Соединив руки последней пары, я с облегчением услышала: «Всем спасибо, на сегодня мы закончили!»

Пока все собирали камеры и оборудование, я, как завороженная, смотрела на черный камень. Костас, подойдя ко мне, перехватил мой взгляд:

– Мы взяли его из музея, считается, что это осколок метеорита. В нем сконцентрирована огромная сила, и он может передать тебе энергию любви, если ты обойдешь вокруг него три раза и приложишь к нему руки.

Я с замиранием сердца повторила древний ритуал, приложила руки к священному камню и тут же почувствовала вибрации, наполняющие меня. Усталость сразу прошла, и хотя съемка продолжалась почти всю ночь, спать совершенно расхотелось. Я посмотрела на часы – было уже около десяти утра. Солнце светило не по-весеннему жарко, и безумно хотелось окунуться в прохладное море.

– Костас, очень хочется поплавать, – капризным тоном попросила я.

– Да, идея хорошая, а может, нам взять маски и понырять? Я знаю прелестную бухту, недалеко от места рождения Афродиты. Там очень красиво. Я слышал, там можно увидеть обломки старинных кораблей.

Услышав про старинные корабли, я вздрогнула, вспомнив сегодняшний сон. Но тут же решила, что это простое совпадение.

– Тебе хватит часа, чтобы переодеться? – спросил Костас.

– Да, конечно. Только смыть косметику и надеть купальник. Да сниму украшения.

– Знаешь, в какие-то моменты, когда я смотрел на тебя, мне казалось, что ты действительно Афродита, пришедшая к людям.

– Да, макияж, роскошный костюм и прическа любую женщину способны превратить в богиню.

– Не любую, – не согласился Костас, – светящиеся глаза, нежная улыбка и любовь к миру превращают женщину в богиню, а макияж и костюм лишь обрамляют красоту, но не создают ее.

– Спасибо за комплимент! Пора ехать в гостиницу.

– Да, пора.

По дороге Костас рассказывал разные смешные истории из своего детства, и мы хохотали как ненормальные. Я вспомнила, как в прошлом году три недели смеялась просто так по утрам по пятнадцать минут. Сначала было очень трудно, но постепенно смех стал естественным и звонким, а настроение – превосходным в течение всего дня. И если раньше я стеснялась открыто выражать свои эмоции, то после такой смехотерапии во мне что-то щелкнуло, и я, как в детстве, могла засмеяться от любой ерунды. «Прабабушка бы мной гордилась», – подумала я, входя в отель. Гордо прошествовав в свою комнату под восхищенные взгляды окружающих, я с сожалением сняла костюм Афродиты, смыла макияж и распустила волосы, вытащив украшения. Я посмотрела на себя в зеркало и не узнала. Прошедшая ночь что-то изменила во мне.