Николай указал на приземистое строение, перед которым в тени дерева стояли два грубо сколоченных стола и полдюжины самодельных стульев:

- Это заведение Юсуфа. Он то ли узбек, то ли таджик, не знаю. Но плов готовит отменно. У него иногда обедают русские, задержавшиеся по делам в городке. Видишь столы? Они для нас, местных кормят внутри, за дастарханами. Садись, я закажу еду…

Вскоре они устроились за одним из столов с чаем и горячими лепёшками – плов ещё не был готов, однако хозяин не собирался отпускать клиентов так легко.

- Итак, ты больше не спешишь, как я погляжу. – Заметил Дронов, потягивая чай из желтоватой фарфоровой пиалы. – Какие же у нас, всё-таки, планы?

- Есть шанс, что похищенный ещё здесь, в посёлке. – Настя задумчиво поиграла пиалой, держа её под донышко. – А даже если нет – могут найтись следы, указывающие на то, кто его умыкнул и куда. Однако устроить тотальный обыск, как в крепости, не выйдет, конечно.

- Ох… Да, воображаю вполне, какой бы тут крик поднялся. – Мрачно согласился Николай, представляя себе последствия такого шага. Русские солдаты обыскивают лавки, входят в дома… - Так и до бунта недалеко.

- Посему нужно бить прицельно. – Девушка сделала глоток и поставила пиалу на место. – У меня нет ещё осведомителей среди горожан, но есть пара мыслей… Весьма неаппетитных, так что давай сперва поедим.

- Как скажешь. – Улыбнулся Николай. «Неаппетитные мысли» его весьма заинтриговали, однако он послушно дождался плова, прикончил миску, дал доесть Насте и лишь после этого напомнил ей о них.

- Всё просто. – Девушка с хитрой улыбкой потёрла шрамик под глазом. – Чтобы ночью вывезти из крепости человека, нужно сперва в крепость попасть. А потом оттуда выйти. Имея при себе что-то, в чём человека можно спрятать. Кто может сделать это, не вызывая подозрений? Кто регулярно и совершенно легально навещает крепость по ночам, имея при себе объёмную тару? А? – Она приподняла брови.

Капитан крепко задумался. Поводил ногтем по краю пиалы, морща лоб, и, наконец, тоже усмехнулся:

- Золотарь. Тот, кто каждую ночью чистит выгребные ямы в крепости и вывозит их содержимое в больших бочках.

- И никто не будет эти бочки проверять. – Кивнула Настя. – Молодец, Коля. Возьми кусочек.

Она разломила последний кусок лепёшки надвое и протянула половинку Дронову. Тот с усмешкой принял «награду». Поинтересовался:

- Хочешь наведаться к золотарю?

- А он у гарнизона один?

- Их трое, но это отец и сыновья, живущие вместе.

- Тогда пошли. – Сыщица встала и отряхнула крошки с брюк. Взяла со стола шляпу. – Проводишь?

- А мы пойдём вдвоём? – Капитан тоже поднялся, доставая кошель. Хозяин заведения появился как из-под земли, принял монеты и тут же растаял без следа.

- А кто ещё нужен? – Искренне удивилась Настя. – Сашу я не потащу, она сейчас в кабинете, на документах спит. Неприятностей, требующих роты эскорта, не предвидится, а из более мелких мы с тобой вполне выберемся и сами.

- Настя, а ты точно немка? – Уточнил Дронов, вспоминая её признание двухлетней давности.

- Почти чистокровная, хоть и родилась в России. – Девушка прищурилась. – Я ещё и католичка, если тебе интересно.

- Ну, знал я и немцев-православных…

- А я, когда в Индии работала, видела корову с двумя головами, её крестьяне местные почему-то брамином называли, как жреца. И что?

- Авантюризму в тебе много для немки, вот что. – Вздохнул капитан. – Наверное, оттого, что предки фамилию русскую взяли, она и влияет… Ладно уж, пойдём.

*                                                                  *                                                                             *

Дронов знал, что золотарь с семьёй обитает где-то к востоку от пишпекских стен, на берегу речки Аламедин, питающей крепостной ров водой – в отдалении и от поселения, и от шумных стройплощадок с их пыхтящими парогенераторами. Однако выяснять точный адрес пришлось путём расспроса местных жителей. Усложнялось это тем, что имени золотаря капитан не знал. Впрочем, язык, как известно, способен довести до Царьграда, а хижина чистильщика выгребных ям оказалась много ближе. Она стояла у самой воды, несколько на отшибе – что не удивительно, учитывая профессию хозяина. Ближайшие дома располагались в полусотне метров, выше по берегу.

- Выглядит непрезентабельно даже на общем фоне. – Заметила Настя, уверенно спускаясь к реке по довольно крутому глинистому склону и глядя больше под ноги, чем на цель их поисков. Дронов держался рядом, готовый подхватить девушку, если та поскользнётся.

- Ну, так и заработок у владельца посредственный. – Хмыкнул капитан. – Мы платим ему лучше, чем хокандцы, однако переустраивать быт – дело небыстрое.

- Профессия золотаря – одна из самых недооценённых в нашем обществе. – Вздохнула сыщица с довольно-таки искренним сожалением. – Без них мы бы жили в страшном мире…

- Пожалуй. Нет на свете справедливости.

- Справедливость легко оспорить. – Настя усмехнулась своей фирменной улыбкой опереточного злодея. – Сила очевидна и неоспорима. Однако мы не смогли дать силу справедливости.

- Цитата?

- Угу.

Забора вокруг мазанки золотаря не было, так что Николай сразу прошёл к дверям и постучал кулаком в стену – дверной проём был занавешен тряпицей, на деревянную створку здесь мало у кого хватало денег.

- Хозяин! Выйдите, пожалуйста, к вам по делу из гарнизона! – Крикнул капитан, но ответа не последовало. Тогда он повторил просьбу на двух киргизских диалектах и, собрав скудные познания, на узбекском.

- Даже если они не понимают языка, то уж на такой шум бы выглянули. Может, никого нет дома? – Несмотря на спокойный тон, девушка откинула полу куртки и расстегнула кобуру.

- С такой «дверью» вряд ли они оставляют дом без присмотра. – Качнул головой Николай, тоже положив ладонь на рукоять револьвера. – Заглянем, пожалуй?

- Заглянем.

- На сей раз я первый.

Капитан откинул полог и вошёл. Окон у хижинки не было, скудное освещение давали только щели в потолке, потому Николай постоял немного на пороге, всматриваясь, и лишь затем тихо выругался. Вошедшая следом Настя ограничилась тяжким вздохом – кажется, увиденное не стало для неё сюрпризом.

Три мужских трупа были свалены друг на друга у дальней стены единственной комнаты. Двое молодых парней и взрослый мужчина. Предположить, кто это, было не сложно.

- Опять опоздали. – Прокомментировала Настя. – Ты не знаешь, жена у него была? Или у кого-то из его сыновей?

- Не знаю.

- Надо установить. Придётся допрашивать родственников и знакомых.

- Что сейчас делаем?

- Постой пока у входа, подержи занавесь, чтоб свет был. Я осмотрюсь. – Девушка средним пальцем сдвинула очки выше по переносице и прошла вперёд. Обошла комнату по кругу, внимательно глядя по сторонам и иногда останавливаясь, чтобы что-то рассмотреть. Присела возле мертвецов, повертела голову лежащего сверху главы семейства, изучая шею. Впрочем, капитан и сам видел, что горло несчастного перерезано – как и у часового в госпитале. Хотя способ убийства не самый редкий и экзотический, особенно на Востоке.

- Придётся вернуться и прислать людей из гарнизона. – Сказала, наконец, сыщица, вставая. – Возьмём дом под охрану, проведём обыск по всем правилам. Оставайся тут, я схожу за солдатами и Сашей. Отличная практика для неё будет.

- Хорошо, постерегу.

Пропустив Настю на улицу, Дронов шагнул было за ней… Когда услышал хлопок выстрела. Девушка сдавленно охнула и отпрянула назад, спиной втолкнув Николая обратно в дом. Капитан от неожиданности не устоял, и они оба повалились на грязный пол. Сыщица тут же откатилась к стене, уже с револьвером в руке. Дронов последовал её примеру, перекатившись в другую сторону и вытянув из кобуры оружие. Вовремя – ещё три пули пробили тряпицу, закрывающую дверной проём, глухо ударили в глину пола.

- Настя, ты в порядке? – Спросил капитан, держа дверь на прицеле.

- Нет… Не в порядке. - Хрипло выдавила лежащая на спине девушка и с негромким стоном согнула правую ногу в колене. Пришёл черёд охнуть Николаю – он увидел как выше колена, с внутренней стороны бедра, по штанине её брюк расползается тёмное пятно.

- Чёрт! – Офицер не сразу нашёлся, что сказать. – Серьёзно задело?

- Пуля… застряла в бедре. – Сыщица быстро совладала с голосом и даже смогла усмехнуться. – Стреляют из пистолета или револьвера, с большой дистанции. Метров с пятидесяти. Иначе пробило бы навылет... И попали бы не в ногу… Ничего страшного.

- Скажешь тоже! А если артерию задело?!

- Не задело. Возьми лучше мой револьвер, следи за дверью и крышей. – Настя положила оружие на пол и толкнула к нему. – Пока я кровь остановлю…

Тихонько шипя сквозь зубы, она села и зажала рану ладонью. Потянулась за какой-то тряпкой, смахивающей то ли на полотенце, то ли на размотанную чалму…

- Будем держаться? – Офицер тоже взял себя в руки. Короткий приступ ярости и растерянности, накрывший его при виде раненой Насти, схлынул. – На стрельбу должны сбежаться солдаты.

- Ага. И не думаю, что нас станут штурмовать… Уй-ёй! Ох-х…

- Больно? – Дронов опять чуть не потерял самообладание. Под его командованием солдаты не раз гибли и получали ранения, но одно дело солдаты, а другое – девушка, пусть и служащая в полиции!

- Конечно больно, что за вопрос дурацкий! – Сыскной агент закончила перетягивать бедро и привалилась спиной к глиняной стенке. – Ох-х-хо… Верни револьвер.

Следующие минут десять они молча сидели, сжимая рукояти револьверов и ожидая нападения. Как и предсказывала Настя, его не последовало – вскоре снаружи послышались свистки и командные окрики.

- Ну вот. – Сглотнув, сыщица улыбнулась. Её лицо стало белым, как некрашеное полотно, на лбу выступили капли испарины, однако держалась она уверенно. – Теперь можешь выйти, позвать помощь. А я здесь… посижу.

       *                                                          *                                                                *

Пока гарнизонный врач извлекал пулю из ноги Анастасии, капитан топтался у дверей хирургической палаты – то грызя ноготь, то таращась в окно. Он понимал, что жизни сыщицы, скорее всего, ничто не угрожает, однако всё равно не находил себе места. В конце концов, врач вышел к нему и сообщил, что операция завершилась успешно, а раненая уснула после наркоза, и беспокоить её до утра не стоит. Николай поблагодарил его и направился к выходу, однако в дверях госпиталя столкнулся с Сашей. Маленькая стажёрка мчалась кометой, и едва не опрокинула дюжего капитана – тот чудом успел её поймать, чем спас себя от удара лбом в живот.

- Что… с Анастасией… Егоровной?! Я только узнала! – Выпалила она, задыхаясь после бега.

- Всё хорошо. – Дронов улыбнулся как можно более успокаивающе. Хотел было погладить стажёрку по голове, но решил, что это будет уже слишком. – Пулю вынули, заражения нет. Через пару-тройку месяцев всё заживёт.

- Я пойду к ней! – Саша рванулась мимо капитана, однако тот снова её поймал.

- Не стоит. Она сейчас спит. Пусть отдохнёт. – Николай хмыкнул. – Мы с ней поменялись ролями, кто бы мог подумать… Пойдём лучше со мной.

- Куда? – Будущая сыщица посмотрела на него снизу вверх. Выглядела она совершенно потерянной, однако страха в глазах у неё Дронов почти не заметил – лишь самую капельку. Да и боялась девушка, похоже, не за себя.

- В столовую. – Офицер взял Александру за плечи и развернул спиной к госпиталю. – Пообедаем.

Столовая крепости, тоже оставшаяся от хокандцев, вмещала в себя полторы роты, потому обедал гарнизон посменно. До начала первой смены оставалось больше часа, так что она была в полном распоряжении капитана и стажёрки. На кухне Николай применил коварный ход – показал повару худенькую Сашу. Повар едва не прослезился и устроил их за угловым столом, снабдив чаем и оставшимися с завтрака пирожками.

- Ну как, успокаиваешься потихоньку? – Спросил Дронов, откусывая половину пирожка. На «ты» он перешёл машинально, ещё не переключившись после общения с Настей. Однако стажёрка восприняла это естественно.

- Да я и не… - Она запнулась, глядя в бело-синюю фарфоровую чашку, которую повар достал специально для неё. Чашка была огромная, как бадья, а для крохотной Александры и вовсе смотрелась немецкой пивной кружкой. Из тех, которые достают на Октоберфест.

- Что? – Приподнял брови Николай.

- Всё-таки, я испугалась. И за Анастасию Егоровну, и за себя…

- За себя?

- Да. Эгоистично, конечно, но… Ведь если с наставницей что-то случится, я приму её дела… А я не готова. – Девушка вскинула голову. – Наломаю дров и испорчу всё, что она успела сделать.

- Хм-м… - Протянул Дронов, отпивая чая. – А скажи, чего ты испугалась больше – что Настя может умереть, или что тебе придётся заняться её работой? Только честно.

- Честно? – Саша вздохнула. – Больше боялась за Анастасию Егоровну.

- Ну, значит, принять дела ты вполне готова, не так уж тебя это и пугает, как сама думаешь. – Заключил капитан. Вывод был, если уж начистоту, сомнительный, однако поддержать стажёрку казалось Дронову важнее, чем соблюсти логику.

- Пожалуй. – Впервые за день Саша улыбнулась. Сделала большой глоток из чашки. – А с ней точно всё будет хорошо?

- Конечно. При ранении в бедро всегда есть риск повреждения бедренной артерии и смерти от кровотечения, но Насте повезло, и теперь волноваться не о чем. Рана в мягкие ткани – пустяк. Я уже говорил – через несколько месяцев будет в порядке.

Допив чай, они разошлись. Саша отправилась заниматься какими-то бумажными делами в канцелярии, Дронов – навестить своих людей в казарме. Там его ждали – все подотчётные ему унтеры и поручики во главе с Горшковым. Капитана молча проводили за стол в комнатке отдыха и налили коньяку. Тут запоздало он вспомнил, что именно на этот день назначены неофициальные поминки по убитым в бою драгунам, однако первый тост Остап Кириллович предложил поднять за выздоровление сыскного агента. Хотя сотрудников Третьей канцелярии в военных кругах традиционно не любили, в роте Дронова многие знали Настю по её прошлому приезду. Тост был поддержан…