белым. Отблеск жара проходил сквозь серый металл, пока центр продавливался внутрь и затем лопнул. Полый конус сине-горячей жидкости ворвался в зал. Оказавшиеся на его пути сервиторы и оборудование вспыхивали, как спички. Воздух зарябил от ударной волны в форме концентрических мерцающих колец.
Время вернулось к привычной скорости. Взрыв докатился до Коро и отшвырнул его. Жар прошёл сквозь передние слои доспеха. Экран шлема превратился в водопад красных рун повреждений. Обломки и пылающие металлические шарики вращались в воздухе. Сервиторов и блоки оборудования оторвало от пола. Коро врезался в колонну, закружился на палубе, и встал как раз в тот момент, когда в пробоине в ставнях показалась первая фигура.
Очереди болтов пронзили зал, пока воздух вытягивало в вакуум. Воины командного отделения уже стреляли в пылающую рану. Коро прицелился.
Фигура прошла сквозь брешь. Она двигалась так быстро, что Коро увидел в свете выстрелов только пятно холодных синих доспехов и вспышку устремлённого вперёд клинка. Копьё вонзилось ему в солнечное сплетение, пробило броню и вошло в левое сердце. Он упал, зрение превратилось в размытое пятно, горло заполнила кровь, когда он попытался подняться.
Фигура стояла над ним, сжимая пронзившее грудь копьё. Давление на клинок было похоже на вес горы, хотя воин в броне казался расслабленным, словно просто положил руку на рукоять оружия. Коро перевёл взгляд с доспеха цвета индиго на свернувшуюся гидру на одном из наплечников.
“Альфа… Легион…” – подумал он, разум изо всех сил старался сосредоточиться, пока тело боролось за жизнь. Фигура выдернула копьё и ушла. Выстрелы прочертили воздух. Он слышал звуки взрывов и визг мелтагана, заглушившие убегающую атмосферу. Затем выстрелов стало меньше и неожиданно звуки сражения оборвались. Почему-то наступившая тишина оказалась хуже всего.
Он начал вставать. Второе сердце ещё билось, пытаясь качать вытекавшую из тела кровь. Доспех получил критические повреждения и мёртвым весом висел на плечах. Под потолком в коконах кабелей оставались двенадцать техножрецов. Пол покрывали трупы разорванных на куски плоти и металла сервиторов, среди них виднелись силуэты в жёлтой силовой броне. Блеснула выткавшая из обрубков рук, ног и пронзённых тел кровь. Посреди опустошения возвышались четыре воина Альфа-Легиона, трое из них двигались среди мёртвых, глаза и оружие высматривали признаки жизни. Фигура с копьём стояла в центре резни.
– Снимите их, – сказал воин, посмотрев на свисавших с потолка магосов. Остальные легионеры повернулись и открыли огонь по двенадцати техножрецам. Болты разрывали кабели и красные мантии. Чёрное масло и кровь потекли вниз, забарабанив по металлической палубе.
У Коро был болтер в руке. Только это имело значение, а не кровь в лёгких, не позор неудачи, не потрясение от врага, с которым он столкнулся.
– Найдите резервные системы управления, – произнёс воин с копьём, его голос перекрывал вой убегавшего воздуха. – Отправьте сигнал атакующему флоту, что пришла пора раскрыть наши карты.
– Как прикажете, лорд Альфарий, – ответил один из остальных легионеров и склонил голову.
Альфарий. Мысль исчезла также быстро, как появилась, когда Коро отбросил её. Всё что имело значение – болтер в руке и палец на спусковом крючке, как бесчисленное количество раз прежде.
Он начал поднимать болтер окровавленной рукой.
Альфарий повернулся, двигаясь и вращая копьём. Размытое серебристо-синее пятно стало последним, что увидел Коро.
– Вперёд! – проревел Ранн, когда взорвался мелта-заряд. Капельки пылающего металла разлетелись во все стороны и дверь в переборке растворилась. Сигизмунд шагнул вперёд. Его встретили плотные очереди крупнокалиберных снарядов. Он атаковал. Испещрённые полосами стены коридора мелькали на краю зрения. На экране шлема в однотонном ночном видении появились очертания фигур. Он видел безликие железные маски, раздутые мускулы и роторные пушки в механических руках. Ближайшая фигура повернула ствол в его сторону. Снаряды затанцевали по палубе, когда Сигизмунд в прыжке преодолел оставшееся расстояние. Он разрубил маску и рассёк череп и мозг за ней обратным ударом меча. Фигура завалилась на спину, роторная пушка завизжала, когда вращавшиеся стволы застучали по палубе. Сигизмунд уже миновал труп, направив инерцию смертельного удара в восходящую рубящую атаку, клинок вонзился следующему врагу в бок и распорол туловище.
Ранн держался рядом, он рубил и размахивал топорами, пока Имперские Кулаки наступали по коридору. Они уже глубоко проникли на корабль, и его враждебность не вызывала сомнений. Но что-то было неправильно, что-то покалывало мускулы, всякий раз, когда Сигизмунд прорубался сквозь тех, кто преграждал им путь. В корабле-нарушителе было что-то тоскливое, почти болезненное. За прошедшие годы они высаживались на сотнях таких кораблей и всё внутри их заполняли признаки безумия. Но не этот корабль. Его темнота была холодной и пустой, словно он служил оболочкой чего-то невидимого.
– Лорд Сигизмунд. – Раздался в шлеме голос, перегруженный статикой из-за путешествия сквозь космос от “Лакримаи” и сквозь слои брони корпуса.
– Говорите, – ответил Сигизмунд, вытаскивая меч из трупа. Коридор был очищен, звук выстрелов и лязг оружия внезапно прекратились. Впереди простирались темнота и тишина.
– Абордажные группы боевой сферы сообщают об умеренном сопротивлении. Но некоторые ничего не обнаружили.
– Объясните, – приказал он.
– Пятнадцать вражеских кораблей оказались пустыми, нулевое сопротивление, двигатели работают, но никаких признаков экипажа кроме сервиторов.
Сигизмунд остановился, внезапно почувствовав тяжесть меча в руке. Тишина коридора давила на него, пока приближалась отставшая штурмовая группа.
– Прикажите им вернуться, – сказал он по воксу.
– По… велитель…? – взрыв статики прервал слова офицера.
– Всем штурмовым группам немедленно вернуться на корабли.
Новый всплеск статики. – … подтвердите…
Сигизмунд повернулся к Ранну. – Отходим к десантно-штурмовым кораблям, полное и немедленное отступление.
Ранн кивнул и вокс защёлкал, когда он собрался говорить. Частоту заполнили визжащие и бурлящие помехи. Сигизмунд почувствовал, как поднял меч, ведомый холодным инстинктом, пробежавшим под кожей.
Зелёные глаза вспыхнули во мраке. Воздух загудел, когда активировалась броня. Молнии протянулись по когтям и клинкам, когда громадные фигуры показались из тьмы. Плазма пронеслась по коридору. Сигизмунд уже двигался навстречу врагу, его меч превратился в размытое пятно. Ранн закричал сформировать стену щитов, и темнота исчезла, когда огонь и рёв засады разорвали тишину.
Атакующий флот Альфа-Легиона выпал из тьмы. Двести военных кораблей кружились, словно подхваченные ночным вихрем сухие листья. На их пути виднелся Плутон, лик планеты освещали вспышки орудий и огненные росчерки двигателей сошедшихся в битве военных кораблей. Если бы глаз или сенсор с одного из этих кораблей посмотрел на атакующий флот, то увидел бы только открытую бездну межзвёздного залива. Сияние и мерцание далёких звёзд казались ярким и холодным. Их свет, возможно, поймал бы дрейфующий поток пыли или край скованной льдом скалы. Более внимательный взгляд, возможно, увидел бы проблески движения и обратил бы внимание на тусклый свет, игравший на острых краях чего-то зубчатого и огромного, медленно приближавшегося по дуге.
Затем вспыхнул первый двигатель, ярко и ясно во тьме, за ним ещё один и ещё. И кружащаяся масса кораблей больше не падала, а вращалась, формируя строй, двигатели взревели на полную мощь, пустотные щиты моментально включились, оружие повернулось, выискивая цели, пока военный флот из сотен кораблей вылетал из мрака на краю света солнца.
Флот Имперских Кулаков увидел их. Уже вступив в бой с нарушителями, которые приблизились к Плутону, теперь они столкнулись со вторым врагом, и враг этот был намного опаснее. Сообщения заметались между военными кораблями Сигизмунда. Обрывки запутанных криков и статики затопили вокс. Приказы выкрикивали со всех сторон. Уже сражавшиеся с флотом нарушителей корабли, поворачивались, встречая новую угрозу.
Честь первого залпа принадлежала боевой барже “Альфа”. Все носовые батареи разом выпустили торпеды. Горная цепь оружия на спине швырнула огонь сквозь пустоту. Бомбардировочные пушки выплёвывали снаряды один за другим, казённые части размером с дом лязгали, открываясь, чтобы заглотить очередной снаряд. Остальной флот Альфа-Легиона заговорил секунду спустя. Огонь помчался впереди кораблей в сторону Имперских Кулаков, которые встретили первую волну нарушителей на краю орбиты Плутона.
Первым погиб “Заступник Наказания”. Это был старый корабль, гранд-крейсер, чей тёмный корпус покрывали шрамы сотен сражений, которые не так и не сумели сломить его. Макроснаряды разорвались на пустотных щитах. Они лопнули, словно мыльный пузырь. Лучи лансов прошли сквозь облака обломков и поразили орудийные палубы “Заступника”. Расплавились целые участки брони. Наполовину ослеплённый завесой вырывавшегося из корпуса кипящего газа гранд-крейсер открыл ответный огонь. Батареи выдохнули в адское пекло. Снаряды обрушились на щиты наступавшего флота Альфа-Легиона. И затем второй залп попал в цель. “Заступник Наказания” взорвался и раскололся пополам, словно разрубленный секирой бога.
Флот Альфа-Легиона вёл концентрированный огонь, выпуская согласованные залпы и разрывая строй уже вступивших в бой кораблей Имперских Кулаков. Защитники Первой сферы Сол начали умирать. Ближайшие к новому флоту Альфа-Легиона исчезали в потоках энергии и взрывах. Щиты и броня сминались. Реакторы получали повреждения, и сферы белой плазмы расцветали подобно голодным солнцам.
К тому времени как первые залпы торпед достигли цели, десять кораблей Имперских Кулаков уже превратились в пятна света и обломки. Электромагнитные боеголовки взорвались на корпусе боевого крейсера “Аркадианец”, ослепив датчики и щиты. Три двухступенчатых боеголовки ударили несколько секунд спустя, проскользнув мимо замолчавших защитных башен “Аркадианца” и попав в самый центр. Мелта-заряды мгновенно превратили броню в раскалённую добела жидкость, а вторичные заряды направили лучи расплавленного металла во внутренности корабля. Волны давления прокатились по коридорам, выбивая люки и сминая экипаж, выбивая воздух из лёгких. Корабль начал поворачиваться в сторону, нос отклонился с траектории полёта, пока “Аркадианец” сгорал изнутри.
Корабли Имперских Кулаков пришли в себя, и открыли кинжальный огонь по каждой цели в пределах досягаемости. Потрёпанный нарушитель попал под перекрёстный огонь четырёх фрегатов и был разорван снарядами макроорудий. Пара канонерок Альфа-Легиона попыталась вклиниться в кильватерный след эскадры лёгких крейсеров, и их попытка закончилась в брызгах плазмы и обломков.
Внутри взятых на абордаж судов Имперские Кулаки пробивались назад к десантно-штурмовым кораблям. Альфа-Легион появился из темноты, чтобы перерезать им путь. Имперские Кулаки вступили в бой, продвигаясь сквозь взрывы и потоки огня, искры били из доспехов и щитов на каждом шагу.
И в этот момент взорвались двенадцать брандеров, спрятанных среди нарушителей. Заполненные боеприпасами и плазменными резервуарами корпуса превратились в расширяющиеся звёзды сине-белого света. Волны энергии поглотили корабли, сминая щиты и пожирая корпуса. Жар прорвался сквозь трещины в броне. Человеческий экипаж зажаривался прямо на постах. Масло и топливо вспыхнули, и пламя устремилось дальше, высасывая воздух из лёгких выживших, выбивая люки и вырываясь из вентиляционных отверстий. Почерневшие корабли выплывали из огненного ада, рыдая горящей атмосферой и сползавшей бронёй.
В то время как большая часть кораблей Имперских Кулаков вращалась среди пламени, боевая группа “Акр” покинула позиции на внешней орбите Плутона. Их оставили для перехвата прорвавшихся кораблей-нарушителей, они разожгли двигатели на полную мощь и повернулись, чтобы встретить нового врага, появившегося из тьмы.
Боевая сфера растянулась эллипсом от края орбиты Плутона в сторону межзвёздного залива. Основная часть ближайших к планете Имперских Кулаков оказалась связана боем кораблями, которые пришли первыми, и группа “Акр” бросилась на перехват главного флота Альфа-Легиона, собираясь не позволить ему присоединиться к развернувшемуся сражению.
Приблизившись к флоту Альфа-Легиона, боевая группа “Акр” выпустила вихри торпед и снарядов “Нова”. Расцвели гигантские взрывы. Волны энергии проламывались сквозь щиты и корпуса. Боевая группа увеличила скорость. Атаку возглавляли “Воин Неизвестного Неба”, “Кованый Шторм” и “Сын Победы”. Они стреляли синхронными залпами. Поток снарядов изливался с их орудийных палуб. Взрывы прокатились по “Альфе”, синие, оранжевые и розовые завесы взметнулись вдоль её бортов, когда снаряды обрушились на щиты.
Высоко в командном замке боевой баржи Силоний наблюдал, как созданный атакой Легиона хаос растёт и ширится в искусственном свете и сверкающих значках. Сфера боя представляла собой запутанный беспорядок. Гололитическая проекция показывала сотни жарких схваток между кораблями.
Имперские Кулаки рассеялись по космосу, некоторые погибли, многие получили повреждения, остальные искали цели для стрельбы. Часть из них наносила большой ущерб. Прямо на глазах Силония, три небольших корабля прошли перед носом одного из его судов, и изрешетили корпус скоординированными залпами. Боевая группа, которая выдвинулась встретить “Альфу” и её братьев, сумела сохранить строй, но их цель распалась на десятки малочисленных групп, словно выброшенные взрывной волной осколки. Везде, где Имперские Кулаки пытались ударить в полную силу, Альфа-Легион бросался в разные стороны, не забывая вести огонь при первой возможности. Это выглядело без формы, управления или рисунка, это выглядело, как резня и катастрофа.
Силоний отметил каждую деталь и убедился, что всё шло по плану. Он открыл коммуникационный канал с системой управления связи спутника-крепости Гидра:
– Лорд Альфарий, вторая фаза завершена. Все корабли Имперских Кулаков втянуты в бой. Наши силы уменьшились на двадцать процентов. Наше численное преимущество оценивается в двести процентов. Мы приближаемся к радиусу действия орудий спутника-крепости. Ждём ваших приказов.
– Начинайте, – раздался голос примарха.
– Как прикажете.
Корабли Альфа-Легиона сменили курс и устремились к орбите Плутона. Их первой целью стал Кербер. Орудия спутника-крепости открыли огонь. Мрак космоса исчез. Плазменные аннигиляторы и турболазеры осушили реакторы и выдохнули горячую звёздную ярость на приближавшиеся корабли. Щиты вспыхивали и отключались, исчезая один за другим. Альфа-Легион сохранял курс. Их знали как скрытный и коварный легион, но они всё равно оставались легионом, и в этот момент шли прямо на орудия, как Ангелы Смерти, кем их и создали быть.
Снаряды размером с дом обрушились на Кербер, разрушая пустотные щиты и опрокидывая орудийные башни. Пыль сыпалась с потолков проходов под поверхностью спутника. Огонь с Кербера усилился, и первый корабль Альфа-Легиона погиб, превратившись в куски металла и облака газа. Луч лазерного огня попал в ударный крейсер “Серебряный Змей” и вырезал оружие и мостик. Он накренился, выпуская воздух и обломки в атмосферу. Следующий залп настиг его на середине поворота и распорол вдоль киля.
Но остальной флот подошёл уже достаточно близко.
Абордажные торпеды выскользнули из носовых пусковых установок. Десантно-штурмовые корабли покинули ангары, маневрируя среди вспышек и волн взрывов. Отсеки телепортации залил призрачный свет, когда сотни терминаторов исчезли и помчались сквозь варп. Корабли Альфа-Легиона переворачивались и сгорали от зубов Кербера, пока их полезный груз нёсся к цели.
Имперские Кулаки подготовились к абордажному штурму спутника-крепости. Они подготовились с основательностью, порождённой самим их характером. Внутри Кербера представлял собой лабиринт проходов, противовзрывных дверей и убийственных камер. Телепортационные глушители превратили варп в рваный клубок потоков. Рота Имперских Кулаков – 404-я “Владыки Долгой Вахты” – размещалась в спутнике-крепости вмести с тысячами ауксилариев и боевых сервиторов. Все были готовы и ожидали начала штурма Альфа-Легиона.
Первыми ударили лернейские терминаторы, появившись в столбах света и доспехах, окутанных туманом варпа и дымом. Многие оказались не там, где планировалось. Некоторые телепортировались в конструкции крепости и сейсмические волны ревели, когда перекрывшая друг друга материя разрушалась в крике парадокса. Но многие ударили верно. Пятьсот облачённых в адамантий элитных воинов, которые являлись жестоким острием Легиона, известного уловками, но всё равно созданного для резни.
Вихрь выстрелов встретил их, звеня о доспехи, отбрасывая пульсирующие тени на оружие и клинки. Они открыли ответный огонь. Потоки плазмы, болты, мелта-лучи, пламя и снаряды взрывались о бронещиты, проносились по коридорам и измельчали тела. Лернейцы наступали, шагая синхронно с рёвом своих выстрелов. Их целями были защитные башни спутника. Участки оборонной сети выключались по мере того, как сервиторов и системы датчиков разрывали на куски.
Абордажные торпеды врезались в Кербер. Их боеголовки взорвались, пробив отверстия в коре спутника, и штурмовые люки распахнулись. Воины атаковали, сжигая и прорубаясь сквозь всё, что двигалось. По всему спутнику смерть смеялась в коридорах и верхних камерах. В главной стыковочной магистрали полуроту Альфа-Легиона встретили двадцать Имперских Кулаков гарнизона. Тридцать легионеров погибли в первую же секунду, когда тяжёлое оружие выкосило их. Размещённые позади сил Альфа-Легиона подразделения перерезали пути отхода, и нападавших сокрушили перекрёстным огнём.
Но с каждым павшим захватчиком клыки Альфа-Легиона всё глубже вгрызались в Кербер.
Отделения уже проникнувшие на станцию активировали принесённые сигнальные маяки. Волна десантно-штурмовых кораблей в космосе навелась на сигнал и устремилась к целям. “Штормовые птицы” и “Грозовые орлы” пикировали в захваченные ангары или раны в поверхности. Корабли везли мало легионеров, их настоящим грузом были технодесантники, магистры кузни и трэллы-сервиторы. Они действовали быстро, переговариваясь на гудящем машинном языке, пока работали в захваченных центрах управления огнём и ключевых системных узлах. Все они имели общую цель, и получили приказ через Силония от самого примарха:
– Захватите орудия Кербера. Они должны стать нашими.