- Слева, и справа тоже, вроде как. – Наёмник говорил хрипло, задыхаясь – отвлекающей команде приходилось туго.
- Прекрасно. – Джеймс стукнул каблуком по паркету. - Сикорски, взрывай потолок вот тут, пробьем бойницу и пристрелим эту заразу.
- Так точно. И, сэр, притащите вон то растение - взрывчатку нужно чем-то прижать. - Уоррент указал на приличных размеров фикус, стоящий в нескольких метрах поодаль, и полез в подсумок за С4.
Установка зарядов отняла считанные секунды – и ещё несколько ушло на то, чтобы укрыться в другой комнате. Разумеется, количество взрывчатки было скромное, только чтобы сделать полуметрового диаметра дыру в полу, но в таких случаях всегда лучше перестраховаться.
- Всегда мечтал подорвать школу... - Мечтательно протянул Лайтман
- Что вы сказали, сэр?
- Ничего. «Коробочка», через двадцать секунд выезжайте вперёд и откройте огонь по окнам вестибюля на первом этаже. «Дельта», взрыв через пятнадцать... десять, девять... Закончив отсчёт, капитан вдавил кнопку детонатора.
- ТР-РА-Д-ДАХ! - На струе дыма и пламени, будто стартующая ракета-носитель, горшок с фикусом подлетел к самому потолку и метеором рухнул вниз, исчезнув в аккуратной пробоине, образованной взрывом.
- «Дельта», вперёд! - Приказал Джим, срываясь с места, чтобы скорее попасть к Вальтеру, на лестницу. Сикорски же бросился к импровизированной бойнице, собираясь зачистить пространство у дверей для «Дельты».
Один раз трюк с отвлечением внимания пришельцев и атакой с другой стороны уже прошёл, потому капитан рассчитывал, что им с Вальтером удастся выбить удерживающих лестницу пришельцев, пока они отвлечены на перестрелку в южной части школы.
На самом деле тактика Лайтмана была невероятно проста, и целиком строилась на том предположении, что телепатическая связь между пришельцами действует практически постоянно. Во время безуспешной попытки общения с чужими, в хаосе их мыслей Лайтману не удалось ощутить присутствие какой-либо единой, координирующей воли, и он сделал вывод, что офицеров среди пришельцев сейчас нет. А раз так - то их ментальная связь будет скорее мешать пришельцам, чем помогать. Сначала внимание противника отвлёк взрыв, что наверняка даст небольшой шанс «Дельте» продвинутся вперед, потом внимание отвлечёт уже сама «Дельта». Ну а пулемётный огонь БМП и пальба Джейкоба - это так, для подстраховки.
Капитан начал осторожный спуск по лестнице, держась у стены и постоянно поглядывая вправо. Вальтер стоял на верхнем пролёте, с оружием наизготовку. Как только Лайтман преодолел половину пути, они поменялись местами, и дальше первым пошёл уже более бронированный и подготовленный Вальтер. Офицер искренне надеялся, что стрелять им не придётся, поскольку испытывал инстинктивное недоверие к инопланетному оружию - пистолет для себя он взял у Сикорски, а Вальтер одолжил свой у Батисты. Но что поделать, если при встрече нос к носу с мутоидом на автоматы надеяться особо не стоило…
- Гранаты пошли! – Предупреждающе рявкнул боец «Дельты», когда офицер и сержант спустились к последним ступенькам. Его голос едва был различим в наушнике, за треском пулемётов и штурмовых винтовок. – Входим!
Грохнуло где-то совсем рядом, в считанных метрах. Взвизгнули осколки, дико закричал раненый пришелец – этот жалобный вопль прежде слышали лишь некоторые из солдат, однако некито не спутал бы его с человеческим.
Пыль от взрывов ещё не осела, а Вержбовски уже рванулся вперёд, и у самого порога лестничной клетки обнаружил сектогита, который сжался за косяком, накрывая голову руками. Выглядел инопланетный интервент жалко, хотя пистолета не бросил, и на всякий случай сержант оглоушил его пинком по макушке.
- Пленный есть! - Крикнул он Лайтману, опасливо выглядывая в фойе. К счастью, работы для него там почти не осталось - взрывы гранат и шквальный огонь снаружи, особенно длинные очереди ПКТ, сделали своё дело. Трупы серокожих инопланетян были разбросаны по всему холлу. Битое стекло, щепа и обломки кирпича, устилающие пол, тонули в зелёных лужицах, расползающихся из-под трупов. Посреди этого разгрома высился ещё живой мутоид - безоружный, пошатывающийся. Когда под каблуком оперативника что-то хрустнуло, гигант медленно обернулся, чуть не упав. Вальтер спокойно прицелился ему в лицо и выстрелил - как в тире...
* * *
- Не стреляют больше... - Взволнованно заметил доктор Вашингтон. Мишель шикнула на него, прижимая тяжёлый наушник ладонью. На командной волне возобновились переговоры.
- Противник в здании школы ликвидирован. - Сухо докладывал Лайтман. - Группы завершают осмотр здания, однако нет оснований полагать, что где-то ещё остался враг. Захвачен один пленный и... Вот эта штука, которая торчит в гардеробе - на гроб похожа, но сбоку у неё выступает шар светящийся, вроде как у сектогита из первой группы... Это то, что мы искали? - На последних фразах глава «Альфы» сбился с официального тона.
- Не знаю. - Честно признался полковник Краснов. - С трофеями разбираться уже не вам. Так как механизированный взвод «Гамма» не понёс в бою потерь, он остаётся охранять эту точку. В зону карантина скоро прибудут техники, они и займутся сбором имущества, включая обломки дрона. Потом «чёрные каски» довершат зачистку, а внутренние войска выведут найденных гражданских. Вам осталось собрать людей и возвращаться домой, капитан.
- Сообщите доктору Солнцевой, что её помощь не помешает. – Добавил Джим.
- Я уже связался с Куратором. К нам выслан медицинский вертолёт, который прибудет раньше вас, и заберёт раненого прямо из ангара. Курирующий Комитет обещал им заняться.
В эфире повисла короткая пауза.
- Отлично справились, капитан. - Сказал, наконец, Николай Николаевич. Лайтман ничего не ответил, и командующий оборвал связь.
- «Лидер», это «Линзы». - Мишель отпустила приклад винтовки и постучала пальцем по массивному старомодному микрофону своей гарнитуры. - Вы слышите это?
- Э... Что? - Не понял Джеймс.
- Гул.
- М-м... Нет, не слышу. - Мысли американца явно были заняты чем-то более насущным, чем странные вопросы канадской коллеги.
- Именно. - Снайпер улыбнулась, продолжая придерживать микрофон кончиками пальцев. - Гула нет. «Медведи» ушли.
- А... Принято. - Лайтман не слишком вежливо переключился на другую волну. Хенриксен, впрочем, не обиделась. Она перекатилась на левый бок и подмигнула Иезикилю:
- Мистер Вашингтон, отойдите в сторонку на минуту.
- Зачем? - Робототехник удивлённо приподнял брови.
- Затем, что если вы этого не сделаете, вас убьёт моя напарница. - Усмехнулась девушка и, скинув маскировочный плащ, принялась расстёгивать верхний клапан своего комбинезона. Инженер вскочил на ноги, как пружиной подброшенный...
- Тебе следовало сделать это сразу. - Недовольно буркнула МакГрин, протягивая подруге оранжевую коробочку индивидуальной аптечки.
- Пока мне нужно стрелять, я предпочту чувствовать боль, чем не чувствовать руку. - Мишель вытащила из коробочки шприц-тюбик с местным анестетиком, оттянула облегающий шею воротник, расстегнула ещё один клапан и вонзила иглу себе под ключицу. - Даже частично...
* * *
Мужчина в деловом костюме, наблюдавший за штурмом школы из окна соседнего барака, удовлетворённо кивнул, посмотрел на часы, снял с подоконника плоский чёрный кейс и аккуратно задёрнул штору. Тучи рассеялись, и залитый лунным серебром Нерюнгри как никогда напоминал город-призрак.
А в многочисленных туннелях глубоко под городом гасли тревожные сигналы и толстые бронедвери медленно ползли вверх….
Глава 12. Полковник Краснов. Маркус Штреллер.
25 февраля 2014 года.
Воздушное пространство Российской Федерации.
В «Чинуке» стало просторнее - дрон больше не занимал всю центральную часть пассажирского отсека. Вместо него на пол уложили раненного - на ветхое одеяло, невесть откуда нашедшееся у пилотов, и снайперские подстилки. Вскоре после того, как группа взошла на борт, солдат очнулся, но Лайтман запретил давать ему новую дозу обезболивающего, резонно опасаясь, что после неё пациент может и не проснуться. Несчастного и так накачали химией сразу после ранения.
Вытянувшись, сжав кулаки, он тяжело дышал, время от времени начиная стонать – и сослуживцы каждый раз отводили взгляды. Возбуждение боя оставило их, они были вымотаны душой и телом, но болезненные хрипы мучающегося товарища не давали расслабиться, перевести дух. К счастью, длилось это недолго – в какой-то момент капитан Хенриксен сунула Энн свою винтовку, сбросила белый плащ и поднялась. Пройдя к раненому, опустилась на колени, склонилась над ним и что-то тихо сказала, коснувшись кончиками пальцев его здорового плеча. Солдат, судорожно сглотнув, поймал её взгляд. Капитан улыбнулась и продолжила, иногда легонько касаясь груди парня ладонью. Слов её за гулом турбин не слышали даже те, кто сидел рядом - Мишель говорила ещё тише и мягче, чем обычно, но при этом не умолкала ни на секунду. Едва ли боец, чьё сознание было затуманено болью и медикаментами, понимал канадку. И всё же он перестал стонать - молча слушал, не отводя глаз от её лица. Это как по волшебству разрядило обстановку. Хотя раненый никуда не делся, оперативники словно отмерли, зашевелились, кто-то зашептался с соседом… Один из рядовых полез зачем-то в свой гранатный подсумок, извлёк оттуда плоскую стеклянную фляжку, закупоренную куском льняной материи с сургучной печатью, в которой плескалась прозрачная жидкость, и присел рядом с Хенриксен.
- Возьмите, может, это поможет... мэм. Здесь почти чистый спирт, ну и... – Молодой оперативник сбился, отчего-то покраснел, глядя на девушку, но всё-таки попробовал переиначить свою мысль. - Обезболивающего ему давать нельзя, но, может...
- Алкоголь ему давать тоже нельзя. - Неожиданно раздался ровный голос Лайтмана. Боец обернулся, и увидел, что американец внимательно на него смотрит.
- Этиловый спирт, как метод обезболивания - не альтернатива наркотикам. Этанол не оказывает обезболивающего эффекта, и только затуманивает сознание. При этом восприятие боли только обостряется. - На лице командира «Альфы» мелькнула тень эмоций, однако тон его не изменился. Казалось, что офицер сейчас читает лекцию в университете. - Соответственно, в состоянии алкогольного опьянения раненый с острой болью приходит в состояние возбуждения, испытывая значительно более серьезные страдания, от которых его уже нельзя отвлечь, чем в данный момент с успехом занималась мисс Хенриксен. Если хотите помочь, то дайте ему немного воды, лучше подсахаренной. Немного, мелкими глотками. - Джим зачем-то глянул на канадку, которая продолжала разговаривать с раненым, и снова уткнулся в командирский планшет. Хотя американец и бодрился, выглядел он не лучше подчинённых – нездорово блестящие глаза и зеленоватый цвет лица напоминали о недавней контузии.
Потерявший руку боец снова отключился перед самым приземлением. Мишель, однако, так и сидела на полу рядом с ним, гладя парня по голове, до тех пор, пока шелест винтов не стих, а кормовая аппарель не поползла вниз... Внутрь тут же ворвался яростный ветер - стоящий посреди ангара маленький Ми-2 санитарной модели уже раскручивал лопасти.
- Отойдите, не мешайте! - Пожилой небритый мужчина в белом халате поверх камуфляжа замахал руками, отгоняя сунувшихся на выход оперативников. Вместе с рослым малым, несущим сложенные носилки, он поднялся в десантный отсек, властным жестом отодвинул от пострадавшего Хенриксен, бегло осмотрел кое-как обработанные раны, и распорядился:
- Укладываем...
Врач и его помощник справились быстро - не прошло трёх минут, как носилки с солдатом погрузили в санитарную машину, и она поднялась в воздух. Потолок ангара начал с шумом закрываться.
- Ну... А теперь-то можно выходить? - Спросил один из рядовых, глядя то на Лайтмана, то на Хенриксен. Последняя стояла на аппарели, потирая плечо, и с каменным лицом смотрела на то место, где только что был Ми-2. Видеть её не улыбающейся было непривычно и даже как-то тревожно...
- Команды ещё не было, боец. – Застегнув чехол планшета, Джеймс встал в самом центре прохода, заложив руки за спину. - Сперва сдача амуниции и чистка оружия. После приведения экипировки в порядок у вас будет свободное время до отбоя... за исключением пострадавших в ходе операции. Они должны явиться к доктору Солнцевой на осмотр. Уоррент Сикорски, проконтролируйте.
- Есть, сэр. – Кивнул темнокожий здоровяк.
- Капрал Кобб, для вас отдельная задача – взять двух человек и эскортировать пленника до изоляционных боксов.
- Так точно. – Женщина, не получившая в бою ни царапинки, поправила на плече ремень автомата.
- Ужин через час, советую не опаздывать. Завтра утром, в восемь ноль-ноль, после тренировки, построение в брифинговой и подведение итогов операции. Вопросы есть? - Придирчиво осмотрев подчинённых, капитан заключил:
- Хорошо, вопросов нет. Р-разойдись!
Дважды приказывать не потребовалось – измождённые оперативники высыпали из стального чрева транспортника, как горох из мешка. Почувствовав себя дома, в безопасности, в двух шагах от ужина и кроватей, солдаты спешили избавиться от пропахшей потом униформы и сбросить с плеч тяжесть экипировки... Лайтман криво ухмыльнулся, запивая какие-то таблетки водой из фляжки. Делать этого перед солдатами ему явно не хотелось.
- Мисс Хенриксен, вам также следовало бы явиться на осмотр к доктору Солнцевой. – Сказал он, завинчивая крышечку. - И я бы хотел знать, почему вы не доложили о ранении. Вы ведь понимаете, что это является нарушением инструкции, и могло повлечь за собой серьёзные последствия?
- Простите, Джеймс, о ранении? - Канадка прислонилась спиной к борту «Чинука», сложила руки на груди, и удивлённо выгнула бровь. - Я устала, и после стрельбы из «Барретта» у меня болит плечо, однако это в рамках нормы. Если бы мне что-то мешало на задании действовать с полной эффективностью, заверяю, вы бы об этом узнали сразу.