То, что больница располагалась в одном из центральных районов столицы, сыграло свою роль. Патрули здесь ходили часто, и всего полчаса спустя Хелси наткнулась на полицейский экипаж. Её осветили прожектором, попросили держать руки на виду. Пока один офицер прикрывал, держа наизготовку дробовик, второй подошёл к женщине, поинтересовался, всё ли с ней в порядке. Не дожидаясь, пока патрульные решат отвезти её в ближайших дом для умалишённых, Анна зашла с козырей – представилась по всей форме, назвала номер своего значка, попросила проверить его через картотеку и заявила, что находится на задании. Ошарашенные таким напором полицейские без споров связались по радио с участком, и получили подтверждение – хотя ждать пришлось довольно долго, пока запрос ушёл в НАР и вернулся назад. Это и днём-то занимало немало времени, а ночью любые сроки следовало умножать на три.
- Номер значка актуален. – Произнёс старший патруля, откладывая микрофон рации и всё ещё подозрительно косясь на инспектора. – Ваша внешность соответствует описанию. Простите за нашу подозрительность, мэм… Час неурочный, сами понимаете.
- Не извиняйтесь, сержант. – Отмахнулась Хелси, поправляя очки и с достоинством одёргивая занавеску. – Вы действовали верно. Но могу я рассчитывать на ваше содействие?
- Разумеется.
- Мне нужно, чтоб вы меня кое-куда подвезли.
- Никаких проблем, мэм… Но вы должны понимать, что мы будем вынуждены зафиксировать отклонение от маршрута патрулирования и указать ваше имя…
- Разумеется. Только… Можно мне в салон? Тут холодно.
- О, простите. Садитесь, мэм. – Офицер открыл заднюю дверцу. Анна же отметила, что, несмотря на последний теракт, особый режим успели отменить, и патрульных в экипаже теперь всего двое. – А… не позволите ли узнать, что с вами случилось и почему вы так… легко одеты?
- Не позволю. – Отрезала Хелси, забираясь на широкое сиденье, предназначенное для задержанных. Сержант лишь хмыкнул.
Патрульные довезли её до дома, даже не включая сирены – улицы и без того были пустынны. Распрощавшись с офицерами, женщина поднялась к себе, отпёрла дверь запасным ключом, который хранила в тайничке меж кирпичей, вошла в квартиру. Неожиданно даже для себя всхлипнув, с отвращением сбросила импровизированную накидку, разделась прямо в прихожей, прошла в спальню. Достав из ящика комода сигаретную пачку и спички, закурила. С папиросой в руке, обессиленная, рухнула на кое-как застеленную кровать, закуталась в любимое пуховое одеяло – тяжёлое, пахнущее слежавшимися перьями. Уставясь в потолок, выдохнула облачко дыма, вслушалась. По стёклам барабанил дождь – он начался недавно, уже после того, как Анна вошла в подъезд.
- Интересно, почему я так люблю тепло, и так не люблю слякоть? – Не понижая голоса, сказала она в пустоту. – Здесь ведь всегда так, это Чарли может помнить, как всё было прежде. Мне должно казаться нормальным, что вечно дождит… А я тоскую по солнцу…
Анне хватило сил и предусмотрительности загасить окурок о спинку кровати, прежде чем сон овладел ей окончательно…
* * *
Вопреки ожиданиям, до самого рассвета инспектора никто не побеспокоил. И её появление в офисе НАР у коллег удивления не вызвало – даже охранник на входе привычно поздоровался, не отрываясь от замусоленного журнальчика про довоенные авто. Старательно обойдя по дуге кабинет Диксона, Анна тихонько пробралась в свой, уселась в кресло, и сразу же почувствовала себя много уверенней. Повесив на вешалку плащ, проверив стенной сейф и убедившись, что Чарли потрудился оставить в нём оброненную на месте взрыва «серпенту», инспектор перевела дух, выкурила сигарету у окна, глядя на проезжающие внизу машины, и только после этого пошла сдаваться. Старик был занят – перебирал ворох документов на своём столе. При виде женщины он не выказал заметного удивления, лишь нахмурился. Спросил:
- И как ты сюда попала?
- На автобусе, машины же у меня нет теперь. – Отозвалась Хелси, разглаживая жакет. Костюм был запасной, долго лежавший в шкафу, и инспектор слишком поздно заметила светлые полосы на местах сгибов. – Неудобно тебя просить, но можешь сделать мне большое одолжение?
- Слушаю внимательно. – После длинной паузы пожилой инспектор отложил картонную папку, которую держал в руках.
- У тебя же есть друзья в Бюро? У тебя везде есть друзья.
- Ну, допустим, не друзья, а знакомцы, это не одно и тоже. – Диксон облокотился о стол, сплёл пальцы, пристально глядя на женщину. – Но допустим, что есть.
- Можешь добыть мне хотя бы самые общие материалы по одному делу? Быстро добыть. И ещё – если приедут злые санитары на «скорой помощи», не говори им, что я здесь, ладно?
Анна так и не узнала, насколько добрыми были знакомцы Старика в БНЗ, однако ещё не пришла пора обедать, когда вполне официальный курьер доставил в офис тощую подшивку – открытые материалы по делу о побеге следователя Тёрнера… Хелси тут же нырнула в них с головой, разложив по столу чистые носовые платки – на случай несвоевременного приступа кашля. По всему выходило, что специальный агент Волчер от неё практически ничего не утаил. Майлз прибыл к убежищу подозреваемого прежде оперативников Бюро, подверг его пыткам, убил, вытащил архив и был таков. След машины детектива терялся за северной окраиной. Дальние посты, замкнувшие кольцо на всех шоссе сразу после объявления тревоги, никого не поймали, и теперь розыскные команды уходили всё дальше от города, а на пограничные заставы шли ориентировки. Что-то здесь было… Именно здесь, в этих строчках. Какая-то ниточка, зацепка…
Снаружи застучали колёса очередного локомотива, лампа под потолком закачалась, а инспектор внезапно ударила ладонью по столу. Ну конечно же! С чего все решили, что Тёрнер вообще покинул столицу? Судя по бумагам, БНЗ упёрлись в версию о том, что он иностранный шпион, и будет стремиться к границе, чтобы покинуть Республику. Но даже если так – не логично ли пересидеть шум в укромном месте? А именно в северных районах такое местечко имеется, и не одно – Анна сама там побывала. Ни полиции, ни «Тысячеглазой»… Квартал трущоб подходит слабо, там не укроешь машину, плюс полно полицейских осведомителей, которые запросто сдадут бывшего «патрона» его коллегам. А вот сама старая промзона на северной окраине…И лучше всего прятаться там, где уже искали, ведь так?
Хелси вскочила, сунула пистолет в кобуру, сняла с крючка плащ, просунула руки в рукава, шагнула к выходу – и нос к носу столкнулась со Стариком, который вошёл в кабинет с термосом в одной руке и картонным пакетом сэндвичей в другой.
- Чарли, одолжишь машину? – Спросила женщина, поправляя воротник плаща. – Ненадолго.
- Да лучше я тебя просто подвезу. – Седой инспектор поставил снедь на стол, повернулся к Анне. – Говори, куда.
- Нет уж, прости. – Мотнула подбородком Хелси. – Сама управлюсь. Но я знаю, что ты не отвяжешься, потому от помощи не отказываюсь. Прикрой мне тыл, ладно? Я назову тебе адрес, но ты приедешь по нему не ранее, чем через час после меня. А до этого присмотришь, что бы за мной не было «хвоста». Договорились?
- Анни… Куда ты лезешь? – Нахмурился Диксон.
- Я не ле… - Женщина закашлялась, зажала рот ладонью, схватилась за грудь. Сознание помутилось, и она едва не упала, однако её поддержали сильные руки.
- Ну, ну… - Пробормотал Старик, приобняв Анну за плечи. – Всё, уже всё… Дыши глубже, ровнее… Так… И куда ты поедешь в таком виде, а?
- Куда… надо… - Выдавила инспектор, освобождаясь из объятий и отступая на шаг. Кровавые капельки остались на пиджаке и белой рубашке Диксона, но тот не обратил на них внимания.
- Ох-х… - Старик достал из кармана связку ключей, отделил один, бросил Хелси. – Так и быть. Но… Анни, пожалуйста, береги себя. Я не хочу, чтобы наш отдел потерял свой талисман.
- Талисман? Я?
- Ну да. – Чарли устало улыбнулся и вздохнул. Анна поразилась, насколько старым он сейчас выглядит – она никогда не замечала возраста друга. И десять лет назад, когда инспектор поступала на службу, он был точно таким же, как теперь. Но в этот момент, глядя ей в глаза с усталостью и грустью, Старик действительно казался стариком – измотанным, оставившим позади целую жизнь…
- Есть такое убеждение, что порядочный человек не может быть хорошим полицейским. – Продолжил он, сунув руки в карманы. – И что от идеалистов на службе нет прока, одни проблемы. Это звучит логично, но каждый день на службе я вижу… до сих пор видел живое опровержение. И не только я. Не скажу за других, но мне становится гораздо легче на душе, гораздо проще не сорваться. Я… - Он запнулся. - Я знаю, почему ты так безрассудна. Но прошу тебя – побудь ещё с нами. Со мной, старым дурнем. Сколько сможешь.
- Я постараюсь, Чарли. – Анна стиснула в кулаке ключ от авто. – Честно, постараюсь.
Диксон ездил на серебристом «монархе» - машине, которая и до войны выглядела старомодно. Круглые фары, скошенный зад, округлый капот, сильно выступающие передние крылья, прямо как в старых кинолентах. Страшно подумать, каких ухищрений стоило пожилому инспектору поддерживать такой раритет в идеальном состоянии – однако ухаживал за авто он сам, это Хелси знала точно.
«Монарх» был солиден и тяжеловесен, при желании им можно было таранить автобус или большегруз без большого риска для себя, но вот скорость автомобиль выдавал скромную. До заброшенного склада в старой промзоне ехать пришлось часа полтора. Инспектор остановила машину у самых грузовых ворот, некогда выбитых грузовиком, заглушила двигатель, проверила магазин «серпенты» и выбралась наружу. Ёжась от мерзкой мелкой мороси, сыплющейся с неба, прошла под бетонной аркой, огляделась. Кое-какие следы случившегося здесь боя ещё сохранились – трупы давно убрали, гильзы педантично собрали, но замыть лужи крови никто не потрудился, а серый бетон стен был испятнан выбоинами от пуль и осколков. Анна двигалась осторожно, стараясь не наступать в подсохшую кровь, потихоньку продвигаясь вглубь склада. Наконец, удача улыбнулась ей – она заметила, как среди куч мусора мелькнуло нечто серебристо-серое, слишком чистого и яркого оттенка для куска бетона. Женщина приблизилась, и поняла, что у стены стоит знакомый ей «астро», присыпанный для маскировки всяческими полусгнившими отходами и накрытый куском истлевшего утеплителя. Инспектор подёргала ручку на двери водителя – заперто…
- Анна, это ты? Чёрт, не ожидал… - Произнёс за её спиной мужской голос. Хелси крутанулась на каблуках, вскидывая оружие – и увидела Майлза. Тот спокойно стоял перед ней, держа револьвер в опущенной руке – такой же растрёпанный, как при первой встрече, в том же самом чёрном мятом костюме.
- Ну что ж… - Бывший полицейский вздохнул. – Значит, кончено.
- Что именно? – Напряжённым голосом поинтересовалась Анна. – Ты можешь мне объяснить, что за игру затеял?
- Боюсь, не могу. – Качнул головой Тёрнер. – Потому что нет никакой игры. Вы там, наверное, десять заговоров со мною во главе просчитали… Но я просто сорвался. Натворил глупостей, о которых не жалею. И, тем не менее, прошу у тебя прощения – ведь в итоге и ты можешь пострадать.
- Что ты сделал? Что ты, чёрт возьми, натворил, Майлз? Скажи, пожалуйста… - Голос Хелси дрогнул, и она кашлянула. Вот только приступа сейчас не хватало.
- Благодаря инспектору Диксону, о том, что террориста опознали, я узнал одновременно с НАР и БНЗ. А вот нашёл его чуть раньше – иногда старые методы и хорошо налаженная сеть информаторов полезнее современных технологий, знаешь ли… - Пояснил мужчина, стоя абсолютно неподвижно. – Решил попробовать его взять за глотку. Но недооценил, какой это мерзкий тип. Высокомерный ублюдок, почти что богом себя считал – от салочек с полицией в самоуважении утвердился, а после удачного нападения на участок вовсе разум потерял. Ну я и не выдержал… Впервые за годы службы. А по ходу дела он мне рассказал про свой архив. Бумаги здесь, если тебе интересно. Не в машине, в подвале.
- Зачем они тебе? – Женщина обхватила рукоять «серпенты» второй ладонью – у неё устали руки, локти начали дрожать. – Решил поиграть в сказку про драконьи сокровища? Убивший дракона сам становится драконом, так, что ли?
- Может быть. – Тёрнер пожал плечами. – Я, честно, сам так и не придумал, на кой мне всё это. Просто понял, что эта вещь позволяет маленькому человеку сделать большое дело. Помнишь? Благое или дурное – от человека зависит. Такая вещь, которая сама по себе ни злая и не добрая, лишь инструмент. Я вот не могу больше просто жить. Я не паладин, но этот чёртов гниющий город вечного дождя меня раздавил. Я всё ещё хочу защищать его жителей, но разве рутинной работой тут поможешь? С каждым днём только хуже, и так год за годом. Может быть, яркая вспышка – единственный шанс? Какая-то подвижка. Я не придумал, не успел придумать, как использовать архив. Если его получит БНЗ – они залатают последние дыры в «Тысячеглазой», и её контроль станет абсолютным – но прок от этого будет лишь для политической полиции. Передать за рубеж – и им придётся отказаться от городской системы, либо на корню её переделать, что тоже большое движение, хоть и на одной плоскости. Использовать самому… не знаю, вряд ли. Но теперь это не важно. Ты здесь. Ты меня поймала. Но я не сдамся.
- Майлз, ты… - Инспектор сглотнула. - Ну какой же ты болван. Сдавайся, и я постараюсь, чтоб это дело замяли. Объясним как недоразумение. Чарли поможет, отделаешься взысканием. Всё будет хорошо. Просто положи оружие.
- Нет, прости. – Мужчина усмехнулся. – Я бы и сам мог сдаться, если б хотел. Но я не хочу – уже всё решил. Однако и отпустить меня просить не стану. Если ты согласишься – тебе же будет хуже. БНЗ наверняка отслеживали твои перемещения, и знают, куда ты направилась сейчас. Уверен, скоро здесь будет их штурмовая команда. Анна, ты замкнулась в своём коконе, и отсекла всё, что выходит за пределы города. Твоего города, который ты защищаешь. Специально отсекла, иначе, наверное, не смогла бы оставаться такой… Какая ты есть.