Итак, следователь пытается сделать из Емельянова убийцу. И это ему может легко удаться, потому что факты говорят против Емельянова: он пугал хозяйку и прислугу какими-то страшными снами. Таким образом, он как будто стремился побудить их оставить дом, чтобы самому потом вернуться назад и ограбить его. После убийства дом был наводнен соседями по его, Емельянова, приглашению; а соседи перехватали и пересмотрели все вещи, побывавшие в руках убийцы. Кроме того, они наследили по всему дому, так что следствие теперь лишено возможности найти следы истинных убийц. Факта пребывания Емельянова на вокзале никто не сможет подтвердить; а его посещение полиции может быть истолковано, как хитрый маневр, который должен отвести глаза как полиции, так и следователю.

Воображение Емельянова лихорадочно работало. Где же спасение?

И вдруг он вспомнил адрес, который слышал в своих пророческих снах: — Зеленая, семь.

Емельянов разыскал Зеленую улицу. Она находилась на окраине города и шла вдоль берега моря. Емельянов решил ознакомиться с этой улицей поближе и немедленно отправился на нее.

Сердце его учащенно билось, когда он подходил ко двору № 7. Медленным шагом он прошел мимо и, не останавливаясь, заглянул во двор.

Внутри двора стояло два дома: один двухэтажный, и другой одноэтажный. Между домами находился сарай. Из одноэтажного дома неслись голоса пьяных людей.

— Тут! — сам себе сказал Емельянов и быстрым шагом прошел мимо двора.

Что решение загадки находится в этом дворе, он не сомневался. Но как это доказать?

Он решал этот вопрос и так, и этак и вдруг вспомнил о своем друге Жукове. Это был молодой парень, который интересовался подобного рода делами. У этого Жукова была хорошо натасканная собака-ищейка, ум и поведение которой удивляли друзей Жукова.

Вспомнив о Жукове, Емельянов прямо с Зеленой улицы направился к нему. Жуков оказался дома, и Емельянов поведал ему о пророческих снах, предшествовавших убийству, о котором знал уже не только Жуков, но и весь город.

Жуков отнюдь не отнесся скептически к этим пророческим снам. Более того, он заметил:

— Источником твоих снов могли быть вполне реальные причины. Ты мог видеть некоторые вещи, или слышать какой-нибудь разговор, шум, шорох и т. п., которые, однако, не дошли до твоего сознания. Ты мог, например, кое-что слышать во сне, — это реальное обстоятельство. А твоя сонная фантазия могла истолковать это по-своему и нарисовать тебе страшную картину, — это уже сон, пророческий сон. Но, как бы там ни было, я берусь за это дело, потому что я хочу тебе помочь. Я посещу этот двор № 7, а ты будешь на всякий случай со мною, потому что мало ли что может случиться? Приходи завтра утром ко мне и обязательно принеси какие-нибудь вещи, принадлежавшие твоей хозяйке.