Пора было вновь возвращаться в подземелье, но Скорцени так увлекся созерцанием устья реки и островком посреди озера, что даже лжефюрер, уже усевшийся, было, в машину, вновь вышел из нее.

– Удивительной красоты места. Мечтаете о дне, когда сможете приехать сюда, чтобы поохотиться или порыбачить? – спросил он, приблизившись к обер-диверсанту рейха.

– Думаю о том, как бы не уезжать отсюда. Не позволите ли остаться здесь хотя бы до весны, мой «фюрер»? – осклабился Скорцени, явно чувствуя, что игра «в лжефюреры» ему порядком поднадоела.

– Если до весны, – жестко отреагировал Великий Зомби, улавливая перепады настроения первого диверсанта рейха, – тогда вам вместе с комендантом лагеря следует хорошенько продумать организацию наземного прикрытия «СС-Франконии». Вы что, всерьез рассчитываете на то, что несколько дотов, растыканных у входов в «Регенвурмлагерь», сумеют остановить русские и польские части?

Прежде чем ответить, Скорцени оглянулся на стоявшего рядом с ним человека. Нет, это уже был не унтерштурмфюрер Зомбарт. И даже не Лжегитлер. Перед ним был… сам фюрер, входивший в свой традиционный пропагандистский раж – жесты, мимика, устремленный куда-то в пространство невидящий взгляд…

– Не сумеют, мой фюрер, – на сей раз это «мой фюрер» Скорцени произнес без какой-либо иронии. У него это вырвалось как-то само собой. «Самый страшный человек Европы», как назвала его одна из итальянских газет после похищения им Муссолини, производивший магическое влияние на самых высоких чинов и самых закоренелых диверсантов, теперь вдруг сам оказался под магическим воздействием этого «лжефюрера».

– Вот именно, Скорцени, не сумеют. Настоящая оборона подземной цитадели возможна только тогда, когда она будет подкреплена мощными наземными укреплениями. Вы слышите меня, фон Риттер?! – прокричал, обращаясь к подбежавшему коменданту.

– Так точно, мой фюрер.

– Когда берега этой реки, когда все пространство вокруг каждого входа в «Регенвурмлагерь» будет многократно опоясано окопами, заминировано и усеяно дотами.

– Но такого приказа не было, к тому же…

– У вас был один приказ: подготовить «СС-Франконию» к длительной обороне, причем не только на линии фронта, но и в тылу врага. Какие еще приказы вам понадобились, бригаденфюрер?! Вы что, ждете, что фюрер станет издавать приказы по строительству каждого дота, каждого пулеметного гнезда и каждого окопа? Вы этого ждете, штандартенфюрер?!

При слове «штандартенфюрер», Скорцени поначалу недовольно поморщился, решив, что лжефюрер оговорился. Но, взглянув на Зомбарта, интуитивно уловил: это не ошибка, это прием. Называя генерала СС полковником, тот сознательно унижает коменданта и даже выражает прямую угрозу.

– Никак нет, мой фюрер, – принялся фон Риттер горячечно промокать свою шлемоподобную лысину огромным, давно посеревшем от пота платком. – Не ждем. Мы прекрасно понимаем… Но я не совсем сориентировался. И потом, нам нужны средства и дополнительные рабочие бригады. К тому же, как я уже сказал… Вернее, как я уже пытался напомнить вам… Неоднократно пытался… Подземный лагерь входит в состав Мезерицкого укрепрайона, мой фюрер.

– Да, он входит в какой-то там укрепрайон? Что-то мы со Скорцени не видим здесь вблизи никаких укреплений. Разве что они замаскированы под этот – указал он худым узловатым пальцем в сторону устья – давно заброшенный хутор.

– Так было задумано военными еще во время вашего первого посещения «Регенвурмлагеря» в тридцать седьмом году[55].

– Когда?! – в один голос воскликнули лжефюрер и обер-диверсант рейха. Ни тот ни другой не знали об этом визите фюрера. Их никто не проинформировал.

Фон Риттер растерянно посмотрел на одного и другого и, не поняв их удивления, пожал плечами:

– В тридцать седьмом. Когда вы неожиданно прибыли сюда по подземной железной дороге прямо из Берлина. Считаете, что я неверно назвал год?

– Откуда вам известно об этом моем первом посещении «СС-Франконии»? – почти свирепо поинтересовался Великий Зомби.

– Я узнал о нем от штандартенфюрера Овербека. Извините, мой фюрер, если я не имел права говорить об этом. Возможно, это какая-то государственная тайна. Но мне сказали, что по-настоящему работы здесь развернулись именно после вашего посещения лагеря в тридцать седьмом году. Причем утверждают, что прибыли вы сюда не самолетом, а, действительно, по подземной железной дороге, прямо из Берлина, от какой-то станции берлинского метро.

– Вот поездка на подземной дороге и есть та самая большая тайна, о которой я меньше всего хотел услышать о вас, фон Риттер! – артистично воскликнул лжефюрер.

– Не говоря уже обо мне, – поддержал Скорцени.

– Прошу прощения, мой фюрер. Если я и заговорил об этом посещении, то лишь потому, что мой предшественник на посту коменданта штандартенфюрер Овербек убеждал меня: именно тогда вы лично одобрили создание Мезерицкого укрепрайона, в системе которого должен был действовать в боевой обстановке и наш «Регенвурмлагерь».

– Опять вы ссылаетесь на этого Овербека? Если я верно понимаю, вскоре на него будет ссылаться и маршал Жуков.

– Всего лишь хочу, чтобы вы знали источник, – метнул фон Риттер взгляд на Скорцени, вспомнив, что перед ним не просто диверсант, а высокопоставленный чин СД. – И потом, известно, что сам Мезерицкий укрепрайон входит в систему оборонительного «Восточного вала»[56].

– Кому это известно? Вам, фон Риттер?

– Так точно, мой фюрер!

«Держится комендант все еще мужественно – отметил про себя Скорцени. – Другой бы на его месте окончательно стушевался».

– Тогда почему мне это… неизвестно? – вскинул подбородок лжефюрер, заставив Скорцени откровенно занервничать.

– Ну, происходило так много событий, – попытался он подстраховать лжефюрера, решив, что тот неосторожно «прокололся».

– Да потому, – спокойно развивал свою мысль Великий Зомби, – что на самом деле «Мезерицким укрепрайоном»[57] в некоторых штабных бумагах и на некоторых картах называется сам… «Регенвурмлагерь»!

А вот этого Скорцени не знал. И не был уверен, что Зомбарт не блефует. Он бросил взгляд на фон Риттера и успокоился, видя, как тот доверчиво внемлет словам лжефюрера. Одного он понять не мог, откуда у Великого Зомби столько и… такой информации…

Впрочем, дело не в этом. Кто послужил для Зомбарта источником информации – выяснить будет несложно. Одно уже было ясно: к этой поездке Великий Зомби подготовился основательно. И не только к поездке.

Сегодня обер-диверсант рейха все больше убеждался, что Имперская Тень фюрера вполне серьезно готовится к тому, чтобы перестать быть только лишь тенью. И вот тут возникал вопрос: как далеко он заходит в своих амбициях? И как далеко заходят в своих амбициях люди, которые поставляют ему секретную информацию о фюрере?

– Такое же название известно и русскому командованию, которое решило, что речь идет всего лишь об одной из наземных частей «Восточного вала», – окончательно добивал Великий Зомби уже не только Скорцени, но и фон Риттера, с которым строгая секретность, окутывавшая все, что было связано с лагерем, сыграла такую же злую шутку.