Бежарс, граф.

Граф. А, дорогой друг, входите же!.. Я в таком тяжёлом состоянии духа…

Бежарс. В ужасном состоянии, граф. Я не решался к вам подойти.

Граф. Я только что прочёл послание. Нет, это не злодеи, не чудовища, — это всего лишь несчастные безумцы, как они сами себя называют…

Бежарс. Я так и думал.

Граф (встаёт и начинает ходить по комнате). Бедные женщины, совершая падение, не отдают себе отчёта, сколько горя это влечёт за собой!.. Их жизнь идёт, как и шла… обиды между тем накопляются… а несправедливый и легкомысленный свет обвиняет отца, который страдает молча, украдкой от всех!.. Его упрекают в чёрствости, потому что он не проявляет нежности к плоду преступной связи!.. Наши измены не отнимают у женщин почти ничего. Во всяком случае, они не могут лишить их уверенности в том, что они — матери, лишить их высшей радости — радости материнства! Между тем малейшая их причуда, прихоть, лёгкое увлечение разрушают счастье мужчины… счастье всей его жизни, лишают его уверенности в том, что он — отец. О, недаром женской верности придавали такое огромное значение! Общественное благо, общественное зло связано с их поведением. Рай или ад в семье вызываются исключительно той молвой, какая идёт про женщин, а зависит молва только от них самих.

Бежарс. Успокойтесь, вот ваша дочь.